Бен тоже почувствовал, что у неё случился спазм.
– Что это было? – испугано воскликнул он.
Рей резко выдохнула, когда её немного отпустило, и снова приглушённо застонала, стоило этому повториться.
– Кажется, у меня схватки.
В один момент Бен вскочил с постели в панике.
– Слишком рано. Нам нужно в больницу.
– Наверняка просто ложные, – Рей села, положив слегка дрожавшую руку на живот. Ей стало немного дурно – от волнения и от очередного мышечного спазма.
– Я звоню доктору Каната.
– Бен, сейчас поздно.
Он проигнорировал её слова, набрал номер и поднёс телефон к уху.
– Она просила звонить в экстренном случае по её личному номеру.
– Бен, это не тот случай.
Он не ответил. Когда доктор Каната подняла трубку, он пустился в объяснения, после чего замолк и передал Рей трубку.
– Она хочет поговорить с тобой.
***
– Значит, – к его лицу прилила кровь, когда Рей повесила трубку. Бен слушал весь их разговор, нервно расхаживая по комнате, – ложные схватки.
– Ложные схватки, – подтвердила Рей. Он вздохнул, попытавшись притвориться раздражённым, но она видела, что он ещё на грани. Рей взяла его руку в свои, и Бен удивлённо взглянул на неё. Она чувствовала, что его пульс зашкаливал. – Доктор Каната сказала, что горячая ванна может помочь расслабиться.
– Хорошо, – Бен рассеяно кивнул.
– Помочь тебе расслабиться, – подчеркнула Рей.
– Я в порядке, – нервно вздохнул он.
– Ты чуть с ума не сошёл, – мягко сказала она. Когда он не ответил, Рей сжала его руку. – Бояться – это нормально.
– Я не боюсь, – ответил он резко, даже слишком. После чего добавил виноватым тоном. – Не думаю, что могу… чем мы там собирались заняться.
– Да, я… понимаю, – Рей с беспокойством погладила свой живот, – настроение что-то пропало.
Какое-то время они молчали. Рей задумалась, что будет дальше? Он уйдёт, будто они и не целовались? Вдруг Бен сказал, хрипло, обеспокоено:
– Но я не хочу оставлять тебя сегодня одну.
Рей взглянула на него. Его лицо всё ещё было бледным, Бена трясло. Она бы спокойно могла остаться одна, даже после случившегося. Всю жизнь у неё не было другого выбора. Это Бен не хотел оставаться один – или, по крайней мере, быть вдали от неё и от ребёнка.
– Тогда оставайся.
========== Часть 14 ==========
Рей проснулась ещё до того, как прозвенел будильник. Она не знала, зачем вообще его ставила, ведь на работу она теперь не ходила. Но Рей была человеком привычки, да и всегда больше жаворонком, чем совой. Сначала она подумала, что Бен уже ушёл. Рей смутно припоминала, что когда она перевернулась на бок посреди ночи, он крепко обнял её, его рука покоилась между её животом и грудью. Она слышала его дыхание у себя над ухом. Спиной она чувствовала тепло и вес его тела, и в какой-то мере это её успокаивало.
Сейчас Бен её уже не обнимал, но и не ушёл. Он лежал на середине кровати, подперев голову рукой, на уровне её живота. Он что-то говорил – так тихо, что Рей не могла разобрать.
– Бен, – она непроизвольно вытянула руку и запустила пальцы в его волосы. Он повернулся, почти уложив половину лица в её ладонь.
– Доброе утро, – пальцами она чувствовала вибрацию от его слов.
– Что ты ей говорил? – Рей приподняла подбородок, указывая на живот. Бен поджал губы.
– Ничего.
– Ты меня разбудил, – сказала она, намекая, что что-то слышала.
– Я не специально, – Бен лёг выше и положил голову на подушку. Он решил незаметно сменить тему. – Можешь заскочить сегодня ко мне в офис? Нужно, чтобы ты подписала кое-какие бумаги.
Рей замерла, сама того не желая. Краем глаза Бен заметил это и улёгся на бок, положив руки под голову.
– Какие такие бумаги? – Рей тоже легла на бок, отзеркалив его позу. Она всё ещё относилась к подобным его просьбам с подозрением, хотя, очевидно, доверяла ему, раз была готова разделить с ним постель.
– Я попросил адвокатов создать трастовый фонд. Если со мной что-то случится, все мои активы перейдут туда, – Бен говорил беззаботно, будто это вполне обычная тема для разговора в постели. – И я хочу, чтобы ты стала доверительным собственником.
– Я не хочу владеть твоими деньгами, – Рей наморщила нос. – Почему ты не оформишь доверенность на Хакса или Фазму?
Бен хлопнул глазами и взглянул на Рей так, словно та была дурочкой.
– Это для малышки. Я никому так не доверяю, как тебе, когда дело касается её блага.
Теперь похлопала глазами Рей, но по другой причине. Она почувствовала себя виноватой. В глубине души она подумала, что «бумаги» – это не к добру. В прошлый раз, когда Бен просил её «оформить бумаги», это привело к нескончаемой войне из-за соглашения об опеке. Их договорённости, записанные в блокноте Рей, за последние месяцы претерпели изменения. Она доверяла ему, когда всё было так – они мирно, если не счастливо, общались, и начинала сомневаться, когда они ругались. Ссоры случались, потому что они не могли договориться о том, что будет лучше для ребёнка, и обычно Рей проигрывала. Чаще всего потому, что ей приходилось бороться с его нежеланием идти на компромисс, и она боялась, что если начнёт давить, Бен закроется от неё.
Что-то смягчилось в его взгляде. Он коснулся её щеки кончиками пальцев.
– Ты и впрямь думала, что «бумаги» – значит что-то плохое?
Рей хранила молчание. Подсознательно она понимала: если признает, что сомневалась, пусть эти сомнения и были оправданы, это ранит чувства Бена. Но он наверняка и так это понял. Минуту назад Рей гадала, не поцелует ли он её снова. Сейчас… Бен как-то странно взглянул на неё и встал с постели.
***
– Мистер Соло, – Дофельд Митака, как всегда слегка на нервах, ворвался в его кабинет. – Мистер Сноук на линии.
Бен поднял голову и застыл. Мистер Сноук – основатель, президент и главный исполнительный директор корпорации, дочерней компанией которой была «First Order Investments», звонил ему из своего офиса в Лондоне, и, несомненно, не собирался ждать. Бен тут же сказал человеку, с которым говорил по телефону, что перезвонит, и нажал на кнопку.
– Да, сэр.
– Ты нужен мне в Лондоне, – мистеру Сноуку было не до любезностей.
Бен взглянул на календарик у себя на столе. На следующий понедельник был запланирован визит к врачу – тридцать третья неделя.
– На неделю, сэр?
– На всё обозримое будущее.
– Моя… – Бен замолк, подбирая подходящее слово. В конце концов, он решил немного приврать. Лучше сказать так, чем пускаться в объяснения и делиться с боссом подробностями. Мистеру Сноуку было плевать на личную жизнь Бена, особенно когда та могла помешать работе. – Моя девушка на восьмом месяце беременности.
– С меня сигары, – холодно отозвался Сноук. – Увидимся в моём офисе в понедельник.
Сноук положил трубку. Пошли короткие гудки.
***
– Мистер Соло, – Митака заглянул в кабинет снова, и на этот раз он выглядел действительно нервозно – и были на то причины. Всем был известен характер Бена. Он швырнул телефон в стену, сбросил со стола пачку бумаг и громко выругался.
– Что?! –рявкнул Бен.
– Мисс Кеноби здесь, – пролепетал Дофельд. Рей выглядывала из-за его плеча, удивлённо хлопая карими глазами.
– Я же сказал внести её в список, – огрызнулся Бен. – Ты не должен прерывать меня, чтобы сообщить о её приходе.
– Я подумал, что неразумно пускать её в Ваш кабинет, учитывая её положение… и Ваше состояние, – Митака сам себе удивился, что нашёл в себе смелось сказать это. Бен сверлил взглядом помощника, его ноздри раздувались от гнева. Он махнул Дофельду рукой и повернулся к столу.
– И кто этот сукин сын? – бросила Рей, закрыв за собой дверь. На всякий случай она предпочла держаться на расстоянии.
– Что?.. – Бен хмуро на неё взглянул.
– Из-за которого ты психанул. Прямо перед моим приходом, – Рей была спокойна, но у Бена возникло чувство, что она собралась его отчитывать.