Из-за этих глаз он попался, как самый последний идиот, и стал легкой добычей для гадюки.
Будь всё неладно, но кажется он совсем рехнулся. Что это на него нашло? С чего он вдруг полез на стену? Глаза как глаза. Что сложно было найти женщину, которая могла бы заставить его позабыть эти глаза? И то, что в последний раз в походе в таверну он провалил свою миссию, разве не говорит в пользу того, что он начинает сходить с ума?
Нужно было прекращать всё это, забыть как страшный сон. Он придал этим глазам слишком большое значение. Позволил им зайти слишком далеко, и вот, к чему это привело его. Нэйт был зол, ужасно зол на себя за то, что повёл себя так необдуманно и глупо. Разве он не поклялся, что больше ни одна женщина не сможет иметь над ним такую власть, чтобы даже смущать, не говоря уже о том, чтобы волновать! Тем более такая колючая противоречивая, резка и недовольная всем женщина, как леди Митфилд.
Нэйт вздрогнул и открыл глаза.
- Уйдите, – проговорил он резко, не глядя на доктора.
Доктор печально вздохнул.
- Вы идете на поправку, милорд, но вам еще несколько дней следует полежать в постели и не напрягать ногу, чтобы…
Нэйт гневно посмотрел на него.
- Не припомню, чтобы назначал вас своим лечащим врачом. Кто вы такой?
Доктор улыбнулся.
- Я лечащий врач леди Митфилд.
Нэйт застыл от ужаса.
- Что?
- Она послала меня…
Нэйт окаменел.
- Вон! Вон из моего дома! Сейчас же!
Господи, не хватало еще принять от нее подачки, а потом выслушивать, как такой никчемный человек, как он, умер бы на месте, если бы не ее великое милосердие и христианский долг.
Нэйт вдруг жутко разозлился. Он не хотел от нее ничего. Не хотел больше слышать о ней ничего. Не хотел, чтобы… чтобы она думала, будто он спас ее по какой-то причине, способной изменить ее отношение к нему. Она ведь недолюбливала его. Пусть всё так и остаётся! Так было легче держать людей на расстоянии. Так будет правильно раз и навсегда избавиться от ее воздействия на него. Боже, она что, решила, что он спас ей жизнь, потому что она была особенной, а он знал, что такое помощь? Поэтому она посчитала своим долгом послать к нему своего доктора? Он не собирался спасать ее! Не собирался претендовать на благородные поступки. Она же видела в нем грубияна и пьяницу, пусть так всё и остается!
Доктор удивленно смотрел на него, но, видя, что с ним не шутят, стал собирать свои вещи, складывая в потертый кожаный саквояж инструменты и многочисленные пузырьки с лекарствами, которые стояли на столе.
- Я оставлю вам лекарство на случай, если появятся боли…
- Мне не нужны ваши лекарства, можете их засунуть себе!..
Его остановил вошедший в комнату Адамс, который с каменным выражением лица и с подносом в руке направлялся к нему.
- Милорд, – возвестил он своим бесцветным голосом, – я принес вам немного поесть.
Нэйта затрясло от гнева.
- Прежде, ты должен был спросить у меня, хочу ли я есть! – гневно заметил Нэйт, ненавидя всех, кто сейчас стоял в его комнате.
Адамс остановился в нескольких шагах от кровати.
- Не хотите попробовать яблочного пирога? Его прислали из Митфилд-парка.
На этот раз Нэйт побагровел от ярости. Он отбросил в сторону одеяло, с трудом присел и хотел было опустить забинтованную ногу на пол, но в ней вспыхнула такая обжигающая боль, что он застонал и упал обратно в кровать.
- Черт, убирайтесь! – проскрежетал он сквозь зубы. – А этот пирог… Запихните доктору в задницу и вместе с ним отошли в этот свой любимый парк. Адамс, если ты еще раз произнесешь это чёртовое имя передо мной, сам вылетишь отсюда, ясно?!
Ошарашенные мужчины молча покинули комнату.
Нэйт обессилено рухнул на подушки и закрыл глаза, не понимая, что с ним происходит! Его трясло не только от гнева. Боль, которая вспыхнула в ноге, внезапно отозвалась оглушительной мукой в сердце, которое он давно похоронил. Было такое ощущение, будто в него проникла раскаленная кочерга и пыталась вместе с сердцем перевернуть ему душу. Много лет назад, глядя на то, как уходит Адель, Нэйт поклялся, что ни одна живая душа больше не посмеет добраться до его сердца. Он не доставит другим такого удовольствия. Не позволит, чтобы так глумились над ним. Однажды он попался, как самый последний олух, но такого больше не повторится! Женщины были созданы только для удовольствия мужчин. Только по этой причине Бог после рождения Адама подарил ему Еву, не только для размножения. Коварные искусительницы, они могли как та змея, что подползла и укусила его, так же пробраться ему в душу и уничтожить там всю веру, всё доверие и всё то хорошее, что у него осталось.