– Ты не права, – настаивала Лея. – Ты – мать его ребёнка, – теперь её голос звучал серьёзно. – У него никогда не будет более серьёзных отношений, чем эти. Когда у вас общий ребёнок – это и делает ваши отношения серьёзными, настоящими, даже если вы идёте разными дорогами, – она говорила это, исходя из своего опыта, и выглядела почти печальной.
– Он может жениться, – увиливала Рей.
Лея выразительно на неё взглянула, заставив Рей нервно сглотнуть.
– Надеюсь, так и будет.
В дверь позвонили, что спасло Рей от этого дурацкого разговора. Она что-то пробормотала в оправдание и впустила Финна в квартиру.
– Финн, это мать Бена – Лея, – она неловко представила их друг другу.
Гости переглянулись с некой долей подозрения. Лея скрывала свои эмоции лучше, и пожала руку Финна со словами:
– Так здорово познакомиться с одним из твоих друзей, Рей.
Финн стрельнул глазами в сторону Рей, когда Лея сделала акцент на последнем слове.
– Финн будет крёстным малышки, – вмешалась та, решив сказать слово в защиту своего друга.
– О! – Лея выглядела искренне довольной. – Я так рада, что вы решили её крестить.
Рей мягко улыбнулась и представила, что скажет Бен, когда узнает, что она решила сделать крёстным Финна вместо Хакса. То, что Лея обрадовалась, должно было смягчить удар. Наверняка Бен психанёт. Но Рей решила решать проблемы по мере их поступления.
– Я не католик, – вставил Финн, ухмыльнувшись. Улыбка тут же начала сходить с лица Леи, и вовсе пропала, когда он обнял Рей за плечи, – но для этой самой лучшей девушки в мире я могу притвориться им.
***
– Ты знаешь, почему, – уныло проговорил Бен в ответ на рассказ Рей о встрече Леи и Финна. Они распаковывали детскую одежду, которую купила мать Бена, срезали бирки с маленьких рубашечек и туфелек и укладывали всё в новый комод, пахнувший свежим деревом. – Она надеется, что ты изменишь своё мнение обо мне.
– Я уже поменяла мнение о тебе, – весело сказала Рей. – Ты не полнейший придурок.
Бен усмехнулся, но ничего не сказал в ответ.
– Она надеется, что мы поженимся.
– Я догадалась, – кисло отозвалась Рей.
Они продолжили сортировать вещи в непринуждённой тишине, оба не хотели продолжать разговор на эту тему. Когда Лея говорила о браке, Рей покраснела и всё время заикалась. Теперь, когда она пересказывала историю Бену, это было скорее весело и просто – как всегда в те недели, когда они не ссорились.
Устраивали семейное гнёздышко – вот что они делали. Рей поняла это, заметив, как сосредоточенно Бен складывал маленькие носочки в ящик.
Она знала, что у беременных женщин возникает необъяснимое желание устроить уютное местечко для будущего ребёнка. Казалось, этот феномен наблюдался и в поведении Бена. На прошлой неделе сразу после работы он принёс Рей кучу продуктов и забил ими холодильник и кладовку. В качестве объяснения Бен сказал, что ей не захочется выходить из дома сразу после рождения ребёнка. Рей закатила глаза. В другой раз он принёс коробку с детскими книжками и до самой ночи вешал полку на стену. Сегодня он притащил и вовсе пугающее приспособление – электронные качели для новорождённых. «У них хорошие отзывы», – сказал он в свою защиту, когда Рей смотрела на него с недоверием.
– Кстати, спасибо за кровать, – эта обновка предназначалась для неё, а не для ребёнка. Хотя она всё ещё сомневалась, для неё ли одной.
– Твой предыдущий матрас был для отъявленных мазохистов, – скривился Бен. – И я, в отличие от тебя, точно не мазохист.
– Тебе-то что? Ты будешь спать на диване, – Рей проверяла его. Она начала вставать с пола, и это давалось ей нелегко, поэтому Бен тут же подал ей руку для опоры. Он будто чувствовал свою вину.
– У тебя нет дивана, – он поднялся с пола вслед за ней.
– У меня есть лишний матрас.
– Вот именно, – Бен вышел из детской, вслед за ним и Рей. – И я точно не собираюсь спать на этом орудии пыток, – к её удивлению, он пошёл в спальню, будто это была его квартира – ладно, она и была его, но всё равно. Рей пристально на него взглянула. Он плюхнулся на новую кровать и с восторгом вытянулся во всю длину.– Совсем другое дело.
– Слезай с моей кровати, – Рей постаралась сказать это строго.
– Твоей кровати? – Бен подпрыгнул на матрасе и распластался по постели с дерзкой усмешкой. Ей пришлось признать, что по размеру это спальное место больше подходило ему, чем ей. – Это моя кровать.
– Вот и нет, – возмутилась Рей, – она моя.
– Ладно, твоя, – он сел на край кровати и потянул Рей к себе за руку, так что она оказалась между его широко расставленными в стороны коленями. – При одном условии. Ты позволишь мне на ней спать.
– Я не собираюсь с тобой спать, – бескомпромиссно ответила Рей, стараясь не повышать голос. Вышло не совсем, и Бен выглядел самодовольно.
– Я не прошу тебя спать со мной. Можешь просто спать на той же кровати, что и я, – он потянул Рей к себе немного ближе, одной рукой обнял её за талию и попытался увлечь за собой на постель. – Иди сюда.
– Бен, – она попыталась отстраниться, но тщетно. Рей выругалась, потеряв равновесие, но Бен успел подхватить её. Он осторожно уложил её спиной на кровать и навис над ней.
– Неплохой матрас, да? – Бен смотрел на неё сверху вниз, с теплотой и озорством во взгляде.
– Кровать и впрямь большая, – Рей с неудовольствием признала, что запыхалась, – нам не обязательно лежать настолько близко друг к другу.
Между их лицами было всего пару сантиметров. Волосы Бена свисали и делали его похожим на мальчишку. Он вкрадчиво смотрел ей прямо в глаза, но вскоре перевёл взгляд на её губы.
– Можно тебя поцеловать? – мягко спросил Бен – так ласково, что Рей не была уверена, что хоть раз слышала его голос таким. Наверное, он уловил её тревогу, потому что поспешил добавить, своим обычным голосом. – В смысле, твой живот.
Рей кивнула, не в силах что-либо ответить. Он сполз ниже, и в этот раз его ноги уже не свисали с матраса. Он чуть поднял её рубашку, обнажив живот. Бен внимательно смотрел на него пару секунд, мягко, нежно коснулся губами, после чего прижался лбом к тому же месту. Его дыхание щекотало Рей, и она улыбнулась, глядя на макушку его головы.
Когда он спросил, может ли поцеловать её, Рей едва не запаниковала. Но она испытывала к нему необъяснимую нежность, когда он был вот таким – смотрел на её огромный живот с трепетом и с каким-то обожанием. Это согревало её изнутри. Рей задумалась, что почувствует, увидев его с новорождённой на руках. Она закусила губу, стараясь скрыть улыбку, и была рада, что Бен был слишком занят и не заметил этого.
Но он заметил. Он поднял голову и расплылся в улыбке – такой же, как у Рей, и она перестала пытаться скрыть её.
Бен вернулся на место и заглянул ей в глаза, положив руку Рей на живот. Его намерения были совершенно ясны. Он поцеловал её, не задумываясь. Его губы были чувственными и тёплыми. На этот раз у поцелуя не было привкуса алкоголя, Бен не торопился и был нежен. Он провёл пальцем по её щеке и коснулся волос, будто проверяя отношение Рей к происходящему. Она обняла его шею, прижимая Бена к себе ближе, и приоткрыла губы. Он тихо вздохнул, их языки сплелись.
– Бен, – она прошептала его имя, когда им стало не хватать воздуха. Её губы зацепились за губы Бена.
– Да? – хрипло отозвался он.
– Что ты делаешь?
– Я думал, это очевидно, – Бен легко поцеловал её в щёку, потом ещё, медленно возвращаясь к её губам, и вновь поцеловал их. Рей запустила пальцы в его волосы. Он целовал её будто с любопытством, медленно, словно время остановилось, и словно они могли лежать так хоть всю ночь, и им хватило бы одних только поцелуев.
Вдруг она резко дёрнула шелковистые пряди его волос. В животе, где-то наверху, она почувствовала давление, которое сошло вниз, как судорога. Рей испугано вздохнула и задержала дыхание. Закружилась голова.