— Я передумала.
— О? Насчёт чего?
— Насчёт этой ночи. — Я наклонилась к нему и прошептала кокетливо, — Ты можешь коснуться меня.
— Нет, пожалуй, не буду. — Он даже не открыл глаза.
Возмущённая, я выпрямилась.
— Что? Почему?
— Потому что ты была права. Если я действительно хочу доказать тебе и заслужить твоё доверие, мне нужно держать свои обещания.
Я сидела с открытым ртом, пытаясь решить, восхищаться им или обидеться.
— К тому же, я немного боюсь твоей сложной вагины, — продолжил он, и на его лице появилась улыбка. — Никогда раньше такой не видел. Вдруг я не пойму, что с ней делать.
— Забудь, — огрызнулась я, снова падая на бок и отворачиваясь от него. — Спокойной ночи.
Не прошло и трех секунд, как я почувствовала, как его тело прижалось ко мне сзади, а рука скользнула вверх по моему бедру.
— Я просто прикалываюсь над тобой, — прошептал он, прижавшись губами к моему уху. — Я точно знаю, что с ней делать.
— Отстань от меня, — сказала я ему. — Я не хочу играть в твои игры в кошки-мышки.
— Да ладно тебе, ты же любишь эти игры. Ты сама начала.
— Все, что ты делаешь, это выводишь меня из себя.
— Я знаю, — сказал он, просовывая руку мне между ног. — И прямо сейчас я хочу вывести тебя из себя.
— Я не в настроении.
— Лгунья.
Его пальцы проникли под мое нижнее белье и легко скользнули внутрь меня.
Его твердый член уперся мне в копчик, и я выгнулась навстречу ему. Он уткнулся лицом мне в шею, целуя мое горло, в то время как его пальцы творили чудеса у меня между ног.
— Лучше бы я не хотела тебя так сильно, — прошептала я. — От тебя одни неприятности.
— Ты любишь неприятности, — напомнил он мне.
Я перевернулась на спину и просунула руку ему под шорты, обхватив его горячий, твердый член рукой.
—Пошел ты.
В одно мгновение его губы оказались на моих, когда он снова вставил свои пальцы в меня, и я задвигала бедрами навстречу его руке. Мы были жадными и нетерпеливыми, как будто хотели наверстать упущенное. Едва прервав поцелуй, мы стянули с себя шорты и нижнее белье, наша кожа покрылась потом, дыхание стало затрудненным. В мгновение ока он навис надо мной, а мои ноги обвились вокруг него.
— Все в порядке? — спросил он, дразня меня кончиком своего члена.
— Все в порядке, — выдохнула я, мое тело не желало ждать, пока мой разум остановится и обдумает это.
Затем он вошел в меня, и мне стало все равно, кроме того, как приятно ощущать, как Оливер двигается во мне, заполняя меня, с каждым разом входя в мое тело все сильнее и глубже. Я провела ногтями по его спине и, схватив его за задницу, крепче прижала к себе. Я стонала, вздыхала и проклинала себя, ненавидя себя за то, что так сильно хотела его, за то, что позволила ему снова проделать это со мной, за то, что он точно знал, как заставить меня кончить.
Но я любила его и за это — любила, когда он был немного грубоват, любила, когда он вставал на колени и прижимал мои бедра к своим, любила, когда он поглаживал большим пальцем мой клитор, в то время как его член входил в меня снова, и снова, и снова. Он стонал, рычал и ругался сквозь стиснутые зубы. Он сказал мне, что собирается кончить, и в последнюю секунду схватил меня под мышки и усадил к себе на колени, увлекая за собой за край, пока я испытывала оргазм на его толстом, пульсирующем члене.
— Господи, — выдохнула я, цепляясь за Оливера, чтобы удержаться на ногах.
— Это было совсем не сложно. — Он тоже запыхался.
— Нет, — согласилась я. — Это не было ошибкой. Но мы серьёзно усложнили наши деловые отношения.
— Я бы сказал, что сделали их лучше.
Я откинулась назад, чтобы посмотреть ему в глаза, мои руки всё ещё обвивали его шею.
— Что нам теперь делать?
— О чём ты?
— О нас. — Я вздохнула, изучая его растрёпанные волосы и красивое лицо с маленьким шрамом на подбородке, который он получил, когда мы прыгали с крыши сарая. — Я боюсь, что мы всё испортим.
— Почему?
— Потому что мы всегда так делаем. Это наш шаблон, Оливер! Мы подходим близко к чему-то хорошему, а потом всё рушим. Мы торопимся. Я не виню только тебя, я тоже так поступаю.
— Сейчас мы так не делаем, — настаивал он. — Тогда мы были слишком молоды. Я не был готов. — Он наклонил лоб к моему. — Но я что-то чувствую к тебе. Независимо от того, сколько времени прошло или как долго мы не виделись, это никуда не уходит. В тот момент, когда я снова вижу тебя, это ударяет меня, — он положил руку на свою обнажённую грудь, — прямо сюда.
Меня захлёстывал странный страх.
— Оливер. Нет.
— Почувствуй это.
Он схватил мою руку и прижал её к своему сердцу, которое бешено колотилось под моей ладонью.