Дафна уставилась на него, потрясенная до глубины души.
- Господи, где ты его видел?
Он устало вздохнул и закрыл глаз, по-прежнему неподвижно лежа на боку.
- На улице… Шел, шел, а потом увидел его… Он сказал, что ты слишком недоступная… – Натан икнул и вздрогнул одновременно. – Посмел сказать что-то в твой адрес! Сказал, что не хотел целовать тебя… Как можно не хотеть целовать тебя?.. – На этот раз он гневно зарычал. – Пусть только попробует еще раз поцеловать тебя! Прости, но я не смог оставить это так, и врезал ему…
Дафна думала, что сегодня невозможно испытать больше потрясений, но его появление снова перевернуло всё с ног на голову. Боже правый, он не просто пришёл! Не просто жутко подрался с кем-то… Всё это сделала с ним она, потому что в последнее время он вёл себя вполне цивилизованно. И лишь когда она ушла, его больше ничего не стало сдерживать…
Сглотнув, Дафна посмотрела на Филчера, не замечая слез, которые катились по щекам и быстро велела:
- Принесите мне чистых полотенец, воды и льда. И той мази, что вчера приносила миссис Хендрикс.
Дворецкий кивнул и бросился выполнять ее указания.
Дафна снова повернулась к Натану, который едва дышал, едва подавал признаки жизни. Вид его разбитого, окровавленного лица не просто пугал ее.
- Что мне с тобой делать? – в ужасе прошептала она, вытирая слёзы.
Он с каким-то пугающим безразличием пожал плечами.
- Не знаю. Со мной что-то нужно делать? – Он снова икнул. – Но если даже так, никто кроме тебя не сможет лучше с этим справиться.
Сложно было представить, чтобы его мог избить степенный лорд Энвик. Да и Натан не мог специально выйти на его поиски. Он бы не сделал ничего подобного, если бы… Не ее слова. Неужели, эти двое действительно случайно столкнулись на улице? Дафна понимала, что Натан что-то недоговаривает, но сейчас он казался таким беззащитным, что она испытывала просто болезненное желание обнять его, заслонить так, чтобы ничто плохое больше не коснулось его. Спрятаться в нем самой, чтобы больше никогда не чувствовать эту невыносимую боль утраты, которую забрала с собой из дома его сестры. И чувство вины за то, что с ним сделала.
Филчер принес тазик с водой и поднос со всем необходимым. Дафна попросила зажечь еще пару свечей и поставить их поближе к ней. Осторожно повернув Натана на спину и присев возле него на краешек дивана, она намочила полотенце и, как бы ей ни было страшно, стала вытирать его окровавленное лицо, стараясь при этом не задеть глубокие раны. Натан вздохнул. Она почувствовала, как он дрожит, а потом и вовсе застонал, схватив ее за руку. Она думала, что он заснул, но его хватка была решительной, только недостаточно сильной, чтобы помешать ей. Ему было больно, несомненно больно, но он больше не издал ни единого звука. Он лежал спокойно и даже не поморщился, пока она вытирала его лицо, стирая кровь и грязь, а казалось, будто она бредет по многочисленным обломкам в неугасимой попытке добраться до его сердце.
Ей все же удалось обработать его раны, остановить кровь над правой бровью и намазать раны мазью, которая должна была помочь им быстрее исцелиться.
Закончив, Дафна бросила окровавленное полотенце на поднос, который Филчер унес, тихо прикрыв дверь.
В комнате воцарилась гробовая тишина, нарушаемая только треском угольков в камине, которые, взрываясь, разбрасывали сноп яркого света, и отбрасывали пугающие тени на застывшее, до боли родное лицо, которое лежало перед ней. Дафна не могла оторвать взгляд от его лица. До появления Натана тишина, окружавшая ее, казалась просто убийственной, а сейчас она боялась даже вздохнуть, чтобы не развеять странную хрупкость, которая окутала их.
Протянув руку, она хотела отвести назад непокорную золотистую прядь, которая снова упала ему на лоб, но замерла, когда он накрыл ее руку своей.
- Пожалуйста, не шевелись, – хрипло промолвил Натан, вжимаясь ей в ладонь. – Я так давно не чувствовал твои руки на себе.
У нее запершило в горле. Она боялась дышать. Боялась пошевелиться, потому что ей казалось, что в этом случае весь ее мир рухнет. Она не слышала ничего кроме его дыхания, которое теплым паром ложилось на ее пальцы. Дыхание, на котором сосредоточился весь ее мир. Он пришёл, пришёл, несмотря ни на что. Вероятно, ее слова так сильно задели его, что он не смог даже дождаться утра. И хоть она была в какой-то степени виновата перед ним, но его появления было достаточно, чтобы… Боже, она не просто любила его! Дафна знала, что если он попросит, она не сможет больше отказать ему, как бы неизвестность ни пугала её. Как бы страхи прошлого не ужасали её, она знала, что пойдёт за ним, куда только он позовёт ее. Как бы будущее не пугало ее, она была готова… готова на риск, лишь бы больше не видеть его таким. Лишь бы больше не потерять его.