«Но этому была цена», - сказала Джоан. «Она стала жесткой и несчастной». Она покачала головой. «Вы не имеете понятия каково было расти в том доме. И несмотря на то, что говорите вы...» Она подняла руку, прерывая на корню протест миссис Йоккум. «Несмотря не то, что вы говорите, я знаю, что каждый раз когда она смотрела на меня, она гневалась. По крайней мере сейчас я знаю причину этого».
«Ты права», - согласилась миссис Йоккум. «Я не росла в том доме. Но я видела все, что происходит. И я знаю, что она говорила о тебе, насколько сильно она тебя любила. Просто у нее были сложности с выражением чувств».
Джоан поджала губы и выгнула бровь.
Миссис Йоккум рассмеялась. «Она тоже любила делать такое выражение лица».
«Так помогите мне понять». Джоан была настроена узнать что же все-таки произошло с Энни. «Энни снимала комнату у мамы, когда отец был на войне».
Миссис Йоккум кивнула. «Она жила на старой ферме вместе с твоей матерью, пока твой отец строил на юге военные корабли».
«И никто не находил это странным?» - спросила Джоан. «Мой отец не считал это необычным?»
«В то время многие делали все, чтобы только как-то прожить. Люди сдавали комнаты жильцам, семьи переезжали друг к другу, чтобы сэкономить деньги. Это было совсем другое время. Сегодняшней молодежи этого не понять. И, думаю, твой отец даже с облегчением принял тот факт, что на ферме был кто-то еще. Все-таки такое смутное время и одинокая женщина... ну ты понимаешь...» Миссис Йоккум многозначительно подняла брови.
«И что случилось, когда он вернулся домой?»
«Война закончилась в сорок пятом, и когда они получили известие, что он возвращается, Энни съехала».
Джоан кивнула и подняла свой стакан с вином, хоть и не сделала ни глотка. «Куда она отправилась?»
«Ну, они с Кейт знали, что не смогут оставаться рядом и быть врозь, поэтому Энни уехала», - сказала миссис Йоккум. «У нее было достаточно денег - она получила наследство после смерти родителей, и она отправилась путешествовать по Штатам».
«И их отношения закончились? Опять?»
«Не думаю, что можно сказать, что их отношения вообще когда-либо заканчивались на самом деле», - сказала миссис Йоккум. «Даже когда они были не вместе, они никогда не были с кем-то другим - по крайней мере по-настоящему. Пожалуй, что-то похожее произошло лишь однажды - когда твоя мама уехала из Чикаго и вышла замуж за Клайда. Это было единственное, что могло оттолкнуть от нее Энни».
Джоан нахмурилась. «Что вы имеете в виду? Зачем ей нужно было делать это, если она любила ее так сильно?»
Миссис Йоккум уставилась в стакан, думая над ответом. «Твоя мама думала, что не может дать Энни то, что ей нужно - что в конце концов ей не хватит смелости пойти против семьи и общества. Поэтому она решила освободить Энни. И единственным способом было переехать сюда и выйти за твоего отца. Она должна была навсегда оборвать их связь». Миссис Йоккум подняла взгляд на Джоан. «Однажды твоя мама сравнила Энни с наркотиком. Она сказала, что единственный способ завязать - резко оборвать все раз и навсегда».
Джоан смотрела на миссис Йоккум, не веря что они говорят об одном и том же человеке.
«Ты кажешься удивленной», - заметила миссис Йоккум.
«Да, немного. И еще я потрясена. Не знаю даже что и думать». Она замолчала, желая расспросить ее о признании Бада в убийстве, но не зная как заговорить об этом. Барбара говорила, что он многое сочинял. Но также был и пустой патрон. Она заговорила, аккуратно подбирая слова. «Моя мама когда-нибудь упоминала о стрельбе, что кто-то был застрелен или убит?»
Миссис Йоккум не сводила глаз с янтарной жидкости в своем стакане. «Почему ты спрашиваешь?»
«Возможно, это не имеет никакого значения». Джоан махнула рукой. «Просто когда я поехала повидать своего дядю Бада, он начал что-то говорить о том, что помог отцу убить кого-то. А в шкатулке матери лежал патрон...» Она пожала плечами. «Уверена, он просто болтал чепуху, но...»