— Хватит! – вскрикивает Кэтрин, чувствуя тошноту, подкатившую к горлу. Зажав рот правой рукой, Кэтрин стала смотреть в противоположную стену. Ее взгляд не выражал ничего. Пустой. Холодный. Синие глаза выглядели настоящим замёрзшим океаном, однако внутри была буря. Настоящая.
Кэтрин чувствовала отвращение. Откровенность ведьмы не принесла ей никакого удовольствия. Ее мозг стонал, требовал избавить его от таких подробностей. Меньше всего ей хотелось такого расклада — знать о личной жизни ведьмы и падших. А проверять это она точно не собиралась. Просто сотрите ей память, чтобы никогда больше не слышать эхо этих мерзких слов в своей голове.
— Я задела твои ангельские гены? – невинно захлопала ресницами Ананке, не без наслаждения пройдясь по бледному лицу Кэтрин, — Привыкай, дорогуша, теперь ты часть этого мира со всеми его грязными подробностями.
— Я пришла не для разговоров, – гнев вспыхнул в синих глазах Кэтрин, на удивление, заставившее ведьму сделать шаг назад, — У тебя есть зелье, Ананке, которое может излечить невинного. И я жду его, а не твоего хвастовства относительно отношений с падшими.
— Какое хвастовство? Это просто совет. Если когда-нибудь захочешь почувствовать настоящее наслаждение, иди к Асмодею, – кокетливо протянула Ананке, плавным, весьма грациозным движением отбросив свои длинные волосы за спину; на секунду всю комнату будто затопило древесным ароматом. Ее взгляд прошёлся по Кэтрин, остановившись на груди, как раз в том месте, где девушка спрятала кинжал. Ведьма прищурилась, — Какая же ты наивная, ангелочек. Отдай по-хорошему.
Кэтрин упрямо мотнула головой, стараясь удержать маску безразличия на лице. Ананке повторила приказ с нажимом, явно теряя терпение. Ее глаза загорелись фанатичной ненавистью, когда Кэтрин почувствовала изменение температуры в комнате. Холод сразу окутал ее, давя на мозг, заставляя подчиниться команде. Однако этого не произошло. Магическим образом Кэтрин смогла противостоять силе убеждения ведьмы, разъярив ее своей непокорностью. Было похоже на столкновение двух температур: холодного приказа, и горячего неповиновения.
Ананке злобно зашипела, превратившись в настоящую змею, после чего бросилась в сторону Кэтрин. Неужели кто-то смог переплюнуть Изабеллу? Ее движения были резкие, хаотичные и быстрые. В секунду она остановилась около Кэтрин схватив ее за горло, впившись острыми ногтями в шею. Кэтрин зашипела от нехватки кислорода, а перед глазами начало мутнеть. Ее лицо стало стремительно краснеть, а воздух заканчиваться в лёгких.
— Как ты это сделала, дрянь? – Ананке сейчас больше походила на голодную волчицу, оскалив свои ровные зубы, — Как? – дёрнув рукой, она ударила затылок Кэтрин в стену, придавив ее всем телом.
На грани потери сознания, Кэтрин потянулась к внутреннему карману и достала кинжал. Кончики пальцев задрожали от предвкушения атаки, когда острие наконец плавно прошло по груди ведьмы, будто пройдясь по мягкому маску. Болезненный всхлип сорвался с губ рыжеволосой, и она отскочила. Кэтрин сделала глубокий вдох, отползая подальше и цепляясь за пострадавшую шею.
Ананке в ужасе смотрела на кровь, окрасившую ее пальцы, пытаясь понять что произошло. Кэтрин видела ее внутреннюю борьбу, но ее саму беспокоило свое состояние. Горло обжигало от столь быстрого дыхания, но первобытная жадность охватила ее тело. Ей нужно было сделать как можно больше глотков воздуха.
— Я не хочу проблем, Ананке, – хриплым голосом произнесла Кэтрин, стараясь подняться на ноги, — Иначе я уже позвала бы остальных. Могу заверить тебя, что не желаю стать твоим врагом. Потому...
Кэтрин медленно обошла стороной ведьму, сконцентрировавшись на ее попытках остановить кровь. Ананке подняла взгляд, который обжёг Кэтрин своим гневом. Это не остановило ее. Она прошла ближе к столику, на котором стояли колбы и взяла пустой. Показательно подняв руку она рассекла свою ладонь, откуда сразу потекла густая красная жидкость. Ананке в предвкушении закусила губу, выглядя совершенно безумной.