Бросив последний взгляд на дом, или уже его руины, он запел. Тихая мелодия, похожая на свист, но рассказывающая историю о прискорбном конце любви. Какой бы сильной она ни была, даже любовь не выстоит перед ненавистью. В очередной раз свет проиграл, и что-то подсказывало, что он проиграет и в конечном счёте. Он сделает все для этого. А теперь... Последние штрихи и он может уходить.
Глава 1.
Огонь. Везде огонь. Ей нечем дышать. Руки, казалось, сгорели, готовы были сами загореться, превратиться в настоящие факелы. Крики вырывались из груди, но никакие звуки не срывались с губ. В легких скопилось слишком много дыма, дыхание постепенно сходило на нет, уступая место удушливому кашлю. Грудь внезапно опалило, когда все прекратилось.
Кэтрин подорвалась в кровати, ровно в момент звонка будильника, тяжело дыша и первым делом осматривая свои ладони. Какой это по счету кошмар за последний месяц? Они точно стали реже, но не отпускали ее из своих оков, появляясь неожиданно, напоминая о своем существовании. Было похоже на игру; когда притаившийся зверь позволяет жертве порадоваться свободе, перед очередным нападением. Даже успокоительные, некогда выписанные доктором не спасали. Это точно была пустая трата денег — таблетки успокаивали нервную систему только чтобы дать ей возможность уснуть, но они не контролировали активность мозга во время сна. Она должна была привыкнуть к своим кошмарам за такой длительный период, но не могла. Сгорать каждую ночь не доставляло ей особого наслаждения и смириться с этим, принять за некую рутину было невозможным.
Рядом с ней подскочила рыжеволосая девушка, принимая сидячее положение на своей кровати, выглядя все еще сонной. Однако в зеленых глазах мигом вспыхнула тревога. Кэтрин покачала головой, уставившись в одну точку перед собой. Ей нужна всего лишь минута; привести себя в порядок и собрать все мысли воедино. После кошмаров это было намного сложнее, чем обычно, поэтому заговорить девушка смогла только спустя пять минут, досчитав мысленно до ста и обратно. Бесполезная техника, но осталась в качестве привычки с детства. Закрыв глаза, Кэтрин сделала пару глубоких вдохов, прежде чем начать говорить:
— Кошмаров не было больше недели, – призналась она хриплым голосом, все еще не открывая глаз, — Как только я съехала от родителей и переехала в общежитие, они, казалось, прекратились. Но, видимо, у моего мозга другие планы.
— Они снились тебе каждую ночь?
— В какой-то степени, – неохотно пожала плечами Кэтрин, скидывая с себя одеяло, — У меня сегодня смена, выйду пораньше.
Кэтрин выскользнула из кровати, плавными движениями перемещаясь по небольшой комнате, которую делила вместе со своей подругой, Натали. Она была прекрасной соседкой — не скандалила, предоставляла личное пространство, хотя нередко была излишне настойчивой в своем желании сопереживать каждому. По характеру она была мягкой, заботливой и оберегающей. Натали всего на год была старше Кэтрин, но за неделю их знакомства стала вести себя как старшая сестра, беспокоящаяся о младшей и своими нотациями, по ее мнению, ставила ее на путь истинный. Хотя это было не так. Натали подвержена влиянию своих чувств, представляя собой сгусток эмоций, от чего ее наставления были похожи на заверения, что любовь движет всем миром и только ей под силу справиться с любыми трудностями. В их дуэте она была сердцем, в то время как Кэтрин — мозгом, холодной логикой. Или она просто хотела себя такой показывать. Но даже у нее не могли отсутствовать эмоции.
Надев белую рубашку и бросив последний взгляд на сладкий сон подруги, Кэтрин вышла из комнаты. В это время в общежитии все спали, особенно учитывая то, что обучение еще не началось. Осталась ровно неделя до того, как начнется новый семестр, и Кэтрин нервничала. Это первый раз, когда она находится так далеко от своих приемных родителей. Новый опыт манил, наравне с вспыхнувшими нервами. Внутренний голос твердил, что этот год будет особенным. Правда, расшифровать это послание Кэтрин не смогла, потому предпочла просто плыть по течению. В конце концов, поступить в этот университет и вырваться из маленького городишка было ее давней мечтой. Там она точно не могла получить соответствующее образование либо же самореализоваться, а здесь все могло измениться. У нее хотя бы имелся шанс на светлое будущее.