— Чё смурные такие? Взбодритесь! Ваше здоровье! — поднял мужичок сосуд и опрокинул содержимое внутрь.
Зазвенел динамик, и по радиосвязи к нему обратился водитель.
— Э… сэр, у нас тут, это…
Главарь флегматично повернул голову. Через тонированное стекло он увидел, как к автомобилю, на огромной скорости, приближался мотоцикл. Наездник, облачённый в штурмовую броню, достал из-за спины пистолет-пулемёт.
— Блять… гони-гони-гони! — заорал в приёмник цветастый мужчина.
Лимузин ускорился, но двухколёсный болид не отставал — поравнявшись с дверью салона, мотоциклист открыл огонь. Очередь ударила по окну, и внешний слой волокна потрескался, однако пробить его не удалось.
— Иди нахуй! Стекло бронированное! — заорал мужичок, показывая в проём неприличный жест.
Скорее всего, снаружи его слышно не было, однако наездник швырнул оружие в машину и ответил тем же жестом.
***
— Вот ведь шлюха, — раздалось из-под шлема.
Джин неслась по гладкой магистрали, и по сторонам пролетали огни столбов. Зверь под ногами ревел, не давая лимузину возможности скрыться. Очень скоро они съедут с основной дороги и ворвутся в город. Автомобиль резко дёрнулся, в попытке зацепить мотоцикл бортом, однако, предусмотрев манёвр, Сглаз вырвалась вперёд, обогнав машину. Она достала из-за спины внушительный длинноствольный пистолет. Оружие выглядело странно и напоминало дитя футуристического фонарика и насоса для накачки батутов. Джин крепко схватилась за деревянную ручку чудного инструмента и на полном ходу, под лязг усиленной шины, развернула средство передвижения, вставая к лимузину боком. Она быстро прицелилась и нажала на спусковой крючок — из прорезей на конце ствола вырвалось двухметровое пламя, а отдачей лягнуло так, что однозарядный пистолет вылетел на трассу. Крупнокалиберный снаряд столкнулся с укреплённым стеклопакетом, прошёл через него, будто сквозь желе, и пробил водителю грудную клетку.
***
Изнутри на лобовое стекло брызнула кровь, шофёр схватился за грудь. Лимузин продолжил движение, сбивая незадачливого мотоциклиста — лёгкое транспортное средство отлетело в сторону, а сам наездник оказался на капоте.
— Ранен, босс, я…- прохрипел водитель в микрофон.
Тут же в узкое оконце, соединявшее пассажирский салон с кабиной водителя, влез один из телохранителей и схватился за руль, помогая коллеге сохранить управление. Увидев на окне незваного гостя, он заорал:
— Топи, мля!
Раненый вжал педаль в пол, и машина ускорилась, заставив мотоциклиста заскользить вверх, по направлению движения. Помощник, тем временем, принялся вертеть рулём в разные стороны, в попытках скинуть посетителя, однако последний оказался на удивление цепким.
— Я… не могу… — устало мямлил шофёр.
— Держись, Билл!
Телохранитель максимально вывернул руль, и лимузин занесло — резко повернувшись боком, стальному быку всё же удалось скинуть с себя наездника, который свалился на асфальт, оставаясь лежать позади.
— Так тебе, сука! — орал наниматель, где-то в конце салона.
Однако как только автомобиль заехал в жилую застройку, из дворов на него тут же вылетел чёрный гроб на колёсах. Машины столкнулись с такой силой, что лимузин откинуло в широкую витрину ювелирного магазина, а второе транспортное средство протаранило дверцей стальной столб.
***
Оправляясь от не самой мягкой посадки, Джин смахнула с плеча комок грязи. Кажется, все рёбра переломаны, хотя, может статься, что это отравление ртутью не совсем выветрилось. Сглаз, покряхтев, как древняя ветошь, встала в полный рост. Она обнимала рукой правый бок — просто на всякий случай, чтобы внутренности не вывалились. Впереди, из разбитой витрины, торчали задние колёса лимузина. Они всё ещё вращались, а из чёрной пробоины исходил дым. Сигнализация магазина не ревела шарманкой, в силу того, что, по неудачному совпадению, проводка в ближайшем квартале перегорела. Сглаз оглянулась — в стороне, у покореженного фонарного столба, экстренно припарковался квадратный автомобиль. Слишком квадратный на её вкус. Джин потянулась к поясу, вынимая последнее укомплектованное орудие — гладкий боевой нож длиной двадцать пять сантиметров. Она с грустью посмотрела на инструмент, тяжело вздохнула и пошла к витрине.
Новые глаза великолепно видели в темноте, даже с надетым шлемом: машина уронила не один десяток остеклённых полок — пол был усыпан сотней осколков. Двери автомобиля остались распахнутыми — лимузин пустовал, за исключением обмякшего тела на переднем сидении. Бережно, прислонившись к стене, стараясь не наступать на острые стекляшки, Сглаз продвигалась вглубь. В пяти метрах, за одним из целых ювелирных постаментов, восседал охранник в ожидании цели. Не зная, приметил ли он её, Джин, словно змея, бросилась на противника.
— Чт… — не успел сообразить телохранитель, как тактическая перчатка закрыла ему рот, а в его глаз вошло блестящее лезвие.
Джин выдернула из скрюченных ладоней автомат. Мужчина свалился, проронив лишь глухой стон. Этого оказалось достаточно, и с разных сторон магазина полетели пули. Сглаз кувыркнулась, уходя из-под огня, смещаясь во фланг одного из бандитов. Зрение последнего ещё не адаптировалось к темноте, а потому он не заметил скользнувший в сторону силуэт и вёл стрельбу по первой точке. Девушка прицелилась, ровная очередь прошлась по голове стрелка, роняя того на пол.
Выстрелами она дала себя обнаружить, и несколько пуль просвистело над головой. Сглаз понеслась вдоль стены, однако, в отличие от прошлого столкновения, эти ребята стреляли на опережение — в бронежилет и пластины на ногах влетело несколько снарядов, а на мотоциклетном шлеме осталась глубокая прорезь. Достигнув угла, Джин стремительно развернулась, буквально отпрыгивая от стены. Прямо перед ней оказались два последних наёмника — обоймы врагов опустели в самый неподходящий момент. Не успел один из них потянуться к поясу, как ему в торс прилетело несколько пуль, и он рухнул вниз.
Второй телохранитель уже достал пистолет, но воспользоваться не сумел — в него врезалась бешеная фурия, повалив наземь. В направлении носа скользнул нож, однако охранник, выставил вперёд левую руку, блокируя предплечье оппонента, а правой ладонью обхватил армированную перчатку. Таким образом, нож завис на месте. Со стороны казалось, что здоровый мужчина должен с лёгкостью пересилить натиск, однако нож опускался всё ниже. Сглаз чувствовала, что она, на удивление, физически сильнее громоздкого верзилы. Рывок, и нож вошёл в щёку, со скрипом проходя между зубов. Боль ослабила хватку наёмника, что позволило Джин свободно вытащить лезвие и нанести несколько смертельных ранений в шею.
Из-за спины раздался щелчок — недобитый бандит передёрнул затвор и открыл огонь. Сглаз съежилась и склонилась головой к трупу. Беспорядочная пальба из штурмовой винтовки порвала бронежилет в нескольких местах, и шесть пуль вошло в брюшную полость, калеча кишечник, желудок и почки. Один из снарядов также угодил под колено. Стиснув зубы, Джин воспряла и кинулась на врага — тонкое лезвие пронзило трахею.
Сглаз огляделась — цели и дух простыл. Затем она осознала, что спину успели превратить в очень вкусный сыр, а вытекал из глотки, разливаясь по языку, отнюдь не кетчуп. Однако боль, что терзала спину секундой ранее, быстро утихала. К колену, что мгновение назад сгибалось с трудом, возвращалась здоровая подвижность. Джин глубоко вздохнула. Она приметила открытую дверь, что вела в комнаты для персонала.
***
— Сукя, блять. Сука, блять! Работай!