Она села, осмотревшись вокруг.
— Может быть, примешь лекарство?
Он потянулся к ней, с отвращением глядя, как дрожит больная рука, да и здоровая тоже.
— Все лекарство, которое мне нужно было, я уже получил. Большое спасибо. Дорогая, не ляжешь ли рядом?
Она легла возле него и положила руку ему на грудь. Сердце его стучало, как паровой двигатель на пределе возможностей.
— С тобой все в порядке?
— Сейчас приду в норму. Немножко перестарался.
Куин провел рукой по щеке Дженифер.
— Мне кажется, я никогда не смогу насытиться тобой. Чем больше ты мне отдаешь, тем больше я хочу.
Она улыбнулась, наслаждаясь нежностью его взгляда. Свеча по-прежнему мерцала, еле-еле освещая комнату. Но и такого скудного света было достаточно, чтобы видеть его лицо, наблюдать за его выражением и, что более важно, смотреть ему прямо в глаза.
Никогда прежде не встречала она таких глаз: черных и бездонных. Когда она увидела Куина в первый раз, она было подумала, что у него всегда такой жесткий и холодный взгляд. Теперь же, когда знала его гораздо лучше, она сделала открытие: пожалуй, глаза-то больше всего и привлекали в Куине Макнамаре. Он умел разговаривать ими, не произнося при этом ни слова.
Сейчас они казались ей лучезарными. Это его глаза освещали комнату, а вовсе не свеча. Если бы ей пришлось когда-либо определить, что такое любовь, она подобрала бы такие слова, которые описали бы именно взгляд глаз Куина.
Никто из них, конечно, не говорил о любви, словно эта тема была табу. Для них это было так. Зачем говорить о том, что завтра утром он уедет и они расстанутся навсегда?
Но это будет завтра, а сейчас Дженифер старалась не думать об этом. Не думать также о том, как она будет без него. Куин пошевелился, и она открыла глаза. Он встал, подошел к столу, на котором стояли кувшин и чаша с водой, налил стакан воды и выпил. Затем долил воды в чашу, намочил чистую салфетку и вернулся к кровати.
Встав перед ней на колени, Куин слегка обтер ее тело. Несмотря на то, что они уже не были чужими друг для друга, на лице Дженифер выступил румянец.
— Что ты делаешь?
— Ты, должно быть, устала, любовь моя. Это поможет.
Он нежно обтер ее, уничтожая следы знакомства с первым мужчиной. Потом вновь подошел к чаше, ополоснул в ней салфетку и затушил свечу. На этот раз он, улегшись рядом с ней, повернул ее к себе спиной. Рука Куина скользнула между ног Дженифер. В руке он держал все ту же влажную салфетку.
— Давай немного поспим, любовь моя. Уже поздно.
Она уютно примостилась подле него, наслаждаясь теплом его тела. Волоски на ногах Куина нежно щекотали ее между ног, коленей и икр. Забота о ней тронула ее. Влажная салфетка помогла. Он оказался прав. Ей было больно. Куин знал, что так оно и будет, и сделал все возможное, чтобы ей стало легче.
Можно ли не любить такого мужчину, удивлялась она, прислушиваясь к его ровному дыханию и зная, что он заснул. Ее бросило в дрожь, когда она подумала о его руке. Рана так хорошо заживала. Надо надеяться, они не повредили ее.
Дженифер поражалась самой себе: почему она никогда его не стеснялась? Хотя она старалась игнорировать физическое влечение между ними, возникшее с первого дня их знакомства, она постоянно его ощущала, но он никогда не показывал, что не прочь воспользоваться этим. Каждая женщина, глядя на него, наверно, представляет, какой он в постели. Уже одна его походка чего стоит. По ней сразу можно судить о том, что ей посчастливилось сегодня испытать на себе. Теперь-то она знает, как это изумительное тело умеет доставить женщине наслаждение.
Засыпая, Дженифер думала, не удастся ли ей убедить Куина, что он принесет больше пользы человечеству, если забудет о войне и будет заниматься только любовью.
Дженифер приснился все тот же сон: бирюзовая лагуна, окруженная колышущимися на ветру пальмами. И снова Куин был там. Оба были нагие, она страстно обнимала его за шею. Они стояли по грудь в воде. Она чувствовала прикосновение его руки, касавшейся самого сокровенного места, и ей было так сладко…
Дженифер открыла глаза и обнаружила, что не все было сном. Начинало светать. Она увидела, что Куин склонился между ее ног и целовал то самое заветное место. Дженифер лежала на спине. Колени были широко расставлены.
— Куин!
Она попыталась встать, но он положил руку ей на живот, не давая подняться с кровати.
— Все хорошо, любовь моя. Я не сделаю тебе больно. Я только хочу любить тебя, доставляя тебе наслаждение.
— Но ты же не сможешь…
Он посмотрел на нее, глаза его светились, горели от страсти.
— Тебе не нравится, любимая?