Видимо, заметив выражение моего лица, он пришел в чувство, а может – снова надел маску. Лицо его стало прежним, ласковым, любящим, болезненный блеск в глазах исчез.
– Я… Я… напугал тебя, дорогая… Прости… Свойства Астрала еще до конца не изучены, возможно, он оказывает какое–то воздействие на меня… Прости…
Он как–то сразу весь съежился, притих.
– Азаил, ты говорил с братьями сегодня?
– Нет. Я так скучал по тебе, что полетел сразу сюда. Завтра соберу Совет, сделаю доклад о моем путешествии и открытиях.
– Понятно. Азаил, скажи мне, что ты делал в Нижней Целестии?
Он повернулся ко мне и рассеянно, немного удивленно посмотрел на меня: выражение его лица словно говорило: «ну зачем говорить сейчас о всякой чепухе?»
– Как что – мы творили мир, флору, фауну, человека…
– Это мне известно, Азаил. А ты ничего больше не хочешь мне сказать?
– Нет. А что за странные вопросы?
– Странные?! СТРАННЫЕ?! – тут я уже не выдержала. – Ты торчал там столетиями, а в результате вся Целестия кишит чудовищами, болезнетворными бактериями, миазмами разложения и вони! Любимое творение Создателя терпит ужасающие страдания!
– А–а–ах, – понимающе кивнул Азаил. – Вот ты о чем… Слетала все–таки, да? Любопытная, однако… – и усмехнулся. – Все–таки мы подходим друг к другу, не зря Создатель нас свел вместе, вся в меня…
– Ну и… – я угрожающе сжимала кулаки.
– Что «ну и…»? Чего ты от меня хочешь услышать?
– Объяснений! Почему ты совершил такое злодеяние, почему ты так поступил с человеком – любимейшим творением Создателя!
– Вот поэтому–то я от тебя и держал в секрете мою работу в Нижней Целестии. Ты никогда не поймешь… Женщина – она и есть женщина – хрупкий сосуд, как сказал Создатель… – он махнул рукой, а потом тут же протяжно зевнул, и, как и тогда, завалился на ложе и мгновенно заснул, громко храпя на весь луг.
– Ты прав, муж, я этого никогда не пойму, – прошептала про себя я и, недолго думая, одела на голову обруч анализатора и принялась, как и в тот раз, сканировать память мужа.
А на рассвете я улетела на очередное заседание Совета – прилетели руководительницы подразделений с отчетами о делах в Нижней Целестии, мне необходимо было заслушать их доклад.
А потом, в самый разгар заседания Совета, явился Азаил…
Можно было представить себе его удивление, когда он увидел меня с дочерями на его месте – к его трону мы приделали еще два, по бокам –, на пустующие мужские трибуны, а уж когда при его появлении все сестры подняли гвалт…
Лицо его побелело, как мел, губы задрожали. Он не сказал ни слова – быстро вышел из Залы. А у выхода его уже ждали братья во главе с Белоснежно Белым, который не преминул его «ввести в курс дела»…
Больше он уже никогда не приходил в мой цветок.
А я, впервые за столько тысяч лет, всю ночь прорыдала как девчонка!
И тогда же мне второй раз в жизни явился Создатель!
Когда я рыдала, вдруг мой бутон озарил ослепляюще яркий свет и я опять, как бесчисленные тысячелетия назад, услышала этот необыкновенно нежный, ласковый Голос, от которого печаль сразу оставила мое сердце и стало так спокойно и радостно на душе!
– Стелла, Стелла! Не плачь, возлюбленная дочь моя Стелла!
– Создатель? Ты?
– Да, Я.
Я встала тогда на колени, сложила свои ладони в молитвенном жесте и с жаром заговорила:
– Создатель! Ответь мне, Создатель! Почему люди? Почему чудовища? Почему Азаил? Откуда все это? Что…
– Тише, Стелла, тише… Слишком много вопросов… Азаил – Мой Первенец – больше не вернется к тебе! Сердце его ожесточилось от гордыни и стало твердым как камень.
Мне стало не по себе. Я в изнеможении опустилась на ложе цветка.
– Но ты не унывай, Стелла! Я не оставлю своего попечения о нем и о тебе, как не оставит отец своих возлюбленных чад. Я благословил вас когда–то, и Мое благословение пребудет с вами обоими вечно, как и со всем вашим родом. А ты… Я благословляю тебя на дело, которое ты имеешь в сердце своем, – помогай людям, благотвори вверенному вам миру – это желание сердца твоего угодно Мне. Теперь ты и твои дочери будут Премудростью поднебесного народа. Пусть ваша взаимная любовь друг к другу, пусть ваше единомыслие в деле совершения добра будет всем примером.
– И Мы оправдаем твое доверие! – закричала я, вскакивая на ноги, за себя и за своих дочерей.
Возникла многозначительная пауза, а потом Голос стал грустным:
– То же самое Я уже слышал от Первенца Моего – Азаила… Стелла, дочь Моя Стелла, помни, Я благословил тебя только на добро – сей в мире доброе и вечное, люби этот мир и его существ как саму себя, заботься о нем, как о своем возлюбленном чаде… Но помни, ЕСЛИ ТЫ БУДЕШЬ ТВОРИТЬ ЗЛО – Меня не будет с тобой. Впрочем, и тогда Я твое зло смогу обратить в добро… А еще, Стелла, помни, что в этом мире, любовь – это самое драгоценное и единственное ценное для Меня сокровище! Помни об этом, Стелла, помни…
– Но, Создатель, ответь мне… – хотела я задать Ему десятки и десятки мучивших меня вопросов, и прежде всего, как я могу «творить зло» миру, если я намереваюсь делать только добро, но Создатель исчез, также внезапно, как и появился… А после этого меня и моих дочерей, спавших в других бутонах, наполнила Сила и Премудрость свыше, и тогда я и они стали по–настоящему одним целым, Триединой Премудростью.
8.
Впрочем, Мы увлеклись, забылись. Главное, что Мы хотели сказать состоит в том, что Создатель непонятен и непредсказуем, но одно в Нем предсказуемо – Он больше всего ценит любовь и помогает любящим. А потому и неудивительно, что Он вмешался в историю с феей и ее «Принцем» – Он всегда на стороне любящих. И это обстоятельство стало Нашим главным козырем в этой игре, той самой выигрышной картой в этой схватке, ценой которой – само существование Целестии!
Так вот, как только стало известно от внешней разведки патруля «ЖАЛА», что защитное поле пропало, Мы сразу же отдали приказ о начале операции «Возмездие». Мы прихлопнем сразу обоих – и Непобедимое Солнце, и Проклятого с его выводком падших. А когда зачистка закончится и пространство будет очищено и дезинфицировано, Мы на этом месте устроим новый заповедник и научно–исследовательский центр здешней флоры и фауны – район Заморья еще малоизучен и необходимо оставить его нетронутым, ведь там сохранились виды, которые исчезли в других районах Целестии!
И вот теперь, Мы, Триединая Премудрость, находимся в хорошо оборудованном командном центре на одном из искусственно созданных и управляемых летающих облаков и видим весь театр военных действий на экране. Мы видим расположение наших частей, расположение противника, объекты местности. Мы готовы, Мы готовы нанести удар и поставить точку в великом деле окончательного торжества Священных Принципов Порядка и Процветания во всей Нижней Целестии, во всем многотысячелетнем противостоянии Добра со Злом».
– Ну что ж, сестры, пора начинать! Да пребудет с нами Создатель, сестры, от имени Которого и во имя Которого мы действуем, да будет это сражение последним в священной войне за победу Священных Принципов Порядка и Процветания, во всей многотысячелетней борьбе Добра со Злом! К бою, сестры, готовность номер 1!