– Стоп! – сказал себе Денис – Так недалеко и до превращения в миссионера! Пожалуй, это было бы несколько преждевременно. Но выводы сделать все-таки следует.
Первые часы поездки проходили в состоянии некоторой опустошенности. Оторванные от обычных и привычных дел братки сначала рассаживались, перекладывали вещи из карманов в карманы или на полки, обсуждали, не забыл ли кто-нибудь что-либо особо важное, просматривали записи на своих электронных записных книжках. На всякий случай взяли несколько электронных переводчиков с голосовым управлением, кто-то пытался более близко познакомиться с их особенностями, но желание быстро пропадало, так как разговаривать между собой с помощью компьютерного перевода было чистым бредом, а не видя перед собой объекта, конкретно мыслящие товарищи сочли все это бесполезным занятием, тем более что богатый опыт зарубежных турне показал, что, зная буквально десяток их слов, можно вполне договориться с любым иностранцем, в особенности, если подкрепить свои требования пачкой бакинских, голдовой пластиковой карточкой или демонстрацией слегка поворачивающегося кулака перед носом собеседника.
Автобус мягко катил на восток, окружающие пейзажи особого интереса не представляли, поэтому через пару часов Глюк, Мизинчик и Ортопед дремали в откидных креслах, Армагеддонец, Тулип и Телепуз вяло играли в специально разработанную для них Эдисоном электронную игру «Догони и проучи мента», объединив своим персоналки. Однако игра шла вяло, так как в ближайшее время не предполагалось встреч с реальными представителями этой тупиковой ветви двуногих криво ходящих, несколько неряшливо созданных эволюцией особей. Стоматолог, находящийся еще под впечатлением беседы с Денисом, излагал свое видение партийной проблемы Ком-бижирику.
– Послушай, Георгий, – говорил он, – Сухарь, конечно, не совсем одобрил нашу идею, хотя, с другой стороны, ничего неправильного в ней не нашел. Только, говорит, пустое это дело – время на всю эту мутоту тратить. Нам ведь не в лом будет время перед ящиком проводить, всякие слова да лозунги говорить. Без всего этого делов невпроворот. А в сухом остатке – мизер. Я подумал, наверное, он прав. Ну, поддержат нас хоть сто тысяч, а толку-то что, сейчас и без всякой поддержки мы многое сделать можем, что этим болтунам не под силу, а сразу наверх не пустят.
– Я тоже с тобой согласен, – поддержал Комбижи-рик, – на фига нам вся эта раскрутка, если реальных ба-булек сразу не срубить. Вон смотри, Японамать, Чубай-сенко и Немецкинсон этим делом, по-моему (да это еще и Гоблин говорил!), для понту занимаются, а то их враз забудут, а денежки-то отсасывают совсем по другим статьям, да и хапнули они немерено, когда при власти ошива-лись. Вот и тратят их вроде как на общественные нужды, чтобы привязок со стороны налоговой не было. Поскольку если из политики выскочат, сразу им статей навешают, думаю, на них материальцев у следаков немало накоплено.
– Надо думать, – согласился Стас.
– Вот и закроем тему, – подытожил Георгий, – лучше давай и подумаем, как в нашем поселке за Гатчиной откроем шикарный уже не клуб, а «центр по развитию игры го», Японию переплюнем в момент, а то ведь нас Денис тогда ущучил! Тут я посмотрел, с дизайнерами посоветовался, они очень много чего предложили, Эдисон тоже с электронно-голографическими примочками поможет. Там же и ставки и казино можно сбацать. Ведь на все это разрешение до сих пор дает Спорткомитет, а завязки у нас там есть. Ходят слухи, что вообще весь игорный бизнес в законодательном порядке хотят вынести за черту крупных городов, правда, это не скоро будет, уж очень лакомый кусок отнимают. Но нам это тоже на руку. Если сейчас подсуетиться, рекламку ненавязчивую среди серьезных клиентов дать, то стабильный и законный доход будет. Я после того разговора посмотрел учебники по этой игре. На вид, вроде, простая, а думать очень даже приходится. Да и повод с «узкопленочными» задружиться.
Автобус остановился и почему-то продолжал стоять несколько дольше, чем при пересечении дорог. Стас выглянул в окно. Оказалось, что их колонну остановили на посту ГИБДД, и какой-то толстый майор смотрел документы у головной машины сопровождения. За ним стоял молодой, унылого вида лейтенант и время от времени рукавом шинели вытирал красный – то ли от насморка, то ли от иной, столь же уважительной, причины – нос.