— С рыженькой? Такая невысокая, всегда носит яркую одежду и пахнет, как сахарная вата? А что ты хочешь узнать? – вкрадчиво поинтересовался Джейден, сверкнув глазами. В них было не то предупреждение, не то раздражение. Возможно оба. Кэтрин молчала, выжидала. Это точно была уловка, чтобы он смог отвлечься на другой вопрос. Черта с два она позволит себя одурачить, — У меня есть на то причины, о которых мы не будем говорить, – добавил парень, пресекая поток льющихся из нее вопросов, — Не стоит сомневаться во мне, Кэтрин, мы уже прошли эту стадию. Скажу одно: это было сделано в благородных целях.
Раздражение вновь вспыхнуло внутри. Джейден был уверен в себе и своих словах, но убедить Кэтрин у него не получалось. Голос разума требовал успокоиться и перестать совать свой нос в чужие дела; а сердце побуждало к яростному противостоянию за правду — Натали была ее подругой, так что это уже ее дело. Раньше никто не защищал Натали, но сейчас пришло время все изменить. Кэтрин сделает — или постарается сделать — все, чтобы ее подругу впереди никто даже в мыслях не смел обижать. И если ради этого ей придется сломать парочку высоко задранных носов, то она не прочь рискнуть.
Кэтрин развернулась, потеряв всякое желание продолжать общение, по крайней мере на данный момент. Однако, как только она развернулась, ладонь Джейдена обвила ее запястье и Кэтрин услышала, как он резко втянул воздух. Она вновь позволила ему стать объектом своего внимания, но Джейден смотрел не на нее. Все еще сжимая ее руку, серые глаза были распахнуты до предела и смотрели куда-то в ее грудь. Они были внимательными, не оценивающими, а скорее удивленными. Что-то появилось в них; что-то темное пронеслось, как молния на грозовом небе и тут же исчезло. Губы слегка приоткрылись, когда он наконец поднял взгляд и отдернул свою ладонь. Кэтрин нахмурилась, видя мириады вопросов и недопонимая в его лице.
Спросить, что не так не получилось; из-за угла плавно вышла фигура Изабеллы, которая тут же подошла к ним совершенно бесцеремонным образом проходя мимо Кэтрин и задев ее своим рюкзаком. Блондинка приземлилась рядом со своим так называемым другом, что все еще пялился на Кэтрин с мрачным любопытством.
— Ты выглядишь так, будто увидел саму гончую, Джейден, – хмыкнула маленькая ведьма, отрезвляюще подействовав на Джейдена; его внимание не было уже таким дотошным, — Я тебя помню, – а вот эти слова были обращены к Кэтрин, которая лениво мазнула взглядом по новоявленной собеседнице, — Ты якшаешься с той рыжей, как ее там? Натали, кажется. – Кэтрин молчала, с трудом выдерживая все пренебрежение в тоне Изабеллы. Посчитала до десяти и обратно, — Ты мне нравишься, дорогая, правда. У тебя хотя бы есть вкус... – губы ее скривились от отвращения, словно само упоминание о Натали было ей неприятно, — Потому предлагаю перестать цепляться за убогих и начать общаться с более достойными. Ты так не считаешь? – теперь серые глаза наполнились чем-то зазывающим, почти лишающим всех чувства воли.
Кэтрин хмыкнула. У этой девушки в роду точно были ведьмы, по-другому и быть не может. Теперь даже стояло ясно, каким образом она смогла влюбить в себя Кристофера. Его даже стало жалко. Интересно, она сварила ему приворот используя свою кровь? В детстве Кэтрин и сама баловалась подобными вопросами, читая разные статьи из интернета по приворожению парней. Но, к счастью, ограничилась лишь теорией.
— Знаешь ли, дорогая, – теперь настала очередь Кэтрин наградить эту ведьмочку презрительной ухмылкой, — Не заговори ты сейчас, я бы и вправду продолжила считать тебя достойной своего общества. Но вот ведь незадача, я предпочту общество убогих. – Кэтрин приблизилась, упиваясь произведенным эффектом, — Хотя, после сегодняшнего я сомневаюсь кто убогий, а кто достойный.
— Да как ты!..
Изабелла замахнулась, и каким-то уголком своего сознания Кэтрин понимала, что если ее сейчас ударят, то след от этих ногтей — скорее когтей — будет заживать очень долго и болезненно. Они могли и вправду разорвать кожу и Кэтрин подготовилась. Но удара не произошло. Джейден среагировал на опережение, перехватив руку своей подруги. Последняя прошипела что-то, что Кэтрин вполне себе могла принять за несуществующий, какой-нибудь проклятый язык. Может у ведьм есть своя уникальный?
— Не трогай ее, Изабелла. – твердо, все еще не отпуская ее руки приказал Джейден. Изабелла не сжалась, а наоборот, горделиво выпятила подбородок, всем видом бунтуя, — Не заставляй меня повторять.