Не став дожидаться ответа, Кэтрин развернулась и пошла прочь.
ЧТО-ТО резко выдернуло Кэтрин из сна. Она услышала стук в дверь и принялась наощупь искать включатель настольной лампы.
«Кейт? Это Энни. Ты дома?»
Кэтрин взяла в руки будильник и посмотрела на табло. Половина третьего. «Иду».
Она отбросила покрывало и поспешив к двери, отперла ее.
Энни стояла в коридоре, ее темные волосы были растрепаны, одежда помята. Ее левая щека была красной и припухшей, словно она участвовала в драке. «Можно войти?»
Кэтрин шагнула назад, открывая дверь шире. «О, господи, конечно». Энни прошла внутрь и Кэтрин закрыла дверь и направила ее к кровати. «Садись».
Она подняла лицо Энни, рассматривая ушиб на свет. «Что случилось?»
Энни вздрогнула, когда Кэтрин осторожно коснулась ее щеки. «Марджи».
Кэтрин удивленно выдохнула. «Она ударила тебя?»
Энни покачала головой. «Дала пощечину. Дважды. По тому же самому месту».
Кэтрин нахмурилась. «Попробуем снять отек». Она подошла к кухонному шкафчику, чтобы взять миску и полотенце. Подумав, девушка также прихватила бутылку виски и одну из маленьких баночек от джема, которую Энни любила использовать вместо стакана. Она опустила все это на стол и включила свет. «Пойду наберу холодной воды для компресса. Если хочешь, можешь выпить».
Кэтрин пробралась по коридору к ванной, где наполнила миску холодной водой. Вернувшись в комнату, она обнаружила Энни сидящей на одном из деревянных стульев за столом. Стеклянная емкость была щедро наполнена виски. Она подняла голову и попыталась улыбнуться, когда Кэтрин вошла в комнату.
«Надеюсь, ты говорила серьезно». Она подняла посуду и глотнула виски. «Раньше... о том, что мы можем быть вместе».
Кэтрин поставила миску с водой на стол и взяла ладони Энни в свои. «Разумеется, я была серьезна».
Энни изучала ее лицо, словно ища какой-то намек на сомнение. Несколько секунд спустя она сглотнула и опустила взгляд на стакан с виски. «Я должна кое-что сказать тебе. Я не собиралась расставаться с Марджи, когда пошла к ней».
Кэтрин кивнула, отпустила руки Энни и взяла сложенное полотенце. Пока она ждала продолжения, которое, она была уверена, ей не очень хотелось слышать, она окунула ткань в холодную воду, выжала ее и снова окунула.
«Я спала с ней». Слова были тихими и почти неслышными.
Кэтрин резко выдохнула, прикусила губу и слегка покачала головой. «Что ты хочешь, чтобы я сказала?» Она выжала полотенце и протянула его Энни, которая прижала его к щеке.
«Я была зла», - сказала Энни. «Но все о чем я могла думать... во время этого... была ты и прошлая ночь».
Кэтрин подняла брови и фыркнула с сомнением.
«Потом я рассказала ей о тебе... о том, что случилось», - сказала Энни.
«И тогда она тебя ударила», - сказала Кэтрин.
Энни кивнула.
«Правильно сделала», - тихо сказала Кэтрин и протянула руку за компрессом.
Энни отдала ей его и взяла свой напиток.
Кэтрин опустила полотенце в холодную воду. Она слышала как Энни отпила виски, проглотила и поставила стакан на стол.
Кэтрин посмотрела на нее. Энни сидела, уставив взгляд в стакан, ее брови были нахмурены.
Словно почувствовав на себе взгляд Кэтрин, Энни посмотрела наверх и их глаза встретились. «Ты злишься?»
«Честно, не знаю», - сказала она, щупая полотенце. «Не знаю, есть ли у меня на это право». Она вытащила мокрую ткань из миски, выжала ее и протянула Энни. «В принципе, это я была третьей лишней».
Энни прижала компресс к щеке. Они сидели в полной тишине несколько минут - Энни хмурилась, уставившись в свой стакан, а Кэтрин проводила пальцем по глубокой царапине на деревянном столе. Она слышала как стрелки часов отбивают время. Энни бросила компресс в миску и Кэтрин подняла голову. Вода пролилась на стол. Кэтрин промокнула капли рукавом своем ночной рубашки.
«Ты действительно хочешь этого?» - вдруг спросила Энни. «Думала ли ты о последствиях? Тебе придется отказаться от привычной жизни».
Кэтрин сжала губы и пожала плечами. «Я много думала о том, что ты говорила».
«И?» - спросила Энни.
«И», - ответила Кэтрин. «Я запуталась».
Энни закрыла глаза и вздохнула. «Я так и знала».
«Нет, выслушай меня. Меня растили с верой, что это...», - она повела рукой, указывая на них обеих, «...грех. Что такие как мы отвратительны. Но я не верю в это. Я не могу ничего поделать с теми чувствами, которые испытываю к тебе. Я долго это отрицала. Но когда умерла Клэр, я многое поняла о себе. И одно из этих понятий было то, что я влюблена в тебя. Наблюдать все эти месяцы за тобой и Марджи, представлять, что ты делаешь, когда находишься с ней... Это сводило меня с ума».