— Мы не виделись всего три месяца, а ты так изменилась, – с неудовольствием отметил Доминик, осторожно укладывая свой большой квадратный чемодан на тумбу.
— Фирменный стиль панды всегда был в стиле, – пошутила Кэтрин про свои синяки под глазами, стараясь не разочаровывать своего родителя, — Как дела на работе?
— Не старайся отвлечь меня, – покачал головой Доминик, — Мне не нравится, как ты выглядишь. Может стоит вернуться обратно? Лесли отдала бы свою единственную кошку, чтобы вновь стать твоим лектором.
— Эта кошка все ещё жива?
— К ее же глубочайшему сожалению, да.
— Кажется, это не на долго.
Кэтрин захихикала и Доминик присоединился к ней. Лесли, её бывший ректор, слишком заботливо относилась к единственному питомцу; возможно, сверхзаботливо. Из-за этого кошка часто сбегала от нее и абсолютно не желала возвращаться обратно.
Анна появилась в дверном проёме с улыбкой наблюдая за ними, после чего коротко поцеловала мужа в губы и заботливо помогла снять ему пиджак.
— Скоро подойдёт один мой знакомый, если ты не возражаешь, дорогая, – оповестил он, на что Анна покачала головой и улыбнулась.
— Я как раз готовила ужин, чтобы отпраздновать приезд Кэт.
Кэтрин нахмурилась, но ничего не сказала. Ей нужно наслаждаться семейной обстановкой, а не позволять отрицательным мыслям заполнить свое внимание. Она игнорировала их все это время и обязана продолжить это действие. Во всяком случае, она обязана попытаться не впускать пугающую реальность в свои мысли.
В гостиной стоял невероятный аромат разнообразной пищи. Анна превзошла саму себя приготовив так много блюд за такое короткое время, и выглядела от этого чертовски гордой. Она, вместе с Кэтрин, украсила стол, расставив везде свечи, придав атмосфере некую загадочность. После чего все стали дожидаться друга Доминика, который появился очень быстро. Он будто стоял под дверьми и ждал своего звёздного часа. Кэтрин, движимая неизвестными силами, подскочила и первая бросилась к входной двери, чувствуя странные ощущения в районе груди. Страшная догадка заставила ее замереть лишь на минуту, после чего яростно схватиться за дверную ручку и дернуть ее со всей силой, будто она была источником всех бед в ее жизни.
На пороге стоял Бальтазар, продолжая выглядеть все так же царственно и уверенно, словно все вокруг него это бактерии и своим появлением он сделал одолжение всему миру. Кэтрин замерла, в страхе оглядывая пространство за ним, в надежде увидеть хотя бы Азазеля, который, вроде как, защищал ее именно от дьявола алчности.
— Не ищи их понапрасну, – сухо порекомендовал Бальтазар, не предпринимая попыток напасть или схватиться за ее душу.
Кэтрин отреагировала молниеносно, как ей показалось. Она дернула дверь обратно, в глупом и человеческом желании спрятаться за закрытыми дверями, но Бальтазар не позволил этого сделать. Его рука приземлилась на твердую поверхность, подавляя всякий бунт, а глаза недобро блеснули.
— Как невежливо, – поцокал он языком, не выглядя особенно весёлым, — Если бы я желал причинить тебе реальную боль, я бы уже это сделал. А раз уж моих горе-братцев здесь нет, значит ты в безопасности в моей компании.
— Заключил сделку с братьями? – прошипела Кэтрин, подавляя внутреннюю истерику, — Тоже решил использовать меня для своей мести? Как лицемерно после этого говорить, что я в безопасности в твоей компании. Убирайся!
— Не забывайся, Катерина.
— Иначе что? Убьешь меня? – она вызывающе подалась вперёд, — Разве ты не сказал, что не причинишь мне вреда? Хотя, о чем это я. Ты же дьявол, твое слово в принципе не имеет веса!
— Адам? – сзади появился Доминик, предотвращая разворачивающуюся полемику, — Добро пожаловать в мой дом. Мы тебя уже заждались.
— Добрый вечер, Доминик, – кивнул Бальтазар, в миг надевая маску спокойствия.