Вздохнув и сделав над собой усилие, Нэйт быстро шагну к карете, назвал своему кучеру адрес и взобрался внутрь. Тишина окутала их, оставив весь мир за закрытой дверью. Присев и опустив Дафну на свои колени, Нэйт развернул и притянул ее к своей груди, а потом… прижав щеку к ее щеке, зарылся в шелковистые пряди ее волосы и застыл, умоляя время замереть навсегда.
Когда она скользнула своими дрожащими руками по его плечам, а затем медленно, неуверенно, но всё же обняла его в ответ, Нэйт почувствовал себя по-настоящему поверженным. Будто вся эта долгая, мучительная борьба на протяжении последних месяцев держаться от нее подальше навсегда опустошила его. Как он мог поехать к ней, когда не мог забыть, как она дрожала в Рождество, не в состоянии даже взглянуть на него? Он боялся, что она не посмотрит на него и теперь, даже не заговорит, но вот она была в его объятиях, и это было величайшее чудо этой жизни. Она не забыла его, она два раза назвала его по имени. И обнимала его сама. Как в ту памятную ночь, изумленно пронеслось у него в голове. Слишком храбрая, слишком безрассудная. Она была такой же потрясающей, как и всегда. Если не считать того, что чуть похудела, в остальном она стала еще более ошеломляющей, просто потрясающей.
Сглотнув, Нэйт осторожно провел ладонью по ее спине.
- Ты в порядке? – прошептал он, чувствуя давление ее рук.
Будто она не могла отпустить его.
- Как ты оказался в парке?
Она немного расслабила руки, чуть отстранилась и наконец посмотрела на него.
Нэйт снова забыл, как следует дышать. Лицо ее было по-прежнему бледное, глаза… чуть влажные и покраснели, губы дрожали, но она не плакала. Но при этом выглядела такой одинокой и несчастной, что разбивала ему сердце. Нэйт коснулся ее щеки, поражаясь тому, что это действительно правда. Что он действительно может касаться ее. Пальцы его прошлись по нежным скулам, по черным тонким бровям, по гладкому лбу и упрямому носику, будто заново знакомясь, заново утопая в глубинах ее бездонных глаз. А она даже сейчас не отстранилась от него, позволяя ему… Нэйт очень старался не смотреть на ее губы. Как бы ему ни было нужно поцеловать ее, он до ужаса боялся нарушить этим хрупкий мир, который она позволила ему. Который мог помочь обрести ее навсегда.
- Я гулял там с сестрой и ее мужем, – наконец ответил он, едва дыша.
Дафна в ужасе закрыла глаза.
- Боже, и они меня видели?
Он медленно заправил шелковистую прядь ей за ушко.
- К сожалению, не только они.
Она издала сдавленный стон.
- Много там было людей?
- Не волнуйся, – прошептал Нэйт, качая головой. – Это не их дело.
Она снова открыла глаза, вновь в них было изумление и негодование.
Дафна отчаянно старалась прийти в себя оттого, что произошло в парке, но не могла. Она же просто гуляла с Сьюзан, ее мужем и подругой, день выдался теплый и солнечный, и ничего не предвещало грядущего. Она даже… даже смогла прожить один день, чтобы не вспоминать и не думать. Возможно, это и стало ее ошибкой, потому что она была совершенно не готова к тому, что последовало потом.
Какая-то напасть, настоящее стихийное бедствие! Почему так происходило всякий раз, когда он появлялся в ее жизни?
Собаки словно с цепи сорвались. Она даже не поняла, что произошло. Просто, когда посмотрела им в глаза, Дафна вдруг с ужасом поняла, что эти звери бросятся за ней. Это было так внезапно и очевидно, что у нее просто не оставалось времени на раздумье, не осталось ничего другого, кроме как убежать. В какой-то момент она решила, что собаки догонят ее, схватят и разорвут на части. Вот только вряд ли этим смогут причинить ей боли больше, чем она уже пережила.
День за днем, ночь за ночью она пыталась преодолеть каждую ступеньку, которая никак не позволяла ей подняться. У нее было такое ощущение, будто она упала и никогда не сможет встать. Это было так невыносимо, что она ужасалась того, что всё же осмелилась и приехала в Лондон. Ужасалась того, что делала. Но еще больше ей было страшно оттого, что ей уже некуда было возвращаться.