– А–ав! Мой нос меня еще никогда не подводил! – с гордостью сказал Щенок и принялся деловито обнюхивать комнату в поисках запаха Принца. И результат долго не заставил себя ждать.
Поиск Принца не занял у друзей много времени. Щенок быстро взял след, и Фее с Котенком осталось только бежать за их плюшевым поводырем. След вел через все центральные залы вниз, в Малахитовую комнату. По пути Фея везде видела одну и ту же картину – потухшие, блеклые ничего не отражающие зеркала (как старое, уже не блестящее, потускневшее золото), полумрак, гробовая тишина. Золотые големы, еще недавно сновавшие из стороны в сторону с различными предметами и поручениями, стояли как неподвижные статуи. Драгоценные камни не сверкали, лишенные источника света. Анимационные картины – неподвижны. Мозаики, витражи и гобелены также поблекли и как–то разом постарели. Вообще, из Золотого Чертога как будто ушла какая–то невидимая струйка жизни, питавшая его. Так бывает, когда душа покидает тело. Тело еще сохраняет остатки тепла, еще не начало разлагаться и смердеть, сохранив знакомые черты, но в них уже нет жизни, что–то невидимое покинуло его. Ходить по такому чертогу было скучно, неуютно и немножко жутковато. Он стал больше похож на дом с привидениями, склеп, мавзолей, а не королевский дворец.
Щенок дошел до Изумрудной Залы, потом они прошли к Лестнице, ведущей на подземные этажи, потом спустились на 20 ярусов вниз, затем прошли по пустынным мастерским (даже вездесущие карлики куда–то запропастились!) и в конце концов добрались до небольшой зеленой дверцы, ведущей в малахитовую комнату – любимое местопребывание Принца. Дверца была, как и все остальные когда–то неприступные двери Чертога, не заперта.
Когда Фея переступила порог комнаты, она ахнула от удивления. За круглым малахитовым столом – таким знакомым Котенку! – сидел Принц. Правда, было бы вернее сказать, полулежал: он всем своим телом облокотился на поверхность стола, словно спящий ученик на скучном уроке, положив голову на руки. Золотая маска сиротливо валялась на полу. Было непонятно, жив вообще Принц или он просто спит.
Фея, сведущая во врачебном искусстве, едва сдерживая волнение и тревогу, подошла к Принцу и ощупала пульс на его шее, после чего облегченно вздохнула. Пульс был, хотя и очень слабый. Да и температура тела упала – теперь прикосновение к коже Принца уже не обжигало, как раньше.
«Слава Создателю! – подумала Фея. – Принц остывает – значит, есть надежда».
– Эй, Зверята, помогите мне поднять Принца – он такой тяжелый! – и положить его на стол. Мне нужно его осмотреть! – торопливо проговорила Фея.
Зверята взяли Принца под руки и при помощи Феи положили его на поверхность стола, как кладут больного на операционный стол. Тело его было обмякшим и безвольным, как у человека в состоянии глубокого сна.
Однако, перевернув при помощи Зверят Принца лицом вверх, Фея ахнула от ужаса и в отчаянии закрыла руками глаза. Лицо Принца было мертвенно бледным, даже каким–то сероватым, почти как у покойника. Губы подернуты легкой синевой, словно от холода, а под глазами показались глубокие, почти черные тени. Руки были холодными, почти ледяными, также мертвенно белого цвета.
Фея приоткрыла веко и провела наскоро сколдованным магическим огоньком рядом с глазом – глаза не реагировали на свет. Принц находился в глубокой коме.
Фея совершенно не знала, что делать. При полном отсутствии на теле каких–либо повреждений или температуры, Принц почти не подавал признаков жизни.
И тут нервы Феи не выдержали. Она присела на стул и горько заплакала. Она впервые не знала, что делать, как спасти Принца!
– Хозяйка, не плачь, Прекрасная Фея, не плачь, – подергал ее за плечо пушистой плюшевой лапкой Котенок – самый сообразительный из Зверят. – Я, кажется, знаю, что делать – надо найти Непобедимое Солнце! Может, она знает, как оживить Принца!
– А где я найду ее, скажите на милость? – сквозь слезы проговорила Фея.
– Мы со Щенком пробежимся по всем комнатам и залам, – и мигом ее найдем! – С этими словами Зверята, недолго думая, тут же скрылись за дверью.
2.
На этот раз поиск затянулся. Зверят не было добрых пару часов.
За это время Фея предприняла не одну попытку поставить на ноги Принца, но все они закончились неудачей. Во–первых, у Феи попросту с собой ничего не было – ни Книги Заклинаний, ни «Настольной книги Фей», ни магических предметов, ни магического жезла. Фея могла бы при помощи анализатора проникнуть в сознание Принца и попытаться изнутри выяснить причины болезни, но анализатор бесследно исчез после нападения мурин, а без него она была совершенно безоружна. Ну что тут поделаешь!? Чего нет – того нет!
Попытка же бить его электрошоком или тепловыми ударами ни к чему не привела. Его тело дергалось, как тряпичная кукла, но сердце чаще биться не стало.
Первым прибежал Щенок.
– Хозяйка, а–ав, я нашел ее, я нашел! – тявкнул, тяжело дыша, Щенок, как и все собаки после долгой пробежки вытащив почти на всю длину розовый мокрый язык.
– Где?
– В Библиотеке, там много–много книг, аж потолка не видно. Я видел. В одном месте одна книга висела в воздухе и сама собой перелистывалась! Я сам видел. Сначала я подумал, что за чудо, а потом догадался – это Она ее листает! Бежим скорее, пока она не ушла оттуда! А–ав! – И с этими словами итак запыхавшийся Щенок побежал наверх, а следом за ним – Фея.
Прибежав в Библиотеку, Фея действительно увидела чудную картину. Толстый фолиант в кожаном переплете, страниц этак под тысячу, висел в воздухе посреди зала, а его желтые от старости страницы медленно перелистывались. Такого Фея отродясь не видывала!
Некоторое время Фея не могла произнести ни звука. Но ее опередил мысленный Голос:
«Я вижу, с Вами все в порядке, дорогая. Отрадно видеть, что Вы не пострадали».
– Да, Ваше Совершенство, мне…
«Не называй меня так больше, прекрати! – оборвал ее мысленный Голос. – Ты ведь не хуже меня знаешь, что никакое я не совершенство!»
– Как прикажете, Госпожа, – робко пролепетала Фея.
«Удивительно устроено сознание разумных существ, не находите, дорогая? – проговорил уже спокойнее Голос. – Оно может тысячелетиями думать об одном и не думать о другом, а потом вдруг в один момент все меняется и нас уже не интересует то, что казалось ранее жизненно важным…»
– А что же Вас интересует, Госпожа? Что Вы читаете? – воспользовалась поводом задать вопрос Фея.
«Подробную хронику истории Острова Фей, том №850, он как раз описывает события периода моего детства. Ищу и никак не могу найти имя моей матери… А ведь она была феей 3–го ранга – упоминания о ней обязательно должны быть где–то здесь! Но не могу их найти, не могу! А ведь не выяснив ее имя, я не смогу узнать, жива ли она до сих пор…»
От удивления Фею бросило в жар. Она впервые воочию убедилась в действенности своего плана. Шанс победить Непобедимое Солнце через возвращение ей забытого ею прошлого был один на тысячу, и он сработал (правда, только благодаря случайно попавшему в ее ручки Зеркалу Правды…)! Да только результат оказался не совсем таким, какой она ожидала…
– Осмелюсь Вас потревожить, Госпожа, – опять робко вставила Фея, вставая на цыпочки, чтобы видеть летающую где–то под потолком и листающуюся саму собой книгу. – Мы можем вместе немного погодя отправиться на Остров Фей, и я уверена, что Триединая Премудрость откроет Вам имя Вашей матушки – от Них ничего не сокрыто…