— Ананке! – прорычал вновь Кристофер, выхватывая свой кинжал и вставая в боевую позицию.
— Замри, красавчик.
Кристофер замер с удивленным выражением лица, что вызывало волну отрицания в Кэтрин. Было так неправильно видеть именно Кристофера в таком положении, когда он вынужден подчиняться кому-то. Изабелла тихо вскрикнула, осознав, что потеряла на время своего защитника и что-то вроде беспомощности и смирения мелькнуло в ее серых глазах, которые обратились к Кэтрин. Последняя прищурилась и ступила ближе, бессознательно желая защитить перепуганную знакомую. Изабелла сейчас была больше похожа на ребёнка с большими глазами, нежели на змею с острым языком.
— А ты, – взгляд Ананке переместился на Изабеллу, — Поделись тайной, которую скрываешь. Ну же. Это будет весело!
Кэтрин прищурилась на Ананке, замечая некую схожесть с одним знакомым. Изабелла, меж тем, затрясла головой, делая шаг ближе к Кэтрин. Вторая странность за день — Изабелла, которая не забывала бросаться ядом во всех, сейчас ищет спасения у Кэтрин. К удивлению, её глаза не остекленели, как обычно случалось при гипнозе, и даже движения были свободными. Она смогла воспротивиться приказу. Ну надо же! Это точно не понравилось Ананке, ее губы скривились, а тело напряглось; что-то схожее было, когда Кэтрин так же смогла проигнорировать приказ. Неужели в Изабелле так же течёт кровь ангела? Быть этого не может! Прежде чем Ананке прыгнула, Кэтрин встала перед ней, а Агнесс заговорила:
— Хватит Ананке! – рыжая бросила взгляд и отступила, не теряя дикости в глазах, — Никто не собирается навредить Изабелле, можете мне верить. Мы всего лишь хотим ей помочь, – Кэтрин скептично выгнула бровь, продолжая стоять в защитном жесте перед замершей позади Изабелле, — Изабелла не такая как все полу-демоны. В каком-то смысле она является им, но более чистокровной. Её отец был демоном, а мать человеком. Если ты вдруг не знаешь нашей истории, Катерина, то именно так и рождаются ведьмы. Демон вселяется в тело либо смертной женщины, либо мужчины и вступает в половой контакт с другим человеком, в результате — очень редко когда — появляются дети. Все девочки. Ведьмы. Изабелла одна из нас. Она ведьма.
Холодок прошёлся вдоль позвоночника. Кэтрин удивлённо обернулась к Изабелле, которая была смертельно бледная. Из неё будто выкачали всю кровь; а в глазах было отчаяние. Она всегда выделялась среди полу-демонов своим взрывным характером, будучи более суетливой, чем другие. Но Кэтрин даже подумать не могла, что она будет ведьмой. Сейчас, узнав эту правду, она поняла, что теперь все сходится. Не зря она называла Изабеллу ведьмой поначалу. А ещё понятно как она смогла не подчиниться Ананке. Каждая ведьма имеет свой определённый дар, видимо, даром Изабеллы стала защита от другой магии. Селена не видит её будущего именно по этой причине; вот о чем она говорила в начале. Но, это значит, что Кристофер... Бессмертен? Кэтрин тряхнула головой. С этим она разберётся позже.
— Мы не хотим навредить ей, – примирительно начала Селена, глядя куда-то в потолок, — Она, в конце концов, наша сестра. Мы лишь хотим поделиться с ней нашими знаниями и помочь стать полноценной ведьмой, не бояться своего звания и носить его с гордостью.
— Во-первых, освободите Кристофера, – Агнесс кивнула Ананке и та, закатив глаза, отдала приказ об освобождении; Кристофер тут же обвил талию Изабеллы и притянул к себе, все ещё не выглядя до конца в своём сознании, — Спасибо. А во-вторых, именно я прошу у вас зелье, это не имеет никакого отношения к Изабелле. Говорить от её лица у меня нет права. Называйте другую цену!
— Либо Изабелла остаётся с нами, либо вы уходите без зелья, – цокнула языком Ананке, рассматривая ногти.
Кэтрин сжала кулаки и крепко сцепила зубы. Как бы ей ни хотелось сейчас отдать все что угодно за зелье, эта цена слишком высока. Это в буквальном смысле торговля человеком. Не смотря на то, этот человек ведьма, полу-демон или кто-то ещё. Право выбора остаётся за Изабеллой, никак не за Кэтрин. А поскольку первая молчит, второй приходится менять тактику.
— А вы уверены, что мы вам по плечам? – с ухмылкой интересуется Кэтрин, — Насколько я помню, двое из нас уже не поддаются вашему воздействию, а третьему не грозит смерть, по словам вашей сестры. Мы сможем уйти из этого места с зельем либо с вашего соглашения, либо без него, мне без разницы, – выдвинула новые условия Кэтрин, ощущая, как напряжённость вновь сгущалась среди присутствующих.