У нее просто не было выхода. Никогда не было. Как бы ей ни было тяжело говорить такое, но она заставила себя произнести:
- Натан, пожалуйста, уходи.
Он вздохнул. Шумно, горько, даже грозно, заставляя ее дрожать от ужаса. Затем нервно провел широкой ладонью по своим медово-золотистым волосам.
- Как легко теперь ты стала называть меня по имени, – произнес он с неприкрытой горечью и жгучим упреком.
Внезапно в коридоре раздались громкие шаги, через секунду в комнату вошли Сьюзан, ее муж и их общая знакомая. Послышались голоса, но Дафна едва ли что-то могла различить.
Когда она подняла голову, Натана больше не было в гостиной.
Ушел, как всегда внезапно уходит ураган. Сердце сжалось от глухой муки, когда она снова опустила голову. Ей было невыносимо больно, когда она увидела его. Но еще хуже оказалось видеть, как он уходит, когда она прогнала его.
Ее ожидала участь гораздо страшнее, если она собиралась еще раз подпустить его к себе.
***
Нэйт не пошёл домой, прекрасно зная, что Эви и Дэмиан будут ждать его там. Он пока не был готов их видеть. Не был готов к тому, чтобы им хоть что-то объяснить. Позже они попросят, и он даст им некое подобие объяснений, но только не сейчас. Не тогда, когда сердце разрывалось в груди от жгучей боли.
Неужели он так глубоко обидел ее? Обидел так сильно, что действительно ничего не осталось? Он не мог в это поверить, когда заглянул ей в глаза еще днём. В них было так много: и боль, и горечь, и разочарование. На одно мгновение он даже увидел легкую радость от того, что он появился перед ней.
Как бы ему ни было тяжело осознавать, что он разочаровал ее, в ее глазах было кое-что еще, чего он не мог понять. Не мог определить. Не только страх. Она боялась чего-то конкретного. Чего-то, что даже не осмеливалась назвать или обличить. При ее-то храбрости и искренности. У него был противник, которого он не мог видеть, и это медленно убивало его, потому что он не смог бы побороть такого противника. Он мог бороться со всем миром, если бы это помогло отвоевать ее обратно…
Но что-то крепко и прочно сидело внутри нее, выстроив вокруг нее такие высокие и непроницаемые барьеры, что он даже на драконах не смог бы преодолеть их.
Господи, всё оказалось намного хуже, чем он предполагал! Как она могла так крепко обнимать его, а в следующую секунду попросить уйти? Он хотел не только обнять ее, хотел зацеловать, заласкать ее губы, чтобы хоть немного притупить невыносимую тоску по ней, успокоить ее саму и заверить, что он больше не уйдет, что больше никогда не обидит, не оставит ее. Господи, он готов был обнять ее и никогда больше не отписать, а она… Она попросила его уйти таким убитым голосом, будто ей было невыносимо каждое мгновение его присутствия. Будто он навсегда разочаровал ее.
Она больше ничего не скажет, а он не сможет никак узнать, что же запрещало ему подойти к ней, чтобы завладеть ее сердцем.
Возможно, она до сих пор ненавидела его, презирала, но всё дело было в другом.
Он прошагал по городу до самого вечера, пока не стемнело, а когда вернулся домой, его действительно ожидали Эви и Дэмиан. С его тростью и потерянно шляпой. Опустошенный и злой, Нэйт устало посмотрел на них и направился обратно к двери, бросив через спину.
- Мне нечего сказать.
Эви смотрела на него так, как не смотрела никогда прежде. Будто видела впервые, будто не могла узнать.
- Нэйт… – позвала она его с какой-то пугающей болью и пониманием так, что больно и страшно стало ему самому.
Нэйт не смог бы выдержать еще одного разговора.
- Можете остаться на ужин, но я не смогу присоединиться к вам.
Он вышел из гостиной, поднялся к себе и… Внутри его спальни было темно и тихо. Благо она располагалась в задней части дома, так что шум улицы почти не доходил сюда. Этот нескончаемый шум, который мешал ему жить всю эту неделю, но сейчас тишина, окутавшая комнату, вдруг показалась ему леденящей и зловещей, будто недоброе предзнаменование.
Он стоял так до тех пор, пока не стало понятно, что Эви и ее муж ушли.
Не успел он встретить Дафну, как уже потерял без единой возможности на искупление.
Неужели действительно ничего не осталось и у него не было больше ни единого шанса? Нэйт не мог в это поверить, не был готов этого допустить. Но что он мог поделать теперь?