– Вы же сами себе вредите, несчастный Вы больной! – с нотками искренней жалости в голосе произнесла, назидательно поднимая тонкий пальчик кверху, фея. – Ну, как Вы не поймете, что жизнь в Сообществе фей для Вас очень, очень проста – только делайте, что Вам говорят – и все! И Вы будете счастливы – поверьте мне! Смирение и послушание – вот ключ к истинной свободе! – и личико феи – мучительницы озарила блаженная улыбка.
После этого она встала, коснулась магическим жезлом обруча, и он прекратил сжимать голову. Потом она провела рукой над его лицом, и кровь тут же остановилась, а в мозг ударил теплый поток света, от которого приятное ощущение разлилось по всему телу. Стало легко, радостно, хорошо. Боль тут же исчезла.
Принц встал с колен, также улыбнулся, а потом легко и весело сделал все, что от него требовали. Он взял за руку фею, разместил ее, на удобном креслице, сервировал стол и послушно встал в сторонке, а когда та сделала легкое движение головой, разрешающее ему сесть, он послушно сел и принялся за еду.
– Ну, вот, можете же, можете! – радостно захлопав в ладоши, сказала фея. – Если и дальше так пойдет, то на Островах Блаженных Вы долго не задержитесь. Через пару–тройку месяцев я Вас верну Вашей жене совершенно другим – ласковым, послушным, спокойным, милым и обходительным – достойным спутником жизни для фрейлины Ее Премудрости…
Но Принц ее не слушал. Он вдруг ощутил, что сильно голоден. Ведь из–за ошибок на прошлых уроках его неоднократно лишали пищи. Он жадно накинулся на еду, тем более что кушанья с розовых облаков были точь–в–точь такими, как и у его родной Феи – невероятно аппетитными и вкусными.
Но не успел он проглотить и пары ложек, как обруч опять сдавил его череп и ложка выпала из рук.
– Ну что такое, что такое, больной! Ну как можно после таких успехов опять как свинья – в грязь! Ну, кто Вас так научил есть?! Вы что, неграмотный мужик из глухой деревни, который, придя с пахоты, пожирает пищу как боров?! А? Вы же супруг феи! И феи первого ранга! – воспитательница патетически воздела руки, словно призывая небеса стать свидетелем этого вопиющего беззакония и разделить ее праведный гнев. – Где пользование ножом?! Где салфетка?! Где этикет?! И кто, ну кто Вас мог научить вытирать руки об одежду?! Это же совершенно непостижимо! А набивать рот битком?! Ну кто?! Есть надо помаленьку, тщательно пережевывая, чтобы иметь возможность вести учтивую светскую беседу, ведь Ваша жена не должна скучать за обедом! А если она спросит вас о чем–нибудь?! Вы ведь не сможете ей даже ответить с таким набитым доверху ртом! – Фея от гнева даже вскочила и принялась ходить из стороны в сторону, не в силах успокоиться. Затем она встала, повернула свое побелевшее от возмущения лицо к Принцу и прокричала:
– Все, с меня хватит! Вы опять лишены обеда! Вон, в свою каюту! И подумайте там на досуге о своем недостойном поведении! – и она указала своим длинным тонким пальчиком на выход.
Принцу ничего не оставалось, как последовать опять в каюту с урчащим от голода животом. В который уже раз…
К счастью, чувство голода вдруг сменилось сонливостью. Он вновь лениво подумал о том, что завтра уж точно все встанет на свои места. Кое–как добравшись до своей постели, он рухнул на кровать не раздеваясь, и тут же заснул. А во сне ему все время снилось как он вновь и вновь учится пользоваться столовым ножом, правильно разрезать овощи, повязывать салфетку, есть маленькими кусочками и т.д. и т.п. Причем картинка повторялась раз за разом, одно и то же. И лишь после пятидесятого или шестидесятого повторения он смог, наконец, погрузиться во тьму забвения.
4.
На Острова Блаженных корабль прибыл на следующий день.
Острова эти действительно были не простыми. Казалось, они были идеально созданы для земного блаженства. Белый рассыпчатый песок пологих пляжей, пальмы, голубые лагуны с мягкой спокойной теплой как в бане морской водой, живописные горы в центре, теплый тропический бриз…
Но самым необычным на Островах был воздух – сладковатый, сочный, вкусный, его так и хотелось вдыхать полной грудью, и чем больше – тем лучше. От этого воздуха у Принца с непривычки даже закружилась голова, и он чуть не упал на колени, но фея – воспитательница поддержала его за руку.
– Ничего, ничего, больной, привыкнете еще… Воздух здесь особенный, он целебен, вот увидите…
Действительно, вскоре Принцу полегчало, и он смог двигаться самостоятельно. От воздуха в голове стало как–то легко и весело, словно от выпитого перед обедом бокала молодого вина. Из головы начисто пропали все мысли, думать не хотелось; хотелось только радоваться и веселиться – жизни, мраморному мягкому песку, ласковым волнам, голубому небу, жаркому солнцу…
Принц улыбнулся во весь рот и уверенно зашагал вперед. А фея, удовлетворенно кивнув, отправилась за ним, не спуская, впрочем, с него своих цепких, замечающих и оценивающих каждое самое мимолетное движение глазок.
Принц двигался словно в легком розовом тумане, но – в строго определенном направлении – его вел обруч. Он дошел до небольшой полянки между кокосовыми и банановыми пальмами. На полянке располагалось несколько уютных хижин из бамбука с крышами из пальмовых листьев. Некоторые из них были уже заняты, часть – пуста. У порога одного из вакантных домов стояла фея 6–го ранга, в тунике и плаще аквамаринного цвета. К ней подошла фея – воспитательница и, указывая на Принца, сказала:
– Пациент №3570 прибыл на место прохождения принудительного лечения и перевоспитания, согласно судебному приговору №385–794–395 Всеобщего Совета Сообщества. Судебная воспитательница № 486, фея 5–го ранга, 3–й отдел «ЖАЛА».
Выслушав доклад, фея более низшего ранга склонила голову перед новоприбывшей и ответила:
– Воспитательный полигон «Семья феи» для Вас и Вашего пациента готов.
После этого фея в аквамариновом платье еще раз поклонилась и отправилась по дорожке из белого песка вглубь острова, с любопытством, впрочем, осмотрев с ног до головы Принца, о котором ходило столько слухов в связи с последней войной и нашумевшим судебным процессом, на котором она по долгу службы так и не смогла побывать.
Жизнь на «полигоне» шла однообразно, как часы. Обруч будил Принца вставать в строго определенный час, затем Принц готовил из имеющихся продуктов завтрак, накрывал на стол, усаживал за него фею, прислуживал ей за столом, а потом садился сам, и, соблюдая все нормы приличия, ел, постоянно следя за тем, чтобы фея не скучала. Затем он делал различные домашние работы – при помощи стандартных заклинаний, которым его обучила Воспитательница, он запускал автоматическую стирку одежды (одежда сама, словно стая гусей, летела на море и мылась в воде), мойку посуды, уборку дома – метлы и тряпки сами все чистили и мыли, в том числе и окна, а Принцу оставалось только контролировать процесс.
Затем он отправлялся развлекать фею. Катал ее на лодке, водил на прогулку – в лес и горы, выдумывал всяческие развлечения, играл с ней в подвижные или настольные игры. А потом она его вела на процедуры – ими занимались другие феи, 3–го ранга, уже знакомые Принцу «экзорцистки». Принца привязывали к стулу, надевали специальный стальной шлем, подключенный к какой–то странной машине, напоминавшей огромное яйцо, и начинали пропускать через него какую–то энергию. Принца трясло так, что пена хлопьями падала с его губ, а глаза закатывались. Хотя при этом больно ему не было, а, наоборот, по телу разливалось приятно щекочущее тепло. Однако эта энергия отбивала всякую способность думать, очищала разум от ненужных воспоминаний. После этой процедуры всегда сильно хотелось спать.