В данный момент Чанг не захотел бы выслушивать объяснения. Следовало сделать нечто такое, что привлекло бы внимание Клингонов, и убедить их, что Кирк не отдавал приказ вести огонь.
– Капитан, – голос Валерис заметно повысился, что было не характерно для вулканцев. – Наши!.. Он спокойно посмотрел на нее.
– Ухура, – сказал Кирк, не отводя взгляда от Валерис, – сообщи о нашей сдаче.
Ухура непонимающе уставилась на него.
– Капитан…
– Мы сдаемся, – повторил Кирк.
Она вернулась к пульту и выполнила приказ.
– Капитан, если они начнут стрелять и мы не успеем выставить экраны… – возразил Чехов.
Джим Кирк стукнул по рычажку на консоли командирского кресла.
– Торпедный отсек! Торпеды вышли из нашей аппаратной?
– Ответ отрицательный, капитан, – услышал Кирк голос Скотта. – По нашим данным у нас полный боекомплект.
Джим почувствовал неимоверное облегчение. По крайней мере, они не виноваты в том, что произошло с судном Клингонов, но в этом еще следовало убедить Чанга.
Проверив информацию на дисплее, Спок нахмурился.
– Повторное подтверждение банка данных, капитан. Мы произвели два торпедных выстрела.
– Заблокируй пусковые системы, – приказал Кирк Скотту.
На другом конце линии капитан услышал испуганный возглас:
– Капитан, если…
– Заблокируй, мистер Скотт. Полная блокировка. Ты слышишь меня, мистер?
– Так точно, сэр, – нехотя подчинился Скотт. Кирк отключил канал связи и затаил дыхание. "Давай же, Чанг, убедись, что мы здесь ни при чем."
Но ничего не произошло. Спок склонился над видеомонитором.
– Они, похоже, воздерживаются от ведения огня.
Кирк вздрогнул, когда за его спиной открылись и тут же захлопнулись двери турболифта. Рядом появился Маккой с медицинской сумкой в руках.
– Что, черт возьми, здесь происходит?
– Хотел бы я знать, – ответил Кирк. – Ухура?
– Там полный хаос, сэр. Много стрельбы и криков.
– Я иду к ним на борт, – Джим поднялся и через плечо посмотрел на своего заместителя. – Спок, займи мое место.
Вулканец преградил ему дорогу прямо перед дверями Турболифта.
– Капитан, я вовлек вас в это и несу ответственность, поэтому пойду я.
– Отправлюсь я. Как капитан я должен доказать им, что не давал приказ открывать огонь. Твое же присутствие там не будет столь убедительным.
Спок переминался с ноги на ногу. Кирк между тем продолжал:
– Кроме того, ты отвечаешь за мое возвращение. Все-таки мы не будем разжигателями полномасштабной войны накануне вселенского мира.
Вулканец согласно кивнул, и в его глазах землянин увидел благодарность. К удивлению капитана, Спок тяжело похлопал его по плечу.
– Может, вы и правы, капитан.
– Я тоже иду туда. Им, вероятно, нужен врач, – тоном, не допускающим возражений, сказал Маккой, глядя на Кирка.
Капитан не стал протестовать.
– Ухура, сообщи им, что мы идем без оружия.
На борту "Кроноса-1" генерал Чанг оставил мостик и, прилагая усилия, хватаясь за ручки на перегородке, пробирался в каюту, где до обстрела проходило совещание. Над его головой плавали жертвы бойни, а еще выше летали лужицы фиолетовой крови, которые все больше и больше увеличивались в размерах по мере того, как к ним присоединялись многочисленные капли.
Немногим раньше у Чанга был соблазн открыть по "Энтерпрайзу" огонь, но генерал сдержал себя, однако и теперь, при виде мертвых – среди них были офицеры, с которыми он прослужил много лет и глубоко уважал их, – он сжал зубы и пообещал отомстить Кирку. Скоро, очень скоро он сделает это. В том, чтобы открыть огонь по сдавшемуся кораблю, особой доблести не было.
Чанг остановился перед дверью каюты. Здесь было неимоверное количество крови, а от увиденного волосы на голове становились дыбом: летающие в океане смерти головы, части тел, туловище с огромной раной в животе.
Гробовая тишина время от времени нарушалась стонами раненых. Чанг не отвел взгляд и бесстрашно смотрел на открывшуюся перед ним картину. Воин, он уже давно научился должным образом воспринимать цену боя.
"Но за это, – мрачно дал себе слово Чанг, – Кирку придется умереть."
В наводящей ужас сцене Чанг увидел канцлера Горкона, плавающего в невесомости лицом вниз, как утопленник. Он все еще был жив, из его груди и руки сочилась ярко-фиолетовая кровь, собиравшаяся лужицей прямо над спиной. Чанг позвал канцлера и замахал руками, пробуя достать его, и чуть не упустил рукоятку на перегородке. На помощь генералу пришли другие, но попытки ухватить тело Горкона ни к чему не привели. По-прежнему мигала аварийная сигнализация. Неожиданно Чанга дернуло, и он полетел вниз, словно его потащил за собой невидимый великан. На "Кроносе" вновь стала действовать сила тяжести. Генерал упал на колени и прикрыл голову, защищаясь от падающих на него тел и полившейся дождем крови.
Незадолго до восстановления гравитации Азетбур отчаянно хваталась за воздух, крича от беспомощности. Ее усилия ни к чему не привели. Девушку отнесло от гладкого металлического потолка, удержать равновесие она не смогла, не говоря уже о том, чтобы двигаться в нужном ей направлении. За дверью каюты убивали ее отца. До нее доносились приглушенные крики жертв.
Вскоре должны прийти и за ней. От этой мысли Азетбур страшно не стало, она не билась в напрасной злобе. Хотелось одного: добраться к отцу и умереть рядом с ним. Если он все еще жив, она сказала бы ему, что всегда стремилась выполнить его пожелания, а когда придет время – готова сменить его. Хотя она и позволила Керле успокоить себя, но знала, что его обещания – пустые слова. Как он защитил бы отца, если все они находились в таком подвешенном состоянии? Это была не просто тайная попытка убить канцлера подобную ситуацию Керла вполне предотвратил бы, – а открытое нападение вражеского корабля на "Кронос". Вероятно, это был легкий боевой звездолет ромуланцев, который опустошил "Кронос" и "Энтерпрайз" и затем скрылся, заставив Империю и Федерацию обвинять друг друга.