Дальше все как в тумане. Я наносил удар за ударом, превращая лицо моего конкурента в кровавое месиво. Щелкали камеры, что-то кричала Лина. Охранники попытались оттащить меня от Лебовски, как сорвавшегося с цепи бойцовского пса.
– Мистер Шторм, успокойтесь! Здесь же журналисты! Вы его убьете! – увещевали меня.
В этот миг Дилан, пошатываясь, встал. Живой, тварь!
– Он пытался уничтожить мою семью! Я смогу защитить свою семью! – рыкнул и вырвался из удерживавших меня рук, намереваясь закончить начатое – превратить Лебовски в шматок фарша.
Успел нанести ему удар, от которого он снова рухнул как подкошенный, и уселся сверху, прежде чем услышал крик Лины:
– Эйден, нет!
– Мисс Найт, не подходите к нему! Это может быть опасно! – кто-то из охранников, видимо, остановил любимую.
Но она увернулась. Повисла на моей занесенной для удара руке. Испуганная, с растекшимся макияжем и взъерошенными волосами, смотрела на меня сверху вниз.
– Эйден, любимый, остановись. Я в порядке! Я жива. Он не успел со мной ничего сделать. Все хорошо. Он не стоит того, чтобы портить себе жизнь! – тараторила скороговоркой.
Замер, как восковая фигура и медленно разжал кулак. Одно неловкое движение и удар получит моя девочка, этого я не допущу. Никогда не причиню ей боль. Раз любимая хочет, чтобы эта мразь жила и дальше, пусть так и будет. Даже если я сам с удовольствием сбросил бы с крыши то, что осталось бы от его изуродованного трупа.
Послушно поднялся и рывком притянул дрожащую, хрупкую девушку к себе. Сердце сжималось от осознания, сколько всего выпало на её долю из-за меня.
– Как скажешь, малыш. Как скажешь…
Не знаю, какой бешеный пес укусил меня, но я сунул руку в карман помятого и слегка порванного об острые перила пожарной лестницы, пиджака, нащупывая бархатную коробочку. Удивительно, но она не потерялась во время бешеного бега. Отпустив Лину, чуть отступил и, осторожно открыв коробочку перемазанными в крови конкурента пальцами, протянул любимой.
– Каролина Найт, ты выйдешь за меня?
Лина сглотнула и подняла все еще расширенные от испуга глаза. Она смотрела, шевелила губами и молчала.
– Прости, все должно было быть романтично, но…
– Я люблю тебя, Эйден Шторм! – выдохнула мне в лицо любимая и, приподнявшись на цыпочки, сама поцеловала.
– Это значит да? – раздался визгливый женский голос со стороны. – Тридцать восьмой канал. Новости и политика. Уточните, это значит да?
Судя по тому, что голос стремительно удалялся, охрана уже сориентировалась. Лина оторвалась от моих губ, откинула назад голову и, совершенно счастливо зажмурив глаза, крикнула в безоблачное небо что есть силы:
– Это значит – да!
Глава 28
Уже через несколько часов новостные порталы пестрели снимками и заголовками: “Эйден Шторм делает предложение над телом поверженного конкурента!”
Тело… Вопреки кричащему заголовку Лебовски, выжил. И как бы мне ни хотелось в тот момент добить "поверженного конкурента" и накрыть рекламным баннером с его же рожей, пришлось смириться с тем, что санитары неотложки погрузили стонущую тушу Лебовски на каталку и в сопровождении полиции транспортировали вниз. Нам тоже пришлось задержаться для дачи показаний.
От интернет-ресурсов лишь чуть отстали газеты, опубликовав сенсационный репортаж лишь наутро. А через неделю видеоролик с нашим участием, попавший в сеть, распространился точно вирус и набрали сотни тысяч просмотров – вся страна теперь знала об этом инциденте. Но все это меня не интересовало, как и результаты выборов, которые я каким-то чудом умудрился-таки выиграть. Думаю, всему виной куча пафосных снимков и цитаты из серии: “Я смогу защитить свою семью!” К которой мои бравые политтехнологи ничтоже сумняшеся прикрутили продолжение: “…и свою страну!”
И не прогадали. Эффект получился таким, что можно было хоть в президенты баллотироваться. Сделать что ли Лине свадебный подарок в виде статуса первой леди?
Улыбнулся собственным мыслям и покосился на дверь кабинета доктора. Сейчас важнее всего для меня семья. Лина и ребенок. Все остальное потом. Мы решили не ждать положенный срок после помолвки, а пожениться немедленно. Если состояние Лины позволит. А о новых выборах подумаю, когда родится долгожданный ребенок, а мама Лины, плотно поселившаяся у нас, переедет от греха подальше в Италию, где я уже купил дом ее мечты.
Был у меня и еще один подарок для любимой.
Дверь кабинета отворилась, и сияющая здоровым румянцем моя невеста шагнула мне навстречу.