Только сейчас Натали заметила, что время и вправду остановилось. Пуля замерла в воздухе, полицейские стояли в комичной позе, а глаза Алины стали пустыми. Дьявол остановил время. Это невероятно. Даже не имея возможности чувствовать эмоции, она почувствовала восхищение. Самаэль заслуживал хотя бы уважения за подобный трюк.
— Вау, Самаэль, это было круто! – восхищённо пролепетал Вельзевул, получив в ответ холодный взгляд и предупреждение на дне фиалковых глаз. Демон замер и исчез после резкого движения руки Самаэля.
— Примчался по зову сердца? – хмыкнула Натали, все ещё разглядывая замершую фигуру Алины. Самаэль с интересом склонил голову набок, и Натали готова была разразиться громким смехом, ведь именно этот жест переняла Кэтрин от него.
— Рад видеть тебя в добром здравии, – медленно протянул он, — Потеря души пошла тебе на пользу.
— В каком-то смысле да. – пожала девушка плечами, чувствуя нотки ярости, исходящие от Кэтрин. Ее подруга стояла так близко и не ощутить ее эмоции было невозможным. В каком-то смысле, это вызвало холодную улыбку на лице Натали.
— Внезапно появляешься и так же внезапно исчезаешь? – прошипела Кэтрин, сделав шаг ближе к дьяволу, бесстрашно взирая на него своими синими омутами, — Тебе не надоело?
Самаэль усмехнулся. В его глазах зажглось восхищение и интерес, что сделали его глаза ещё более ядовитого цвета. Ему будто и вправду нравились эмоции Кэтрин — он упивался ими. Натали видела это и была готова дать голову на отсечение — в истории этих двоих будет очень много новых глав.
— Прыгаешь под пули, ради встречи со мной?
— Вопросом на вопрос? – Кэтрин прищуривается. Обвинительный тембр голоса насмешил Натали.
Это и вправду смешно. Кэтрин человек — самая обычная смертная — сейчас пытается выглядеть сильнее. Буквально заглядывает в пасть огромному льву и даже издевательски дёргает его за усы. Ходит по острию ножа, балансируя над пропастью, от чего, по-видимому, испытывает наслаждение. Ее синие глаза потемнели, стали почти черными, а зрачки значительно увеличились. Игра на смерть кажется ей такой же привлекательной, как и рисование.
— Когда ты говорил, что она с характером, я представлял немного другое.
Натали резко вскидывает голову, скорее услышав нежели почувствовав хруст шеи. Позади них стоял мужчина, не сильно старше Самаэля, возможно его ровесник. Его карие, точнее янтарные глаза — похожие на бурбон, с его ярким цветом — насмешливо вперились в Кэтрин, лаская ее кожу. Тонкие губы сложились в дьявольскую ухмылку, не скрывая истинных мотивов хозяина. Он похож на хитрого ли́са, с весело горящими глазами и рыжеватыми волосами. Точно такой же цвет камня мелькнул в его кольце, что задорно отражало солнечный свет. Натали заметила точно такое же и на левой руке Самаэля, но уже с фиолетовым кристаллом. Сложив два плюс два, она поняла, что цвет драгоценности связан с цветом их глаз.
— Развлекаетесь, дамы? – дьявол вальяжно поклонился, со странным блеском в глазах осмотрев Натали. Она приняла это за элементарный интерес к своей персоне, которая, обычно, остаётся незамеченной. В этом мире почти все общались с Кэтрин, наглухо игнорируя всех остальных. Будь у Натали душа, она почувствовала бы обиду, но сейчас ее единственное чувство это — безразличие.
— Азазель? – спросила Кэтрин, открыто осматривая дьявола. Каким бы воинственным не звучал ее голос, глаза девушки просветлели, наполнились новым чувством. Натали не смогла прочитать его, однако это отдаленно напоминало страх. Новые фигуры на этой огромной шахматной доске все ещё вызывали страх.
— Рад личной встрече, Катерина.
Кэтрин с презрением скользнула взглядом по дьяволу, скривив свои губы. Азазеля явно позабавила такая реакция на себя, ибо его ухмылка стала ещё более зловещей. Но он быстро потерял к ней интерес, ровно как и она к нему. Теперь янтарные глаза были направлены на Натали, рассматривая с придирчивой серьёзностью и яростным азартом. Взглядом он бросал вызов, но девушка не поняла его смысла. Хотя, правильный термин — она не хотела понимать.
— Какого черта с тобой происходит? – Кэтрин старалась говорить спокойно, не повышая голоса, что вышло весьма скверно, учитывая то, как сорвался ее голос к концу вопроса, — Сначала появляешься, рассказываешь обо всем, в буквальном смысле бросаешь меня на растерзание своим шавкам, а теперь появляешься здесь, как ни в чем не бывало! Как ты смеешь, Самаэль?!