— Я сделаю это, — сказала она, едва слышным шепотом.
— Отлично! — Леви мгновенно вернулся к очарованию руководителя высшего звена. Он небрежно махнул рукой, словно не шантажировал ее на глазах у десятков людей. Не то чтобы это имело значение.
— Теперь вы увидите, что это не стандартный контракт. Кодекс поведения был изменен, чтобы отразить расширенные последствия любых действий, которые могут нанести вред «ПОМ Энтерпрайзис». — Он жестом указал на жалкую группу повстанцев у моих ног. — Можете не торопиться с ознакомлением.
Она и не стала. Она уже знала правду: теперь ПОМ владела ею, так же, как владела всеми нами.
Она приложила руку к контракту, и ее биометрические данные были отсканированы, решив ее судьбу.
— Добро пожаловать в семью, Эон Ибарра. Это не стандартная процедура, но, думаю, вы понимаете, учитывая обстоятельства. Небольшая проверка на лояльность. Актив Хошина, прошу вас.
Я не показал своего шока. Вместо этого я подошел к ней сзади, положив руки ей на плечи. Я пока не видел, в чем заключался следующий ход, но быть рядом с ней было лучше, чем быть порознь. Я послал ей самый слабый импульс. Она не ответила. Просто стояла неподвижно.
— Что вы хотите, чтобы я сделала?
— То, ради чего вы и ваши друзья сюда пришли изначально.
Под чем, черт возьми, был этот парень?
Выражение лица Эон, должно быть, отражало мои мысли, потому что Леви добавил:
— Действуйте. Опубликуйте данные, которые раскопала ваша маленькая банда. Это не будет иметь никакого значения. У нас целая армия дата-инженеров, готовых свести всё в небытие. Ваша история будет похоронена в течение двадцати четырех часов. Мимолетный всплеск в бесконечном потоке данных, которым вы заливаете свои мозги каждый день.
Он улыбнулся так, словно всё это было неизбежно.
— Людьми всегда было легко манипулировать. Ваши мозги эволюционировали, чтобы перехитрить хищников. Накормите их правильно, и они загорятся — дофамин зальет синапсы. Скармливайте им правильные вещи, и их будет легче запрограммировать, чем ИИ, которыми вы все так гордитесь. Вы так долго позволяли своим лидерам манипулировать вами, заставляя верить во всё, что им угодно.
Этот парень был, блядь, безумен. Наверное, мне не стоило удивляться — чтобы забраться туда, где был он, не сохранив ни кусочка души, нужно быть именно таким. И это о чем-то да говорило, уж если я так считаю.
Она не двигалась. Лицо Леви исказилось от разочарования.
— Сайанос, прошу вас.
Я осторожно направил ее к одному из голографических терминалов сервера.
— Просто сделай это. Мы скоро отсюда уберемся.
Она дрожала, и не только телом. Я наконец снова почувствовал ее Флюкс, и это был лишь сплошной статический шум. Ее пальцы начали двигаться по голографической клавиатуре.
Я наклонился так близко, как только посмел, мой голос был едва слышен.
— Куколка, что там произошло?
Действительно ли я думал, что она ответит? Не знаю. Я никогда не видел ее такой, и я был в отчаянии.
Она нажала еще несколько клавиш, и я наблюдал, как загружаются данные.
— Хорошо, — сказал Леви, внезапно оказавшись снова рядом с нами. — Этого достаточно, актив Хошина. — Я отпустил ее. Он посмотрел на голоэкран, нахмурившись. — А теперь остальное.
Ее Флюкс снова вспыхнул, электромагнитные токи стали видны под ее кожей, как фиолетовые молнии.
— Вы же не имеете в виду…
— О, именно это я и имею в виду. — Улыбка Леви не коснулась его глаз. Он жестом указал на Таос, которая лежала в полубессознательном состоянии среди захваченных повстанцев. — Протокол переноса сознания. Примените его на ней. — Он наклонился, вытащил накопитель из переднего кармана повстанки и быстро подключил его к ближайшему узлу.
Взгляд Эон метнулся к голографическому интерфейсу, и в нем промелькнуло узнавание, когда она просмотрела всплывший код. Я наблюдал, как ее лицо меняется, когда понимание обрушивается в ужас.
— Этот код… нестабилен, — прошептала она. — Если я запущу последовательность переноса, результатом будет…
— Не сильно отличающимся от того, что произошло с Ренаром, полагаю. — Леви завершил ее мысль со спокойным удовлетворением человека, просчитавшего каждую переменную. — Именно.
— Это слишком большая вычислительная мощность. Система Стеллариума здесь уже нестабильна. Перегрузка, которую это вызовет…
— Да, и если я не ошибаюсь, у нас должно быть семь минут, чтобы добраться до крыши и покинуть зону. Времени предостаточно. — Он поправил манжеты с отработанной небрежностью. — Эта инфраструктура всё равно нуждалась в обновлении.