Расслабленная поза, мягкий взгляд и убаюкивающий голос. Но даже во всем этом чувствовалась такая мощь и такое достоинство, что Кэтрин едва не заплакала от страха. Угроза Азазеля была реальна, особенно учитывая его прошлое. Он выполнит каждое свое обещания, пройдется по ней и втопчет в землю. Ее геройство может выйти ей боком, но она никогда не умела вовремя останавливаться.
Гордо расправив плечи и высвободив свои волосы из заточения, она заглянула ему в глаза, спрятав свой ужас в самом глубоком месте в голове.
— Кажется, ты забываешься, – сардоническая ухмылка стала ответом на ее предположение, — Я не обычная девушка, которой ты можешь угрожать. Я дочь своего отца; стоит мне пожелать и солнце погаснет, – слова Азраэля не пришлись ей по вкусу, но точно вписались в ситуацию, — Ты не смеешь разговаривать со мной так, иначе я…
— Иначе ты что? – прервал Азазель, вставая к ней вплотную.
— Азазель, – предупреждающе произнес Самаэль, но тот отмахнулся, продолжая смотреть на Кэтрин, как удав на свою добычу.
Девушка не смутилась. На ее губах расцвела самая коварная ухмылка, на которую она была способна. Металл во внутреннем кармане будто начинает гореть, а пальцы подрагивать от нетерпения. Одно движение и лезвие впивается в мужскую грудь, входя до упора, окрашивая белую одежду в красное месиво. Азазель лишь вздрогнул, но никак иначе не показал своей боли.
— Я клянусь тебе, дьявол зависти, Азазель, что ты будешь первым в моем списке дьяволов, кого я уничтожу, – холод в ее голосе напомнил металл, который сейчас находится глубоко внутри смертного тела Азазеля, — Видишь во мне слабого человека? Вперёд. Но не стоит недооценивать меня. Всмотрись в мое лицо, – дьявол хмыкнул, не показывая своих эмоций, — Потому что оно будет последнее, что ты увидишь перед своей смертью.
— Не давай обещаний, которые не сможешь выполнить, – назидательно произнес дьявол и достал окровавленный нож из груди, осматривая лезвие с превышенным интересом, — Из тебя вышел прекрасный оратор, Катерина. Но и ты не забывай, что сейчас ты обычный человек, не способный себя даже защитить. Позволь дать тебе совет, – Азазель коварно усмехнулся и склонился ближе, максимально приближая их лица друг к другу, — Почаще пользуйся ушами, иначе слишком рано лишишься своего острого язычка.
— Заткнись, – шипит Кэтрин, — Не родился тот, кто что-либо запретит мне.
Одно мгновение. Крохотная секунда. Внезапный момент. Ладонь Азазеля смыкается на ее шее, поднимая над землёй так, будто она ничего не весила. Воздух перестал поступать в лёгкие, а горло было готово сломаться. Страх вернулся с удвоенной силой, когда она увидела настоящую ярость в янтарных глазах. Какая-то мазохистская часть в ней радовалась тому, что смогла вывести его из себя, лишь равновесия. Но даже она не смогла перекрыть ужас в ее голове.
Быстрый порыв ветра, и рука исчезает, ровно как и тело дьявола. Он оказывается в противоположном углу комнаты, прижатым к стене сильным телом Самаэля. Кэтрин падает на колени, чувствуя боль по всему телу.
— Я сказал тебе прекратить, – не теряя самообладания произносит Самаэль, — Она напуганный ребенок, который только сейчас обрёл свой голос. Неужели ты позволишь ей такую роскошь, как разорвать твое спокойствие в клочья?
Азазель слегка кивнул; дикость в его глазах поутихла и Самаэль отпустил его. Поправив одежду, Азазель посмотрел на Кэтрин с таким высокомерием, что она поняла, его последующие слова могут больно ударить по ней.
— После нападения отреченного, Самаэль скрыл тебя от всех сверхъестественных существ. Никто не мог до тебя добраться; ты была под защитным куполом. Ты не знала этого, но должна была догадываться, ведь тебя никто не беспокоил, что было весьма странным, учитывая обстоятельства. И тебя не удивило, как же Астарот смог добраться до тебя?
— Азазель... – опять предупреждение от Самаэля, которое даже Кэтрин проигнорировала, выпрямившись на ногах.
— Те, ради которых ты сегодня пошла против меня и Самаэля, сдали твое местонахождение ему, чтобы Астарот убил тебя. Они испугались за свои задницы и без малейшего угрызения совести выдали тебя твоему врагу. – Кэтрин замерла шокированная, и явно порадовала дьявола своим видом, потому что он ухмыльнулся и добавил, — Все эти века мы выживали потому, что никому не доверяли, даже друг другу. Знаешь почему? Верность слишком большая роскошь в любое время. А ты, уверенная в своей неповторимости, доверилась в прямом смысле первым встречным и потерпела крах. Живи с мыслью, что после сегодняшнего дня каждый член сверхъестественного мира будет охотиться на тебя, и мы с Самаэлем твоя единственная надежда на жизнь. Не стоит угрожать тем, кто ставит твою безопасность превыше всего. Спи сладко, милая, зная, что я, тот кого ты ненавидишь больше всего, буду защищать твой сон от кошмаров.