Нужно строить завод современными методами. Даже опережающими время.
За окном прогудел паровоз, прибыл состав с цементом. Работа продолжалась.
Солнце едва поднялось над горизонтом, а стройка уже гудела как растревоженный улей. Я стоял на том же холме, откуда месяц назад мы начинали разметку площадки. Теперь пейзаж изменился до неузнаваемости.
Три бетонных узла работали как единый механизм. От железнодорожной эстакады к ним непрерывно шли грузовики с цементом и щебнем. Звонарев, как всегда растрепанный, носился между участками, размахивая своей потрепанной папкой.
— Леонид Иванович! — окликнул меня начальник первого участка Рябинин, коренастый сибиряк с окладистой бородой. — Третий фундамент заливаем. Ваш быстрый бетон творит чудеса, через пять дней можно опалубку снимать.
— Как там виброуплотнители? — спросил я, глядя на работающие механизмы.
— Сперва рабочие ворчали — непривычно. А теперь не нахвалятся. И правда ведь, производительность выше, да и качество лучше.
К нам подошел Топтунов, молодой прораб с инженерным образованием:
— На втором узле небольшая заминка, барахлит привод бетономешалки.
— Запасной привод со склада немедленно! — я повернулся к стоявшему рядом Никольскому, новому начальнику снабжения. — Организуйте.
— Уже отправил, — кивнул тот. — Я как услышал странный звук при обходе, сразу распорядился.
— Вот это работа! — похвалил я. — Учитесь, товарищи, предупреждать проблемы.
Мы спустились к центральному участку. Здесь заканчивали заливку фундамента главного корпуса.
Бетон непрерывным потоком лился из труб, виброуплотнители равномерно гудели, рабочие слаженно двигались по своим местам.
— Как часы работают, — с гордостью сказал Топтунов. — А помните, как месяц назад спорили на техсовете?
Я помнил. Помнил и споры, и сомнения, и откровенное недоверие. Но теперь все видели результат, темпы строительства выросли в несколько раз.
— Леонид Иванович! — к нам подбежал взмыленный Звонарев. — Идемте скорее! Там на четвертом участке такое…
— Что случилось? — встревожился я. — Опять не слава богу⁈
— Да нет, хорошее! — глаза его сияли. — Помните, я предлагал модификацию виброуплотнителя? Так вот, испытали, а там эффективность на тридцать процентов выше!
Мы поспешили за ним. По дороге я отмечал, как изменилась стройка.
Везде порядок, четкая организация, никакой суеты. На разгрузочной эстакаде работали простые поворотные краны с ручным приводом, последнее изобретение Звонарева позволило ускорить их работу.
Грузовики АМО-Ф15 и американские «форды» шли непрерывной чередой. Бригады грузчиков споро разгружали мешки с цементом.
У четвертого участка собралась целая толпа. Новая конструкция виброуплотнителя действительно работала великолепно, бетон буквально на глазах превращался в монолит.
— А я говорил! — возбужденно тараторил Звонарев. — Если изменить частоту колебаний и добавить резонаторы, то можно…
— Отлично, — прервал я его. — Готовьте чертежи, будем переоборудовать остальные машины.
— Уже готовы! — он извлек из своей папки пачку листов. — И еще я тут подумал…
В этот момент раздался паровозный гудок, прибыл очередной состав с материалами.
— За работу, товарищи! — скомандовал я. — К концу недели должны закончить все основные фундаменты.
Вечером я задержался на площадке. В свете прожекторов стройка выглядела особенно внушительно. Три бетонных узла продолжали работать, сменные бригады деловито сновали между участками.
Звонарев, каким-то чудом все еще полный энергии, снова оказался рядом:
— Леонид Иванович, а ведь мы делаем историю, правда? Такими темпами еще никто не строил!
Я молча кивнул. Да, мы делаем историю. И не только в строительстве. Этот завод станет символом новой индустриальной эпохи. Надо лишь его построить.
— Мирослав Аркадьевич, что там с вашими новыми идеями по виброуплотнителям?
Его глаза загорелись, и он снова принялся рассказывать об очередном усовершенствовании. Звонареву достаточно просто указать направление, дальше он уже сам мчался вперед.
Члены московской комиссии собрались у первого бетонного узла ранним утром. Я видел, как придирчиво осматривает оборудование профессор Гринев, как хмурится представитель Промстройпроекта Ларцев.
— Прошу внимания, товарищи, — начал я. — Перед вами новая система организации бетонных работ. Мы разделили весь процесс на отдельные операции, как на конвейере Форда.