— У него были дети?
Оливер кивнул.
— Ребекка была старшей из пяти. В общем, Яков, должно быть, был хорошим продавцом, потому что убедил Джорджа отдать двадцать акров под рожь Фельдмана. А ещё он уговорил Ребекку выйти за него замуж. Он переехал на остров, построил хижину и помог Джорджу с посадками.
— И она выросла?
— Выросла. Оказалось, что лёгкая, песчаная почва острова идеально подходит для ржи. У них был такой успех, что они уговорили шестерых других фермеров на острове выращивать только рожь Фельдмана. И по сей день это единственное место в стране, где она растёт.
— Правда?
Я удивлённо посмотрела на него.
— Ага. — Оливер выглядел довольным собой. — И никто не делал виски из неё почти сто лет.
У меня всё внутри прыгало от предвкушения. Я поняла, к чему ведёт Оливер.
— Но мы сделаем, — сказала я, даже не успев подумать.
Он кивнул.
— Сделаем.
Охваченная волнением, с головой уйдя в вихрь идей, я схватила его за руку.
— Оливер, это может быть невероятно! Ты понимаешь, что у нас есть? Не просто возможность создать отличный виски, а нечто большее — то, что позволит нам выделиться на переполненном рынке. У нас есть наследственная рожь, выращенный из семян, привезённых сюда сто лет назад русским иммигрантом! У нас есть американская мечта в бутылке! У нас есть золотая жила для маркетинга!
Он сжал мою руку.
— У нас есть история.
Я встретила его взгляд.
— У нас есть история.
10
ОЛИВЕР
ТОГДА
Обычно я старался избежать поездки на рождественскую вечеринку в Кловерли с родителями, но в этом году я с удовольствием запрыгнул в машину для двухчасового пути из Харбор-Спрингс.
Это было безумие — я не мог вспомнить, когда последний раз так сильно хотел кого-то увидеть, тем более Хлою Сойер. Мы не разговаривали больше двух месяцев… с той невероятной ночи в моей комнате общежития.
Иногда, когда я думал об этом — обычно перед тем, как подрочить в душе, — мне казалось, что все это было сном. Но затем я вспоминал, как она снимала с себя свитер. Потом футболку. Я слышал, как она объясняет, почему хочет, чтобы я её трахнул, но не звонил ей после. Помнил вкус её кожи, запах её волос и голос, говорящий, чтобы я снял с неё штаны.
Помнил, как здорово было быть с ней и знать, что я был её первым, что она хотела, чтобы именно я был первым. В каком-то смысле это ощущалось, как мой первый раз, хотя это было не так.
Я вспоминал это чувство после. Странное и знакомое одновременно, потому что это была Хлоя, которой мне всегда было недостаточно. Я хотел ещё.
Но потом она полностью пропала. Ей понравилось? У неё был оргазм, не так ли? С девушками порой сложно это понять. Я так легко отвлекался и терял контроль.
Но я пытался не торопиться. Я хотел, чтобы ей понравилось, даже если она делала это только для того, чтобы вычеркнуть «потерять девственность» из своего списка. Честно говоря, я думал, что её план был довольно глупым и что она в итоге пожалеет об этом и обвинит меня, но я всё равно не мог остановить себя. Не только потому, что мне было восемнадцать и я был одержим сексом, но потому что это была она. Хлоя была не просто горячей, она что-то делала со мной. Я понятия не имел, что именно. Но с того момента, как она отвергла меня после выпускного, я не мог выбросить её из головы. Сводило с ума, что я ей не нужен.
Все девушки хотели меня! Почему не она?
И вот я сделал то, о чем она попросила в ту ночь, и это было чертовски фантастически. Настолько, что я не мог перестать думать об этом неделями. Другие девушки подходили ко мне, иногда я с ними заморачивался, но они никогда не могли сравниться с ней. Они были симпатичными, но скучными. Они никогда не бросали мне вызов. Никогда не заставляли меня чувствовать.
Сотню раз я думал о том, чтобы ей позвонить, но потом вспоминал, что обещал этого не делать. Вспоминал, какой далёкой она выглядела на пути обратно в город.
И я был чёртовым джентльменом — спросил, всё ли с ней в порядке. Она сказала, что всё хорошо, но я знал её — что-то было не так. Она никогда не была такой тихой. Может, она уже пожалела?
Я надеялся, что нет. Я не жалел. Более того, я надеялся, что она захочет повторить. И, может быть, она позволила бы мне хотя бы написать ей после. Может быть, мы могли бы навестить друг друга или что-то в этом роде. Пердью не так уж далеко от университета Майами в Огайо.
Первым делом, как только я поздоровался с мистером и миссис Сойер, я пошел искать её. Я увидел её через весь вестибюль, стоящей у ёлки. В животе что-то странно подскочило, когда я начал пересекать комнату. Я провёл рукой по волосам, надеясь, что моя рубашка не слишком помялась в машине. Я сам её гладил.