Вдруг, где–то в середине горы что–то блеснуло – какие–то зеленоватые вспышки, вроде как блеск множества светлячков в темной ночной траве.
– Сестры, надо посмотреть, что там за блеск. Анализатор показывает, что именно оттуда идут волны магической энергии, – сказала одна из фей, поглядывая на прибор, прикрепленный к запястью кожаным ремешком.
– Подожди, сестра, это опасно. Давай вызовем аватаров – разведчиков и просканируем с их помощью этот сектор, – сказала другая.
– На это уйдет не меньше получаса. Не будьте такими трусихами, сестры! Прикройте меня, если что. – И, не дожидаясь ответа, фея направила свою мантикору к тому месту, где заметила зеленоватые вспышки.
Фее хотелось во что бы то ни стало выяснить природу этих вспышек самой. Ведь если вызвать аватаров, то вся работа будет проделана другими, а в районе Заморья еще так много неизученного и любопытного!
Она подлетела ближе, взмахнула магическим жезлом и маленький шарик, пылающий ярко желтым пламенем, полетел вперед, повинуясь ее мысленному приказу. Он осветил кусок скалы, и фея заметила устье широкой пещеры, огромная пасть которого, словно исполинское животное, казалось, готова была проглотить всякого, кто ступит туда.
Фея подлетела к пещере и осторожно сошла с мантикоры. Остальные феи подлетели, но не рискнули заходить внутрь. Ярко желтый управляемый шарик полетел внутрь пещеры, но никак не мог осветить ее до конца – казалось, каменное чрево пещеры просто бесконечно!
– Сестры, вы видите? Эта пещера – не простая. Даже огры никогда не роют таких глубоких пещер! Это явно проход куда–то, может быть в какие–то подземелья, вы слышите? Надо срочно доложить «наверх»! Может быть, это вход в Муравейник, сестры! А если это так…
– … то надо срочно уходить отсюда, сестра! Падшие очень сильны и нам втроем с ними не справиться! Пойдем, вызовем группу аватаров и исследуем эту пещеру дистанционно, – испуганно встревоженным голосом сказала вторая фея.
Но первая фея только отмахнулась.
– Если это действительно вход в Муравейник, представляете, какой великий вклад мы внесем в победу над силами тьмы?! Ведь мы ищем Муравейник столько тысячелетий! Подождите, сестры, мне кажется тут кто–то есть… – Фея приподняла руку с магическим жезлом; другие феи также приготовились к бою.
Некоторое время фея прислушивалась, а ее светящийся шарик сделал пару кругов в ширину и в высоту, ничего не обнаружив.
– Нет, сестры, показалось, ничего тут нет, это всего лишь ветер…
Не успела фея договорить, как что–то белое и липкое упало на нее сверху, моментально склеив ее руки и ноги с туловищем, а также губы. Молниеносное движение – и магический жезл, вырвавшись из ее ручек, полетел в бездну. Еще мгновение… и фея исчезла. Ее мантикора испуганно рванулась к выходу и стремглав улетела прочь.
Обе феи были настолько поражены происходящим, что не успели ничего предпринять для спасения своей подруги. А в следующий миг на них самих откуда–то сверху спрыгнули отвратительные черные паукообразные твари, вонзая свои отвратительные хищные жвала в тонкие белые шейки фей, из которых фонтаном потекла горячая кровь – прямо на золотистые туники. Мантикоры всхрапнули было, но быстрый укол хвостовых жал чудовищ навсегда успокоил этих волшебных крылатых коней фей.
А через пару минут все стихло. И никто уже не мог сказать, что здесь был патруль «ЖАЛА». Все было тихо, спокойно и темно, как на кладбище. Источник магической энергии иссяк, и на экранах анализаторов в командном центре воцарилась такая же мертвая, как и раньше, тишина.
2.
Непобедимое Солнце наблюдало за ликвидацией патруля «ЖАЛА» с нескрываемым любопытством. Мурины как всегда сработали чисто. Уж что–то – а нападения из–за угла им удаются лучше всего. Жаль, конечно, тех двух фей – пришлось ими пожертвовать – но что поделаешь? На войне как на войне. Здесь все рискуют своей жизнью ради победы, и часто этот риск оборачивается смертью.
«Меня бы они тоже не пощадили, – оправдывалось Непобедимое Солнце, – так что мы квиты».
Из мысленного транса ее вывел опять проникший в Малахитовую комнату через вентиляционную отдушину Азаил.
– Вс–с–с–с–се готово, гос–с–с–с–спож–ж–ж–ж–а, Ис–с–с–с–сточник зах–х–х–х–хвачен, да–ссс! С–с–с–с–с–ейчас он будет дос–с–с–с–с–ставлен к месс–с–с–с–с–ту наз–з–з–з–з–з–значения, да–ссс!
«Замечательно, Азаил. Я всегда знала, что на тебя можно положиться. Я уже иду туда».
– Подож–ж–ж–ди, дорогу–ш–ш–ш–а, подож–ж–ж–ди… – вдруг встал на ее пути Азаил, на манер богомола подняв передние лапки. – Ты вс–с–с–с–се х–х–х–х–хорош–ш–ш–шо обдумала, дорогу–ш–ш–ш–ша, да–ссс? Ты ведь понимаеш–ш–ш–ш–ь, ш–ш–ш–ш–што, обретя тело, обычное тело, ты утрати–ш–ш–ш–ш–ь почти вс–с–с–с–с–ю с–с–с–с–свою с–с–с–с–силу, не так ли–с–с–с?! Под з–з–з–з–защ–щ–щ–щ–щитой моих зеркал–с–с–с–с ты – богиня, бесссссссмертная богиня–с–с–с–с, да–ссс. Никто–ссс, да–ссс, никто–ссс не тронет тебя и пальцем–ссс, даже «триединым» пальцем–ссс, кхе–кхе–кхе! А с–с–с–с–с–тав феей, ты станеш–ш–ш–ш–ш–ь уязвимой–ссс, сссссмертной–ссс, сссслабой–ссс… Лучш–ш–ш–ш–ш–е давай ударим–ссс с–с–с–с–сейчас–с–с–с–с–, пока ты с–с–с–с–с–с–ильна–ссс, покончим с белобрыс–с–с–с–с–с–ыми одним ударом–ссс, а? Одним ударом–ссс, за все–ссс, за всех–ссс! – на миг отвратительные холодные белесые фасеточные глазки Азаила приобрели какое–то сладострастно–мечтательное выражение, когда он подумал об ударе бомбой, наполненной солнечным соком, от которой сгорят все эти мерзкие белобрысые летуньи во главе с их самодовольной трехглавой «Премудростью».
«Нет, Азаил, я все решила и поступлю так, как желаю. Я готова расстаться с неуязвимостью призрака ради того, чтобы стать женщиной, Азаил, понимаешь, НАСТОЯЩЕЙ ЖЕНЩИНОЙ, из плоти и крови. И может тогда он… Посмотрит на меня по–другому, и мы сможем выполнить наш план».
– Вздо–р–р–р–с–с–с–с, вздор–с–с–с–с, дорогу–ш–ш–ша, вздор–с–с–с!!! Ты прекрасссссссно знаеш–ш–ш–ш–шь, что этот мальчиш–ш–ш–ш–ш–ка не полюбит тебя–сссс, ты цепляеш–ш–ш–ш–ш–шься за с–с–с–с–соломинку–сссс!
«Пусть так, – невозмутимо ответил Голос в его мерзкой голове, – но пока есть надежда, ради нее стоит жить! А быть бесполой богиней и всю вечность управлять бездушными рабами одной – больше не хочу и не буду!»
– З–з–з–мей тебя подери, влюбленная глупы–ш–ш–ш–шка! – зашипел, испуская тягучую желтую слюну Азаил. – Ты с–с–с–ставиш–ш–ш–шь на карту с–с–с–с–с–воей при–х–х–х–оти ве–с–с–сь Замыс–с–с–с–с–ел! Фу–у–у! А ведь победа была так близка–с–с–с–с, так близка–с–с–с–с, невероятно–ссс, и мож–ж–ж–ж–ж–ж–ет уж–ж–ж–ж–ж–е никогда–ссс не будет так близко–сссс, оххххх!
Его голова бешено вращались, не находя покоя, а усы – вибриссы дрожали от волнения.
«Замолчи, проклятое насекомое! Если ты хочешь быть всю вечность животным, будь им, а я не хочу! И ты меня не переубедишь! А теперь иди и неси Источник в лабораторию, и не задавай лишних вопросов, а то доведешь меня – спалю всю твою помойку, не успеешь глазом моргнуть!» – грубо отрезал Голос и Азаила внезапно опалило невидимое пламя так, что он подскочил и вприпрыжку бросился к вентиляционной скважине, точь–в–точь таракан, убегающий от зажегшего в темной комнате свет человека.