— Ну, три косых.
Я засунул руку в брюки и нащупал кошелёк. После врученной суммы у меня и осталось всего сто рублей, а стипендия ещё не скоро. Но я почему-то думал, что это уже не важно. Что деньги не важны. В конце концов, жизнь всегда даёт нужный минимум, чтобы выжить. А большего и не надо.
— Ну ты и конченный, — усмехнулся Волчик.
Он с удивлением наблюдал, как я поглощаю наполовину съеденную, холодную шаурму, а сам в это время закурил.
Когда я закончил, то небрежно отбросил в сторону пакет. Он начал шуршать, и я заметил, что начал моросить дождь. Волчик достал телефон и посмотрел на время.
— Через час рассвет. Скоро домой поеду.
— До рассвета ещё долго, — возразил я.
— Сейчас четыре утра, мужик, — сказал он и показал мне экран телефона для убедительности.
3:56.
Я не поверил своим глазам.
Я точно помню, что выходил из бара с Агатой в 23 часа. Катались мы тоже примерно час. Не могли же четыре часа моей жизни просто пропасть!
Я начал вспоминать. В машине магнитола время не показывала, что странно. На время на своём телефоне я, как обычно, не обращал внимания. Но я точно помню, когда мы вышли из бара. Потом я поскользнулся и упал. Упал так, что, казалось, выпал из реальности. Не мог же я лежать несколько часов подряд на улице? И Агата просто смотрела?
— Нормально тебя накрыло, — язвительно заметил Волчик. — Раз ты так за временем не следишь.
— Я не наркоман.
— Само собой, — ухмыльнулся он.
Но его улыбка пропала сразу же, стоило ему взглянуть на экран.
В эту же минуту Агата вылетела из-за скрипучей двери. Её лицо скривилось от злости, она подошла ко мне и прорычала:
— Нам пора идти.
— Не торопись, — проговорил Волчик позади. — Мне Жека написал, чтобы я тебя обратно ему приволок. Походу всё-таки хочет, чтобы ты долги вернула.
Он вытянул руку и тыкнул телефон уже ей в лицо. Агата даже не посмотрела на экран, а вместо того ударила по руке.
— Да срать мне, чего он хочет! — рявкнула девушка.
Волчик убрал телефон и схватил её за запястье.
— И чё? А мне срать, что тебе срать. Если надо будет, то под столом у него отрабатывать заставлю.
— Пусти, мудила! Больно!
— За мной иди!
Мои мысли метались искрящимися зарядами по мозгу. Но толку от них не было. Я с самого начала знал, что мне следует сделать.
Руки обхватили холодную рукоятку. Я сжал биту и наклонил её, будто готовясь принять мяч. Голоса в голове замолкли, больше ни одной единой мысли. Это момент свободы.
Это момент, когда я делаю, что захочу.
— Эй, долбо*б!
Тот обернулся.
И поцеловал биту зубами.
Он упал на землю и взвыл, а вместе с ним упали и первые полноценные капли с неба. Я отбросил биту и стянул с гвоздя куртку, протянув ошеломлённой Агате.
— Мудила, я тебе шаурму дал! — провыл Волчик, держась за рот.
— Надень, а то простудишься, — улыбнулся я Агате.
Она улыбнулась в ответ.
Она понимала.
——————————————————
Город дышал нами. Огромными ноздрями-трубами подпирал небо, вдыхал ими воздух, вытягивая из нас души и превращал тела в прах.
Мы шли вдоль трассы, мимо нас проносились с шумом автомобили.
— Почему мы не уехали на машине? — мои слова поглотил гул дороги, но Агата, кажется, расслышала.
— Потому что она нам не нужна. Нам больше ни черта не нужно, Саня! Мы почти закончили!
Я остановился. Когда Агата вышла, то она стала какой-то дёрганной и беспокойной, хотя за нами, казалось, никто не гнался.
Она очередной раз обернулась, чтобы проверить, иду ли я за ней. Орфей из неё вышел бы ужасный.
— Ты чего встал?
Я потерянным взглядом посмотрел на неё. Даже будучи растрёпанной, напуганной и немного уставшей она всё равно оставалась красивой. Но неужели это всё обман?
— Ты наркоманка, да?
— Я употребляю. Немного, — призналась Агата. Самоуверенности в её глазах поубавилось.
— А тогда, в баре. Ты же мне что-то подмешала, верно?
Она подошла ко мне, взяла мои руки в свои и задрала голову, чтобы окинуть меня изумлённым взглядом.
— Тебе нужно расширить сознание, Саня. Но нам не хватает времени. Его всегда не хватает.
Я высвободил свои руки.
Её таинственность, волшебство ночи, и ощущение, что всё в жизни наконец встаёт на свои места — это лишь обман. Иллюзия, навеянная наркотиком. Ничего в моей жизни не изменилось. Никак.
Хотя мне не привыкать к обману.
Дождь лил с особой силой, в нём отражался свет фар проезжающих мимо машин. Она смотрела на меня ожидающе, будто надеясь, что я пойму её. Но я понимал не её, а объективный мир вокруг.
— Что горит в лампах по всему городу, Саня? — неожиданно спросила меня она.
— Неон.
— А ты знал, что в космосе неон бывает только в одном нуклиде? Его называют неон-20. Частично он тоже в наших лампах. Газ, что родом из космоса, освещает нам путь, указывает на бары и притоны. Мы с тобой, Саня, мы — неон-20. Мы прибыли из тёмного космоса, чтобы дарить свет здесь, чтобы освещать людям путь.