Кэтрин замешкалась. «Он веселый. Много смеется».
«Это нельзя назвать похвалой», - заметила Энни.
«Просто он много пьет», - сказала Кэтрин. «И когда Клэр с ним, она тоже выпивает. Она совсем другая в его обществе».
«Они спят?» - спросила Энни.
«Энни!» - воскликнула Кэтрин. «Это тебя не касается».
«Значит, спят», - кивнула Энни. «Я совсем не удивлена».
«И что, даже если и так?» - вызывающе спросила Кэтрин.
«О, поверь, у меня нет с этим проблем», - сказала Энни. «Если это то, что тебя интересует, то я не против. Не суди, если сам не хочешь быть судим».
«Не судите, да не судимы будете», - поправила ее Кэтрин. «Евангелие от Матфея 7:1».
Энни подняла брови. «Ученица Библии. Значит, ты христианка?»
«Невозможно не быть христианкой там откуда я родом», - сказала Кэтрин. «Хотя я не настолько религиозна как остальные члены моей семьи - тем более, если это касается посещения церкви».
«Поэтому ты не одобряешь Клэр и Ленни?» - спросила Энни. «Потому что у них добрачный секс?»
«Энни». Кэтрин испуганно оглядела столовую. «Тихо!»
«Ой, перестань», - отмахнулась Энни. «Никому здесь нет дела до нашего разговора».
«Я просто не люблю сплетничать», - сказала Кэтрин. «Тем более о Клэр. Она моя подруга».
«Значит все дело в этом», - победно провозгласила Энни тихим голосом.
«Нет». Кэтрин выпрямилась. «Вовсе нет».
«То есть ты не против добрачного секса?» - спросила Энни.
«Давай не будем спорить», - сказала Кэтрин.
«Ты не ответила на мой вопрос», - сказала Энни. Ее глаза странно блестели.
«Если ты кого-то любишь, то это меньший грех, чем если ты делаешь это только ради удовольствия», - наконец сказала Кэтрин.
«А ты когда-нибудь...?» - спросила Энни.
«Энни, это не твое...»
«Так да или нет?» - настаивала Энни.
«Да», - сказала Кэтрин. «Да».
Энни удивленно моргнула и откинулась на спинку стула, выражение ее лица было странным. «Кто? Когда?» Ее голос почему-то прозвучал агрессивно.
«Его звали... зовут... Алекс, и мы встречались прошлой весной и летом», - сказала Кэтрин. «Хотя тебя это не касается».
«И что произошло?» - спросила Энни.
«О чем ты?» - не поняла Кэтрин.
«Почему вы расстались?» - спросила Энни.
Кэтрин пожала плечами и перевела взгляд с лица Энни на свою тарелку с супом.
«Я... он... у нас были разные взгляды на то, куда движутся наши отношения», - наконец сказала Кэтрин. «Вот и все. Почему ты вдруг так интересуешься моей личной жизнью?»
«Значит, это ты была инициатором расставания?» - спросила Энни.
«Если можно так выразиться», - сказала Кэтрин. «Но если честно, я не хочу это обсуждать. Не понимаю, почему тебе это так интересно».
«Ты моя подруга», - сказала Энни. «Я просто хочу знать тебя лучше».
«А что насчет тебя?» - спросила Кэтрин, желая увести разговор от себя. «Ты с кем-нибудь встречаешься?»
«Я хожу на свидания», - сказала Энни. «И у меня было несколько серьезных отношений. И прежде чем ты спросишь - да, они были интимными».
«Я и не собиралась спрашивать», - быстро сказала Кэтрин, чувствуя как заливается краской.
«Все в порядке. Я не стыжусь этого. Я считаю, что выражение сексуальности право, данное нам богом. И мне кажется, что мужчины этого попросту страшатся. Поэтому они называют тех из нас, кто пользуется своей сексуальностью шлюхами или твердят, что мы аморальны. На самом деле это глупость». Энни повысила голос. «Если мужчинам позволительно заниматься сексом без каких либо обязательств, тогда это должно быть позволительно и нам - безо всяких упреков и обвинений».
«Энни!» Кэтрин оглянулась по сторонам, надеясь, что никто не обращает на них внимания. «Тебя могут услышать».
«В этом нет ничего ужасного», - продолжала Энни. «Я сексуальна, но не легкодоступна. Я делаю что хочу и с кем хочу. Я владею ситуацией. Я принимаю решения».
Кэтрин неловко кивнула, надеясь, что речь Энни подошла к концу. Энни вызывающе смотрела на нее, словно ждала, что Кэтрин вот-вот начнет оспаривать ее точку зрения.
«Ну...» Кэтрин осеклась, не зная что сказать. Она отчаянно хотела сменить тему разговора. «Мы возьмем поезд до Лоренса. А Бад встретит нас на вокзале и отвезет домой».
Энни захлопала глазами.
«На Рождество», - пояснила Кэтрин. «Мы доедем до Лоренса на поезде. Ты сможешь полюбоваться сельской местностью. Ты когда-нибудь была в Канзасе?» Она не стала ждать ответа Энни. «Он совсем не такой каким его представляют. Там не только одни равнины, по крайней мере, не в нашей стороне. Там полно деревьев и холмов». Она помолчала, думая что бы еще добавить. «Его назвали так в честь индейцев Канза».