— Угу, — говорит Эдди, снимая лямку переноски с плеча. — Подержишь секунду?
— Конечно, — я беру переноску и крепче сжимаю поводок Фифи, намереваясь не дать ей сбежать, как в прошлый раз, когда сидела с собакой. — Но ты знаешь, что меня волнует, — говорю я, возвращаясь к прежней теме. — Микробы. Не хотела бы я рисковать подцепить простуду каждый раз, когда мой парень уходит на работу.
Кэт направляется к нам, оставив мужа и мужчину, как я предполагаю, Нэйта.
— Но мне кажется, что клиенты все время простужаются, — продолжаю я. — Тебе не надо целоваться с кем-то. Они могут чихнуть в твою сторону, дотронуться до твоей ручки, отхлебнуть кофе из твоей чашки. Так что, полагаю... — я замолкаю, повернувшись и обнаружив, что Эдди нет на прежнем месте.
— Эдди? — я кружусь вокруг, выискивая взглядом в толпе, наслаждающейся осенним днем, темноволосую женщину в очках в роговой оправе, одетую небрежно.
— Привет! Мои пушистые малыши! — Кэт останавливается передо мной, заглядывая внутрь сетчатой собачьей переноски. — Ох, Бисквитик такая милая, когда спит! Не могу дождаться, когда заберу ее домой и расцелую как следует.
— Ты не видела Аделину? — спрашиваю я, всматриваясь в лица людей на улице.
— Да, но она довольно быстро сбежала, — Кэт приседает, чтобы погладить Фифи, которую словно эпилептический удар бьет от радости, что ее Кэт вернулась с севера штата. — Эдди знает, что я не сержусь на нее из-за ухода из книжного клуба, когда она подсадила нас на романы Джейн Остин, верно? Я знаю, что у нее не так много свободного времени.
— Уверена, что она знает, — бормочу я. — Она говорила, что рада встретиться с тобой и Эйданом сегодня, но...
Кэт поднимается, пожимая плечами, держа на руках счастливую Фифи.
— Может, ей просто нужно было уйти, — она кивает через плечо. — Ты уже познакомилась с Нэйтом?
— Новеньким? Нет, — я иду рядом с ней по траве, делая мысленные заметки, написать Эдди, когда вернусь. — Они с Эйданом, кажется, подружились.
Кэт смеется.
— Они обсуждают татуировки. У Нэйта на спине есть одна, которую он хочет переделать, а переделка – как наркотик для Эйдана. Ему нравится брать что-то ужасное и делать из этого довольно милое.
— Лишиться уродства всегда приятно, — соглашаюсь я, желудок урчит, когда мы проходим мимо группы из примерно двадцати человек, которые делят на траве ведерко с жареной курочкой.
— Проголодалась? — хихикая, спрашивает Кэт.
— Нет, вовсе нет, — говорю я, хмурясь, когда желудок снова издает урчание. — Я почти неделю борюсь с пищевым отравлением. Больше никогда не стану есть устриц, никогда.
— О, я тебя слышу, — говорит она, кладя ладонь на свой живот. — Я почти избавилась от утренней тошноты, пока мы с Эйданом были в доме его родителей, но потом поехали домой и мне дважды становилось плохо. У меня почти закончился первый триместр. Этот малыш будет чертовски привлекательным, иначе я потребую компенсацию за каждый час, что проводила, потягивая имбирный чай и думая, что меня не тошнит.
Я улыбаюсь.
— О, он будет красивым. Самым прекрасным, милым, очаровательным ребенком. Уверена.
Кэт улыбается нежный, милой улыбкой, которая стала такой привычной с момента, когда она вышла замуж за мужчину своей мечты.
— Знаю. Не могу дождаться.
Фифи лает, словно соглашаясь, и мы обе смеемся.
— Знаю, Фифс, — говорит Кэт, целуя свою пушистую малышку в макушку. — Мы обе так рады, что появится малыш. Не так ли, милая?
Мы подходим к мужчинам, стоящим рядом с одалиской, и я знакомлюсь с Нэйтом, который производит на меня хорошее впечатление, хоть и выглядит немного высокомерно – идеальная замена Башу. Следующие полчаса я провожу, беседуя о татуировках, собаках и детях с тремя прекрасными воспитанными людьми. Но все это время немного грущу.
Мне грустно, что Джейка здесь нет, что он не познакомится с моими друзьями, не полюбит собак, не целует меня так часто, как это делают Эйдан и Кэт. Мне грустно, что я не знаю, как он относится к татуировкам или что было бы, если завтра ему пришлось бы сделать одну. Я чувствую, что хорошо знаю его, но мне все еще надо учиться, и я готова начать.
Готова настолько, что едва не пишу сообщение Джейку по дороге домой, и говорю, что скучаю по нему и не могу дождаться, когда увижусь с ним, что хочу поговорить о татуировках. Но затем я прохожу мимо мужчины, продающего каштаны, который долго обжаривает их на открытом огне. В лицо мне ударяет едкий, подгоревший запах, и спустя мгновение урчание в моем животе превращается в стон.
В этот раз меня рвет в мусорный бак, наполненный бумагой, покрытой сальсой, из-под тако, продающихся в конце улицы. Я провожу рукой по губам и добавляю тако в список того, что не захочу есть в ближайшее время.
Беру воду у одного из продавцов на улице рядом с парком и направляюсь домой, чувствуя себя одиноко без собак, и еще больше злясь на свой желудок.
— Лучше тебе поправится до возвращения Джейка, — бормочу я противному органу. — Если не поправишься, придется пойти к врачу, и тогда придется сократить сексуальные игры, которыми мы сможем заниматься до его возвращения к тренировкам в понедельник.
Желудок внезапно приутих, словно понял ситуацию и посчитал риск остаться без оргазмов.
Я спешу домой с улыбкой, задаваясь вопросом не слишком ли рано, чтобы отправить Джейку фото своих трусиков.
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ
Из переписки Шэйн Уиллоуби и Аделины Эдди Клейн
Шэйн: Куда ты смылась, безумная белка?
В один момент ты стоишь рядом со мной, а в следующий миг растворяешься в воздухе.
Эдди: Прости! Я вспомнила одну... вещь.
Шэйн: Вещь. И что же это?
Эдди: Одна важная вещь.
Очень важная.
Которую я должна была сделать прямо в тот момент.
Шэйн: Тебе говорили, что ты невероятно ужасная лгунья?
Эдди: Эм... Да.
В любом случае, это плохо. Ужасно.
Прости.
Шэйн: Все хорошо. Если не хочешь, можешь не рассказывать.
Я просто хочу убедиться, что с тобой все хорошо.
У тебя все хорошо?
Эдди: Да. Нет.
Не знаю! А-а-а!
Шэйн: Ты уже дважды «ахаешь» в сообщениях. Что-то серьезное.
Не хочешь поговорить?
Эдди: Это из-за Нэйта. Тот парень, с которым говорил Эйдан.
Шэйн: Ага, он новенький в КПП, занимает место Баша.
Эдди: Я не знала этого.
Но я... Знаю его.
Или ЗНАЛА его, много лет назад.
Мы учились вместе в школе.
Шэйн: Хорошо...
Так он был хорошим парнем в старшей школе? Если нет, уверена, Башу захочется об этом узнать. Ему нравится работать с хорошими людьми.
Эдди: Да, он был хорошим.
Ну, не то, чтобы хорошим. Но и не плохим...
Шэйн: Хм-м. Не тот ответ, который я хотела бы услышать.