Преодолев злость от испачканной одежды, Кэтрин достала жалкое орудие защиты и отбросила его от себя. Фигура Дориана мелькнула впереди. Кэтрин улыбнулась; собрав всю волю, она переместилась и оказалась прямо позади дрожащего от страха полу-демона. Толчок в спину; мужчина покатился по склону вниз, а Кэтрин огляделась, ища что-нибудь подходящее для нее. Ей хватило секунды, чтобы найти длинную палку.
— П-пожалуйста, – отчаянно шептал Дориан, пытаясь отползти подальше. Кэтрин сардонически усмехнулась.
— Пора бы научить тебя манерам.
Последующие часы в лесу были слышны только надрывные крики агонии. Кэтрин не позволяла Дориану умирать; умело варьировала на той самой грани, которую переступать было нельзя. И она заставила полу-демона пройти все круги ада, пока истязала его тело, разбрызгивая его кровь везде. К концу, когда фантазия выдохлась, Кэтрин убила Дориана, распространив огонь по его венам. Металлический запах распространился по всему лесу, а сама она стояла вся в крови. Особенно досталось белым волосам, на которых кровь выделялась особенно ярко. Это ее не пугало; даже не изувеченное тело перед глазами. Ее напугало то, на что она способна. Было страшно смотреть на результат ее гнева и презрения.
И потому спонтанно, почти неосознанно, она позволила своей энергии открыться. Детское любопытство подняло голову; кто же придёт поглядеть на нее первым. Кэтрин не вздрогнула, когда почувствовала вторжение позади себя. Только лёгкий шоколадный аромат позволил понять кто это. Нацепив на лицо самую обольстительную улыбку, на которую она была только способна, Кэтрин развернулась.
Самаэль стоял поотдаль, спрятав руки в карманах. Его фиалковые глаза прошлись сначала по обезображенному телу полу-демона, потом позволили себе заскользить по телу Кэтрин. Она не знала, что он искал, но, по разочарованному взгляду было ясно, не нашёл.
— Наслаждалась криками? – начал вести он светскую беседу, не пытаясь даже подойти ближе. Кэтрин плавно передернула плечом, не убирая улыбки с лица.
— Больше, чем ты думаешь, – стрельнув глазами в него, девушка приблизилась, сохраняя кокетливость, — Соскучился? – дьявол молчал, — Ну же, Самаэль, признайся. Я же знаю, что ты скучал по мне. Осталось лишь признаться в этом самому.
— Больше чем ты думаешь, – процедил он скрепя зубами. Кэтрин вновь приблизилась, соблазняя его не только своими словами и взглядами, но и ароматом, который появился совсем недавно, но уже стал ее неотъемлемой частью.
— Нравится то, что видишь?
— Ты изменилась, – выдохнул он и запрокинул голову, рассматривая звезды, — С самой нашей первой встречи я хотел увидеть тебя в таком обличии, той, кем ты была рождена стать. И сейчас, когда ты стоишь передо мной в образе гибрида двух враждующих сторон, я не чувствую ничего, кроме восхищения. – Кэтрин не спешила отвечать, ожидая продолжения, чувствуя, как перехватывает дыхание от слов дьявола, — Тогда... В тот день, когда полу-демоны выкрали тебя и пытали я… – он вздрогнул, — Я чувствовал, как льётся твоя кровь, как сознание мутнеет от боли, но не мог найти тебя. Мне казалось, будто какая-то часть меня умирает вместе с тобой, – грустная улыбка расцвела на его губах, — Это было ужасно, чувствовать твою боль и не иметь возможности помочь. Я был готов пустить все легионы на твои поиски и единственное, что меня удерживало, так это страх увидеть тебя. Да, я трус, Катерина. Мне не просто страшно, мне больно видеть ненависть в твоих глазах. То, с каким отвращением ты смотришь на меня. И я… Ты была права. Это не ты проиграла в этой битве, ведь из нас двоих только я стою на коленях перед тобой совершенно безоружный.
И он встал на колени.
Кэтрин сдержала порыв отскочить назад и ринуться как можно дальше, только бы не видеть этой картины. Ей стало невыносимо лишь одного вида дьявола на коленях перед собой. Один раз такое уже было, но в более интимной атмосфере, когда они оба были нагие; однако сейчас... Сейчас Самаэль нагой перед ней душевно. Он открыл ей свои чувства, свою сущность; позволил ей увидеть свою слабость.
— И пусть все видят и слышат мои слова, – он поднял голову и пронзил Кэтрин твёрдым взглядом, — Я, дьявол чревоугодия, падший ангел небесный, люблю тебя, Катерина, дочь Велиала. Полюбил ещё хрупким человеком, безопасность которого ставил превыше всего, и продолжаю любить как сильнейшего существа из нынеизвестных. Мне не страшны мои чувства, пока ты рядом со мной. Я готов сражаться со всем миром, будучи подле тебя. Потому молю тебя, Катерина, не отталкивай меня, – Кэтрин замерла, когда фиалковые глаза подозрительно заблестели, будто он... Кэтрин даже побоялась закончить эту мысль. Бессмертные не умеют плакать. Нет. Даже если попытаются, — Я буду ползать в твоих ногах, сравняю свою гордость с преисподней, но, прошу тебя, не отворачивайся от меня. Однажды ты сказала, что я люблю свой дом. Я промолчал, но ты была права. Лишь со временем я понял, что ты стала моим домом. Местом, которое я люблю и всегда буду тосковать. Позволь мне вновь обрести свое счастье.