— А что церемониться особенно с этими безобразниками? Они же вот где у нас, — майор Вазин весьма выразительно сжал и показал Павлу, докладывавшему о результатах посещения Пятницкой, свой отнюдь не маленький кулак. — Бери машину, привези сюда Баранычеву с Иванцовым и выложи им все, что нам известно об их житье-бытье. Пусть попробуют упираться или разболтать потом что-нибудь. В 24 часа из города вылетят.
Иванцов, угрюмый, молчаливый, судя по всему весьма и весьма бывалый дядя, на все вопросы нехотя отвечал:
— Ничего не знаю.
А Баранычева, смекнув, куда клонится дело, сразу вступила в торговлю:
— Все расскажу, как на божьем суде. Только не прижимайте, гражданин начальник.
И рассказала. И Дарья Харабарова со своим ухажером Мишкой Ильинским и Лизка Биленкина со своим Мотей ночевали у нее. И не один раз. А чего же их было не пустить? С Лизкой они подружки с незапамятных времен. Сколько вместе было выпито. И тут они завсегда приносили горючее и закусить богато. Лизка хвалилась, что Корнилов этот самый обещал жениться и уже создал ей шикарную жизнь — дарил столько добра, что девать некуда. Даже ей, Баранычевой, Матвей Данилович в благодарность принес будильник хороший, часы, радиоприемничек махонький такой, дорогой который. Отдать? Пожалуйста, берите. Еще платок посулил.
— Подарит — и его берите, — совсем расчувствовалась Баранычева. — А Лизке не повезло, — не без злорадства, скороговоркой продолжала она. — Лизке Биленкиной, подруге моей. Такие часы Мотя подарил — загляденье: из золота все и даже с брильянтом. Лизка, дура, сменила золотой ремешок тоненький у этих часов на браслет. А он возьми и расстегнись, когда мы в кино все ходили. И посеяла часы. Такую роскошь! Представляете?
В розыске очень даже представляли. Часы, о которых говорила Баранычева, значились в списке украденных Корниловым вещей одними из первых.
Разговорчивая Татьяна Сидоровна сообщила еще, что на день рождения Тамарки Леонтьевой Матвей Данилович подарил ей белую кофту из искусственной шерсти, а ее сыну — транзистор.
Цепочка низалась звенышко за звенышком. Посидев с часок в коридоре, Баранычева надумала сообщить, что Лизка Биленкина тревожится шибко, что Матвея Даниловича не видно, и начала спешно продавать вещи, подаренные им и оставленные на хранение.
— А потом, если вам надо, у дворничихи нашей пошуруйте, Панченко ее фамилия. А звать Пелагеей. У нее Матвей Данилович тоже ночевал и расплачивался всегда вещами. Кофтами подешевле, рубашками.
Вещей, изъятых у «благодетелей» Корнилова или проданных ими и тоже приобщенных к делу как вещественные доказательства, — всех этих краденых вещей уже собралось столько, что пришлось выделить небольшую комнатку в отделе и хранить их там, запечатывая дверь положенными в таких случаях сургучными бляшками. А вещей все прибавлялось и прибавлялось.
Мгновенно, как только привезли их в МУР, превратились из «благодетелей» в «обличителей» и дочка с мамашей — Харабарова и Биленкина. Павел слушал их скороговорку и думал о том, насколько беспочвенны потуги таких, как Корнилов, набросить на преступный мир флер некой романтики, представить его как сообщество людей, которых пусть и осталось совсем немного, но они продолжают быть по-своему верными и преданными друг другу. Вот уж чепуха так чепуха! Люди с раздвоенной психикой и ублюдочными понятиями — вот они кто такие, и преступники и их пособники. Корнилов не оставлял своими «заботами» ни дочь — Харабарову, ни мать — Биленкину, ни ее сестру — Леонтьеву. Биленкина, собираясь замуж за Главаря, с удовольствием принимала приглашение Баранычевой и по двое-трое суток бражничала с ее «гостями». Тамара Леонтьева, зная, что ее муж — Игорь Леонтьев — скрывается от правосудия, устроила его на «временное жительство» к своей подружке, и та, уходя на работу, закрывала любовника на ключ. Одет был Игорь в краденые вещи, которые подарил Леонтьевой ее сожитель — Корнилов. И о всех этих мерзостях спокойно говорила мамаша — Елизавета Петровна Биленкина, которая еще имела бесстыдство сетовать, что очередной любовник дочери — Михаил Ильинский — обокрал ее. Ильинский утащил краденые вещи, подаренные Корниловым — плащ-болонью, кофту импортную и сертификаты. Те самые, что находились в кармане костюма, похищенного Корниловым во время «посещения» им одной из квартир в Первомайском районе.