— Я слышала Самаэль помог тебе, – продолжает Белла и не замечает странной реакции своей подруги на имя падшего, а, возможно, просто не акцентирует внимания. Ее никогда не волнуют чувства других.
Но напуганный блеск в глазах Оливии не скрылся от Кэтрин. Тело шатенки напряглось — единственный признак ее настоящих эмоций.
— У нас с Самаэлем достаточно близкие отношения, – провоцирует Кэтрин, скрытно наблюдая за Оливией.
Девушка замирает на секунду, такую крохотную, что заметить практически невозможно. Ее глаза сверкнули и Кэтрин буквально услышала приказ в голове Оливии: «Не реагируй!». Внезапно ей захотелось вывести полу-демона на эмоции, узнать правду, докопаться до интригующей истины. Остановила ее уверенность, что Оливия ничего не скажет. Кэтрин нужно действовать осторожно, не навязчиво и идти обходными путями. Новая игра с новой личностью.
С Джейденом девушки встретились после пар, ближе к закату, в его квартире. Она была небольшой по площади, но безумно уютной. Точно такой же, каким является и сам парень. С приглашенными тонами в интерьере, теплым освещением и спокойной атмосферой. Все было идеальным и будто бы приветливым на вид. В этой квартире хотелось заварить себе чашечку какао, укутаться в мягкий плед и смотреть в окно. Либо взять альбом и рисовать дни напролет, не замечая течения времени.
Только теперь Кэтрин, вместо тепла, чувствовала мороз на коже. Вдоль позвоночника то и дело пробегало стадо мурашек, напоминая ей о причине ее присутствия здесь. Хотя с этой задачей справлялся и весьма отталкивающей внешности мужчина, который смотрел с осуждением на двух девушек то и дело качая седой головой. Это был врач, как объяснил Джейден. Его имя Кэтрин принципиально не запомнила, не желая в будущем иметь с ним хоть какую-то связь. Это точно первый и последний раз, когда они видятся и взаимодействуют друг с другом.
— Я введу тебе лекарство, после которого твое сердце замедлится настолько, что начнется клиническая смерть, – грубым голосом оповестил мужчина, угрожающе постукивая ногтем по полному шприцу, — У тебя будет четыре минуты, прежде чем я начну возвращать тебя.
— Это опасно? – наивно интересуется Натали, испуганно прижимаясь к блоку Джейдена. Доктор посмотрел на нее, как на глупого человека, за что получил предупреждающий взгляд Джейдена. Будь Кэтрин в более адекватном состоянии, то дала бы этому доктору настоящий отпор за подругу.
— Она собирается умереть, милочка. Ничего более опасного я не встречал.
Кэтрин хмыкнула, ложась на мягкий диван. В голове не было ни единой мысли, лишь густой туман паники и страха. Ее мозг все ещё отрицал происходящее, не веря, что сердце сейчас остановится. Впервые девушка впала в ступор, но попыталась расслабиться. Что выходило довольно паршиво, учитывая то, что чем больше силы она тратит на спокойствие, тем больше ее одолевает паника.
— Перед смертью не надышешься, – пошутила она, заметив заинтересованный взгляд доктора.
— Удачи, – прошептала Натали надтреснутым голосом.
Кэтрин выдавила из себя подобие улыбки, в бесполезной попытке успокоить подругу. У Джейдена это получилось лучше — парень ближе прижал к себе Натали, напряжённо следя за руками врача. Махинацци последнего все еще казались безумным танцем какого-то психопата. Напевая себе что-то под нос, доктор проходится мокрой ватой по коже, и вводит лекарство в вену, засекая время на часах. Кэтрин сделала последний вдох, когда почувствовала, как силы покидают ее. Это похоже на лёгкий дурман при опьянении. Зрение слегка затуманивается, действия кажутся замедленными, а дыхание спокойным. Слишком спокойным. Слишком редким. Как перед смертью.
«Нет!» – кричит внутренний голос. Настоящий ужас крепко вцепляется своими когтями ей в горло. Удушливая хватка вынуждает открыть рот в нелепой попытке закричать и сбросить путы. Тело дёргается, а потом затихает, прекращает свои действия и выключается. Последний свет гаснет в глазах, и тьма окутывает дружескими объятиями.