— И вы уже договорились о цене?
— Думаю, мы близки.
— И ты хочешь, чтобы я помогла заключить сделку, да? — она толкнула меня в бок локтем. — Не волнуйся, я могу очаровать кого угодно. Мой папа всегда говорит, что я могу продать песок на пляже.
— Отлично. Потому что твоя помощь точно понадобится. Нам нужно не только утвердить цену, но и уговорить их остаться хотя бы на первые несколько сезонов. Я ведь не фермер.
— Может, найти арендатора?
— Ты хочешь доверить нашу драгоценную русскую рожь арендатору, который не знает землю? — спросил я.
— Логично, — она ненадолго замолчала. — Уверена, за приличные деньги их можно уговорить остаться. Нужно будет только сделать это для них выгодным. Хорошо, что у тебя глубокие карманы.
Я кашлянул.
— Точно.
— Мы почти приехали, смотри!
Впереди остров с его скалистыми берегами, поросшими деревьями, становился всё ближе. Хлоя продолжала искриться от возбуждения, поднимая тяжёлый рюкзак и легко закидывая его на спину, словно он ничего не весил. Я удивился, что она не начала прыгать от радости прямо на пароме. Как только мы высадились на острове, я завершил регистрацию нашего лагеря и показал рейнджеру разрешение, которое купил на пристани в Фиштауне.
Я чувствовал лёгкое чувство вины за то, насколько счастлива и полна надежд была Хлоя относительно этой поездки и фермы — ведь я не совсем рассказал ей всю правду. Но я много думал об этом заранее и пришёл к выводу, что будет лучше, если правда будет выходить на поверхность постепенно, небольшими порциями, а не свалится на неё одним большим грузом. Если бы я рассказал всё сразу, она сосредоточилась бы только на минусах и полностью проигнорировала бы все возможности. Так, я дал ей шанс привязаться к идее производства виски и нашей наследной ржи … так сильно, что я надеялся, она будет готова на всё, чтобы воплотить её в жизнь.
— Итак, с чего начнём? — спросил я. — Сейчас половина четвёртого. Встреча с Фельдманами назначена на семь. Я специально запланировал её на позже, так как не был уверен, на какой паром мы успеем.
Хлоя кивнула.
— Тогда, может, прогуляемся? Посмотрим маяк? Или искупаемся?
— Отлично. На самом деле, это идеально, потому что ферма находится на северной стороне острова, недалеко от нашего лагеря. Мы можем закончить там.
Она засияла.
— Давай сделаем это.

Хлоя оставалась в отличном настроении на протяжении всей прогулки длиной в километр по дощатой дорожке до маяка, во время подъёма по винтовой лестнице на 117 ступеней и, наконец, когда мы стояли на смотровой площадке, наслаждаясь потрясающим видом.
— Боже, как здесь красиво, — сказала она, ветер трепал её волосы, а в её голосе звучало восхищение. — Понятно, почему этот магнат хочет построить здесь дом для отдыха.
Я вспомнил цену, которую был готов заплатить магнат, — сумму, которую мне придётся предложить, — и чуть не пошутил насчёт прыжка вниз. Но не хотел, чтобы Хлоя заподозрила, что у меня могут быть проблемы с деньгами.
— Здесь действительно красиво, — согласился я.
Она вздохнула.
— Не думаю, что когда-нибудь смогу жить слишком далеко от воды.
— Я тоже.
— Но иногда я скучаю по городской суете. Мне нравился Чикаго. Там есть и вода, и жизнь.
— Чикаго потрясающий, — согласился я.
— Но мои корни здесь, — сказала она твёрдо. — И мне нравится работать на семью.
— Тебе повезло, что твоя страсть совпала с семейным бизнесом, — сказал я. — А вот я совершенно не заинтересован в мыле, зубной пасте и стиральном порошке.
— Твои родители всё ещё пытаются уговорить тебя работать в компании? — спросила она.
— Не особо. У них ведь есть Хьюи, их золотой ребёнок. Зачем им я?
— Да ладно тебе, — она толкнула меня локтем. — Твои родители тебя обожают. Мои родители тебя обожают. Ты всегда был тем, кто всех очаровывает. Ничего против Хьюи не имею, конечно, но он очарователен примерно как кусок мыла.
Я засмеялся.
— Это правда. И такой же «чистый». Он никогда ничего не делал неправильно. Никогда не попадал в неприятности.
— Потому что он скучный и без фантазии. А я предпочитаю неприятности.
Я посмотрел на неё.
— До сих пор?
Она пожала плечами и чуть улыбнулась.
— Старые привычки трудно искоренить. Хотя я научилась более продуктивно справляться с некоторыми своими порывами, но до сих пор жажду хаоса. Не люблю сидеть на месте, не люблю слышать «нет», готова спорить о чём угодно и часто действую, не подумав. Хотя мой терапевт пытается с этим помочь.
— У тебя есть терапевт?