— Оставьте нас.
Кэтрин удивлённо выгибает брови и смотрит на Эйдана. Изабелла смотрит с не меньшим удивлением и любопытством. Ее серые глаза мечутся между двумя застывшими напротив друг друга людьми. Она не спешит ретироваться, позволяя огню любопытства полыхать. Кристофер, уставший от препирательств, перехватывает ее запястье и мягко спускает с подоконника. На секунду, помутневшему от усталости мозгу Кэтрин кажется, будто щеки блондинки вспыхнули, а сама она бросила смущенный взгляд на парня. Что бы это ни значило, но Кэтрин уверена: после того вечера в клубе, между этими двумя что-то происходит. Как только дверь закрылась, Кэтрин отворачивается и старается отгородиться от парня.
— Знай, если ты меня убьешь, то тебе не поздоровится, – угрожает Кэтрин, предупреждающе указывая на него пальцем, — Натали знает что я здесь, а Самаэль не может вечно отсутствовать. Он найдет тебя и убьет, так что советую меня не трогать.
— Как думаешь, при выборе между скорой смертью и твоим бесконечным упрямством, что я выберу?
Эйдан довольно хмыкает и непозволительно близко садится рядом с застывшей девушкой. Привлекая ее за подбородок, он заглядывает в синие глаза совершенно бесстрастным взглядом. И сейчас неизвестно кто кого пугает. Кэтрин, своими громкими угрозами, или Эйдан, одним лишь взглядом, которым владеют настоящие убийцы. Она громко сглотнула и вырвалась из хватки.
— Кто ты такой? – ее голос слегка надтреснут, выражает все те эмоции, что бьются внутри. Она одна. Находится в неизвестном месте, с человеком, который может ее убить. Даже в компании со змеей и Кристофером ей не было так страшно.
— Таких как я называют полу-демонами, – Эйдаг отодвигается, при этом бросая взгляд полный насмешки и самодовольства, — Мы обычные люди, но в нас течет кровь демона. Так скажем мы особый вид демонов, с некоторыми изменениями. – Кэтрин прищурилась, сосредоточенно слушая голос Эйдана и понимая, что она очень многое не знает об этом мире; даже та информация, которую дал Самаэль являлась лишь каплей в море, — Первый из нас был Оливер Джордан, заключивший сделку с дьяволом. Оливер был горделив, его одолела тяга к первенству. Желание показать, что он лучше остальных: сильнее, ловчее, умнее и красивее. Он заключил сделку с дьяволом. Продал свою душу одному из тех ублюдков, которых на сегодняшний день слишком много.
— Дьявол обманул его, – утвердительно произнесла Кэтрин, расслабляясь при рассказе. Они уже стали неким подобием сказки на нее. Сказки с плохим началом и плохим концом.
— Дьявол выполнил его желания. Он дал ему все то, о чем он мечтал. Дал славу, внешность, силу — все, что потребовал Оливер. Но дьявол не принял его душу. Не совсем, – горькая усмешка тронула губы Эйдана, — Он дал испить опьяненному ощущениями мужчине своей крови и превратил его в себе подобного. Но Оливер оставался человеком. Кровь лишь несколько изменила его: дала силу, которой нет у обычного человека; улучшила его основные чувства; но лишила многих эмоций, превратив его в пустую оболочку.
— Зачем это понадобилось дьяволу?
— Помеченные клеймом люди легче поддаются вторжению демонической души, но все еще представляют собой длительную работу. Ведь сначала нужно их найти, поставить клеймо, подождать, пока оно развратит душу и же потом вселяться в тело, – рычит Эйдан, словно одно упоминание об этом вызывает в нем огромную волну гнева и некую зависть, — Наши же души испорчены, они не могут быть светлыми, от них не приходится избавляться при одержимости. Мы просто идеальные сосуды для них.
— То есть ты что-то по типу колбы в химическом классе, которая ждёт, когда ее заполнят? – невинно поинтересовалась Кэтрин, за что получила предупреждающий взгляд от Эйдана, — Что? Любопытство не грех.
— А очень большая глупость, – парирует Эйдан, — Чтобы занять тело смертного, демону нужно высосать из него всю душу и уже потом забраться внутрь. Зато, чтобы забраться в нас, ему это не нужно. Он просто переселяется, не спрашивая нас об этом.
— Так себе участь. И как вы противитесь этому?
Эйдан усмехнулся уголком губ и расстегнул первую пуговицу своей рубашки. Кэтрин напряглась, переводила взгляд с открывшейся груди в темные, сверкающие глаза парня. Однако, к ее великой радости — а может к разочарованию — он лишь подцепил серебряную цепочку с интересным медальоном. Он был круглой формы с выгравированной пятиконечной звездой.