— Я задержу, – едва успел выкрикнуть Азазель, когда Самаэль, успев схватить девушку за запястье, переместился в другое место, оставляя за собой лишь рев Бальтазара.
***
Только ее ноги вновь смогли найти точку опоры, как мужское тело навалилось на нее сверху, вынуждая распластаться на земле.
Солнце беспощадно било по лицу; стоял очень жаркий день, от чего сухая земля раскалилась до невероятный градусов, обжигая Кэтрин спину. Она едва поморщилась, предпочитая сконцентрироваться на безвольном теле Самаэля, который, между прочим, совсем не подавал признаков жизни. Первые секунды ей даже показалось, что он умер. Но внутренний голос сразу напомнил, что падших не так легко убить. Значит, он лишился своих сил после схватки с Бальтазаром. А сейчас они в неизвестном месте, с потрёпанной Кэтрин и Самаэлем без его сил.
Собравшись последними крохами сил, Кэтрин оттолкнула тяжёлое тело и села, оглядываясь по сторонам. Было пустынно. Первая мысль, что они находятся в Египте, которая сразу показалась бредовой. Земля под ней была твердой, надтреснутой, сухой. Такое ощущение, будто здесь уже долгое время не было дождей.
Самаэль тихо простонал, попробовал встать и вновь ничком упал на землю. В своем черном пиджаке он выглядел таким неправильным здесь. Будто черная клякса на безупречной красоте нетронутой природы. Кэтрин вздохнула и протянула к нему руку, в желании помочь хотя бы перевернуться, как тут же отдернула ее. Вдоль предплечья тянулись длинные порезы, не глубокие, но кровоточащие. Видимо, когда она прокатилась по земле, успела не только кожу содрать, но и разорвать ее. Это было нехорошо. Очень нехорошо.
Отбросив сомнения, Кэтрин поджала под себя ноги и, схватив падшего за плечи, перевернула его на спину, вынудив прищуриться от прямых лучей солнца. Самаэль был бледным. Пугающе бледным, почти прозрачным, лишенным любого намека на цвет. Отсутствие силы невероятным образом отразилось на его внешности, превращая его в живого мертвеца с такой же кожей и таким же видом. Единственное, на что хватило его сил, это зажмуриться и замереть.
— Где мы? – тихо спросила Кэтрин, положив мокрые от жары ладони на бедра, продолжая оглядываться, точно зная, что падший ее услышал. Однако отвечать он не спешил. Она даже подумала, что он вновь отключился, когда он подал голос:
— Не знаю. У меня... Не было... Времени... Думать... – слова давались ему тяжело. После каждого он тяжело вздыхал, что было удивительно, ведь падшим воздух не нужен в принципе. Но сейчас Кэтрин совсем не уверена, что знает, что делать с Самаэлем и что с ним в принципе.
Это было так странно, видеть его слабым, не способным даже разговаривать. Обычно он всегда был собранным, с безупречными манерами и чарующим голосом. А сейчас он лежал беспомощно на земле, производя нелепые попытки сделать вдох. Кэтрин не знает, что делать. Ее одолевают панические признаки, но мозг оставался холодным, точно знающий, что сейчас паника самый худший вариант.
По крайней мере, им удалось сбежать от Бальтазара. Правда, он успел задеть ее, скользнуть в душу, но...
Мысль обрывается. Осознание приходит внезапно. Мозг начинает быстро обрабатывать полученную информацию.
— Возьми мою душу, – пораженно произносит она, не веря, что сказала это только что, после пыток как раз над ее душой. Самаэль нахмурился, но глаз не открыл; выразил свое возмущение лишь сурово сдвинутыми бровями, — Не обязательно всю, лишь малую часть. Она поможет тебе восстановиться хотя бы до той степени, чтобы мы смогли добраться до цивилизации, – начинает лепетать Кэтрин, перебив очередную волну несогласия со стороны падшего, — Я не смогу донести тебя, ты в два раза больше меня. Но если ты возьмёшь хотя бы немного, то сможешь самостоятельно передвигаться, что существенно уменьшит количество наших проблем, – Самаэль наконец открыл глаза, взирая с явным неодобрением, — В противном случае я истеку кровью ещё до твоего восстановления или на нас нападут дикие животные, – перечисляет Кэтрин свои доводы, ломая стену отказа падшего, — Если ты возьмёшь чуть-чуть, не думаю, что почувствую это. А… – тут она запнулась, но быстро прервала неловкую паузу, — Даже если почувствую, ничего, мне не впервой.
Самаэль смотрел на нее настолько пристально, настолько внимательно, что добился ее смущения. Не смотря на головокружение от жаркой погоды, лучей солнца и кровотечения, Кэтрин не двигалась, отвечая рассредоточенным взглядом. Падший пошевелился. Медленными, плавными движениями он смог сесть на землю, покачиваясь корпусом, но держась молодцом.