Но пока его рука всё еще обнимала меня, цена начинала казаться слишком высокой.
Я попыталась осторожно приподнять его руку, чтобы сбежать. Его мышцы тут же напряглись, и он прижал меня крепче, прижав мое лицо к своей шеи. Меня окутал запах озона и той чертовой сладости от его любимого вкуса «ВейПурра». Почему он так хорошо пахнет?
Он уткнулся лицом в мои волосы.
— Останься. — Приказ, но под ним я слышала мольбу.
— Мне нужно проверить Таос…
Он повернулся, всё еще держа меня, и схватил свой «Вайзор» с пола. Он пролистал что-то, затем отбросил его в сторону.
— Она всё еще спит. Пусть отдыхает.
Я приподняла бровь.
— У тебя в спальне камеры?
Он одарил меня той самой дурацкой ухмылкой.
— Ты ожидала от меня чего-то другого?
— Извращенец.
— Шлюха.
Затем он втянул меня в поцелуй, и я возненавидела то, каким было это слово на его губах — словно это было нечто большее, чем просто унижение. Словно он произнес это с нежностью. Его язык проник в мой рот, ему было плевать, кем я была раньше — только то, кем я была прямо сейчас.
Я хотела оттолкнуть его, и я хотела, чтобы он поглотил меня. Я хотела сбежать, и я хотела оставаться под его телом и руками, пока от меня не останутся одни лишь ощущения. То, что произошло прошлой ночью, я могла списать на адреналин, Вектор и то, что резонировало между нашим Флюксом. Это была чистая химия. Мне было нужно, чтобы он меня успокоил. Но теперь, при свете дня, мне пришлось взглянуть правде в глаза — и я не была к этому готова. Мои мысли метались, воюя сами с собой.
И он знал.
— Хватит так много думать, — пробормотал он мне на ухо, его губы и зубы царапнули мою челюсть. — Отпусти.
— Сай, нам не стоит…
— Эй, — его голос стал резче, когда он отстранился; его рука поймала мой подбородок, заставляя встретиться с ним взглядом — взглядом, полным электрического жара.
— Кажется, ты наконец-то поймал меня, да? — Я попыталась разрядить обстановку, стряхнуть этот взгляд с его глаз. Но он лишь стал глубже, когда он наклонился, его губы нашли изгиб моей шеи.
— Именно так, ты попалась. Теперь ты моя. Так что сдавайся, куколка. Помни… тебе может даже понравиться.
Его рука скользнула к моей груди, и моя решимость рухнула, когда он перекатил мой сосок между пальцами, потянув его вверх. Он усмехнулся, прежде чем втянуть другой в рот, его язык и зубы вторили движениям руки на другой стороне. Мои ноги инстинктивно обвили его бедра, прижимая нас друг к другу — но мне нужно было, чтобы он был ближе.
Мне был нужен он. Я позволила этой мысли раствориться, растаяв от ощущения его руки, скользящей по плоскости моего живота, прежде чем его пальцы скользнули между моими бедрами. Мы оба застонали, когда он проник в меня двумя пальцами.
— Черт, уже такая мокрая. Я начинаю думать, что я тебе нравлюсь, Эон. — Его ухмылка была порочной, и мне захотелось дать ему пощечину.
— Мне просто нравится то, что ты со мной делаешь, корпорат.
— Меня это устраивает. — Его большой палец задавал ритм в тандеме с пальцами, которые он изогнул внутри меня, и я едва могла поддерживать перепалку — всё мое тело намагнитилось к его.
— Любишь грязные игры, да? — спросила я.
— Я? Грязные? — Его пальцы сдвинулись, пока это глубокое, невыносимое давление не попало точно в цель. — Я ангел, куколка.
Его большой палец обвел мой набухший клитор, всё туже и туже, и мое тело выгнулось под ним. Я почувствовала, как усиливается его электрическое поле.
— Никакого Флюкса, — рявкнула я.
Его глаза впились в мои.
— Эон…
Я прижала палец к его губам, заставив его заткнуться хоть раз.
Дело было в выражении его глаз? В том, как наши тела так хорошо подходили друг другу? Может, это просто годы одиночества — то, что смягчило наше безумное партнерство, — но я сказала то, чего не должна была. Это было слишком откровенно. Слишком опасно.
— Никакого Флюкса. Никаких игр. Только ты… и я.
Я не должна была этого говорить.
А он не должен был слушать.
Он должен был сказать что-то грубое, что-то жесткое.
Вместо этого он просто наклонился и поцеловал меня.
Это было так чертовски хорошо — и я знала, что пропала.
Он продолжал поддерживать ритм пальцами, жестоко и неумолимо, пока мои ноги не начали дрожать.
— Сай…
— Да. Скажи мое имя. Посмотри на меня. Покажи мне, что я настоящий.
Он тяжело дышал, его дыхание обжигало мое лицо, челка упала на лоб. Я потянулась и откинула ее назад, крепко сжав его волосы.