К тому же Фее там, «наверху», начали бы задавать очень неудобные вопросы, вроде: «А почему это Вы, Хранительница Предела №3, за пять тысяч лет Служения не сумели обнаружить такого опасного артефакта на вверенной вам Советом территории? Почему Вы так слабо совершали Обход? Или, может быть, Вы так увлеклись своей личной жизнью, что забыли о своих прямых должностных обязанностях?» (самое страшное преступление для члена Сообщества!). От одной этой мысли ей стало не по себе. Могли, конечно, спустить это дело на тормозах и просто сделать выговор, а могли и отстранить от должности, понизить в ранге, отправить, скажем, преподавать в первый класс Школы фей или торговым представителем к карликам или, того хуже, сослать на работу в каком–нибудь архиве. А могли и оставить, но под условием разлуки с мужем и детьми на многие годы… Да мало ли что может придумать Трибунал Сообщества!
«Нет! – твердо решила про себя Фея. – Я сама заварила кашу, сама и должна ее расхлебывать! Чего бы это мне не стоило!» А потому, недолго думая, она мысленно задала Книге набор ключевых слов: «Золотая башня», «Золотая колдунья», «Совершенная красота», «Золотой чертог», и – о, чудо! – массивные пожелтевшие от старости страницы стали стремительно перелистываться сами собой, как бывает, если оставить открытой книгу на ветру.
Наконец, ближе к середине, перелистывание прекратилось, и Фея увидела написанный киноварью заголовок – «SOL INVICTUS». Далее шел текст, написанный тем же секретным магическим языком Сообщества, а на другой странице рядом располагалась большая движущаяся иллюстрация. Фея ахнула от неожиданности, увидев на ней высокую гору, золотую башню, на вершине которой стояла та самая золотоволосая женщина, которую она заметила при взломе замка магического зеркала. Только в зеркале она больше походила на призрак, на отражение в воде, а здесь – выглядела вполне реальной женщиной. Но только почему–то прикованной золотыми цепями к огромному металлическому зеркалу, стоявшему на вершине Башни, и объятой сильным пламенем. Она буквально сгорала заживо, и тело ее изгибалось в ужасных судорогах от невыносимой боли.
Поскольку картинка была движущейся, Фея словно вживую видела бешено рвущиеся вверх языки пламени, охватившие большую часть необыкновенно красивого тела незнакомки, судорожно изгибающиеся в цепях руки, капающую из прокусанных губ кровь… Звук и запах, по понятным соображениям, Фея решила не включать.
Заинтригованная таким заголовком и еще более – иллюстрацией, она жадно принялась за чтение.
4.
Карлик рассказывал долго и путано, постоянно переходя от одного предмета к другому и снова возвращаясь назад, мешая друг с другом разные по времени события и причинно–следственные связи. Котенку и Щенку с трудом понимали, что же он собственно имеет в виду, тем более, что он постоянно использовал какие–то непонятные слова для обозначения каких–то еще более непонятных вещей. Они промучились с ним весь день до самой ночи, а потом и всю ночь до самого утра, но все–таки кое–что наши Зверята поняли.
И поняли они то, что Принцу угрожает смертельная опасность, потому что он попал под действие очень сильного колдовства. Колдовства, которое со временем сжигает в человеке все живое и превращает его в золотого бездушного истукана. Источник его – могущественная волшебница по имени, которым она сама себя называет, «Непобедимое Солнце».
Когда–то, давным–давно, она захотела стать богиней и повелительницей всей Целестии. Чтобы достичь этой цели, она призвала себе на помощь своих рабов – золотых големов и карликов. Ведь карлики – величайшие мастера в любом деле, особенно в том, что касается ювелирных украшений и магических штуковин – не без гордости вставил Хнум. Они–то и должны были отлить огромное зеркало, чтобы то, в свою очередь, отразило весь мир.
Зеркало было таких колоссальных размеров, что его делали несколько десятков лет. На его выплавку ушло столько тонн чистейшего золота, что во всей Целестии пришлось перейти для торговых операций на серебряную монету, а карлики, торговавшие этим благородным металлом с «Желтой Королевой» (так они ее называли между собой), неслыханно обогатились.
Исполинское зеркало было не простым, а колдовским. Его должна была поднять на самое небо целая эскадрилья золотых драконов, число которых измерялось тысячами. А на рассвете жители Целестии, взглянув на небо, вместо него увидели бы одно золотое зеркало, а в нем – отразившейся лик Желтой Королевы вместо солнца. Увидев его, обитатели всего мира стали бы рабами ее золотого, пылающего взгляда.
Но тайна зеркала стала известна. В самом деле, такой огромный недостаток золота в Целестии не мог не вызвать беспокойства у вездесущего «ЖАЛА». Агенты «ЖАЛА» взялись расследовать его причины и один подкупленный ими карлик выдал тайну. Феи забили тревогу, объединились в одно большое войско и вышли на бой с «Желтой Королевой». Когда драконы стали поднимать исполинское колдовское зеркало и почти достигли нужной высоты, феи внезапно нанесли сокрушительный удар великой магической силы и разбили его вдребезги, так что бесчисленные его осколки нескончаемым дождем попадали на землю.
Правда, большую часть из них феям удалось найти и обезвредить, но очень много осколков не нашли – их растаскали жадные до золота карлики. Часть карликов, наделав из осколков зеркал и посмотревшись в них, также стали рабами Непобедимого Солнца, пополнив ее и без того большую трудовую армию. А другие счастливые обладатели магических зеркал смекнули, что их можно использовать для устранения своих врагов, как своего рода пирожные с ядовитой начинкой.
Так поступил и наш незадачливый герой, которому зеркальце это досталось от пра–пра–пра–прадедушки. А очередной жертвой его коварства стал спасший его на свою голову Принц – «ведь этот негодяй лишил меня моей волшебной бороды, моей замечательной, белоснежной, шелковистой бороды, которую я растил столько сотен лет!!!.. Ну и, вдобавок, он узнал секретный вход в Подземье, а потому его по нашим законам непременно надо было устранить!»
Это оправдание не спасло, правда, карлика, от пары оплеух, но главное теперь было известно – Принц пал жертвой коварного колдовства какой–то весьма могущественной колдуньи, давным–давно забытой в Целестии, а не потому, что разлюбил их Хозяйку. А узнав главное, Зверятам не оставалось ничего другого, как отпустить карлика восвояси – ну не убивать же его! Пусть себе идет со своими камушками, ведь магического зеркала он уже лишился, так что теперь он никому не принесет зла, пока не отрастет его борода. А это произойдет ой как не скоро.
– Скорее, бежим, Щенок! – закричал, поворачиваясь к другу Котенок. – Мы должны как можно скорей рассказать обо всем Фее! Пусть знает, что Принц в беде и спасти его может только она!
И оба Зверенка, недолго думая, пустились наперегонки обратно в феину хижину. А карлик, довольный, что так легко отделался, залез в свою норку и был таков. И в его темной карличьей душе не было никакого сожалению о содеянном, а только радость оттого, что его камушки, после всей этой свистопляски, остались все–таки при нем.