Но сейчас тропа настойчиво вела Фею вместе с отрядом из бывших пленниц именно в самый центр Заповедной Чащи – к хижине Коры.
Наконец, последняя чащоба из переплетенных между собой ветвей замшелых дубов осталась позади, и путники вышли на круглую поляну. На поляне стоял большой дом. Вернее, сам дом стоял на деревянной платформе, которая в свою очередь держалась за счет массивного толстого бревна, одним концом вбитого в землю, а другим концом, подобно исполинской колонне, державшего на себе платформу и дом. Конструкция этого странного дома напоминала хижины, которые строят обитатели рек, чтобы избежать затопления в половодье.
Глядя на этот дом, Фея только теперь догадалась, откуда берутся у людей и даже у фей страшные сказки про «избушку на курьих ножках». Просто обычай строить дома на таком фундаменте был таким образом переосмыслен народной фантазией. Может, и все остальные россказни про ведьм и про Чащу имели такую же достоверность, как и байки про «избушки на курьих ножках»?
Рядом с этой «избушкой» стоял огромный круглый стол. Вернее, столом его можно было назвать весьма условно. Скорее это был огромный, плоский, гладко отполированный камень иссиня-черного цвета. Говорят, такие камни иногда падают с неба и зовутся феями–астрономами «метеоритами» и ничего в них такого нет. Но в некоторых из них, как считают многие феи, дремлет какая–то незнакомая магическая сила, свойства которой до конца не изучены, но которая превосходит все наши мыслимые представления. Один из таких камней был здесь. И дриады его прозвали «Черным Камнем». Он был их главной святыней. У него с незапамятных времен проводились все их таинства и вечери, на нем клялись и давали обеты, гадали и ворожили.
У камня–стола сидела высокая женщина. Как и все волшебницы Целестии, она с виду была юна, но исполненные многотысячелетней мудростью глаза выдавали ее колоссальный возраст.
В отличие от фей и русалок, у которых волосы, соответственно, были светлые и зеленые, ее волосы были иссиня–черного, цвета вороньего крыла, а кожа – смугла. Глаза также были черные, большие, обрамленные длинными черными ресницами. Нос с горбинкой отдаленно напоминал клюв хищной птицы. На ее голове красовался венок из вечно живых лесных цветов, а на шее – ожерелье из зубов пантеры. Женщина была облачена в черный облегающий комбинезон и черный плащ из шкуры пантеры. Даже ногти ее, очень длинные, похожие на когти, были покрашены иссиня–черным лаком, как и ее губы. Черный цвет вообще был любимым цветом дриад.
Дриадами называли их феи «по–научному», по месту обитания – в лесах. А сами себя обитательницы лесов называли себя «ночными охотницами». Они, в отличие от фей, обожали убивать на охоте, пить кровь убитых жертв и устраивать экстатические праздники с дикими плясками и песнями, причем занимались этим именно ночью, при луне и звездах. В этом смысле они были полной противоположностью фей, любивших день и ненавидевшим проливать кровь.
Итак, черная женщина, которая и была Темной Владычицей Корой, сидела на тростниковом кресле у Черного Камня и поджидала путников. На зеркально отполированной поверхности Черного Камня высвечивалась карта Заповедной Чащи с путниками, пробирающимися к центр Чащу.
– Пришла, наконец, героиня–освободительница, – с ехидной усмешкой проговорила Кора. – Я вижу, с пути ты не сбилась.
– Зачем ты привела нас к себе, Кора? – спросила Фея. – К чему весь этот театр? Говори напрямую.
– Скажу, но не сейчас. Сначала давай покончим с формальностями! – Кора щелкнула пальцами и дверь избушки сама собой открылась. Из нее буквально вылетели Зверята и с радостными криками кинулись к Фее. Они запрыгнули ей на руки, обняли ее и расцеловали.
– Ой, Зверятки вы мои дорогие! Ой, малышата! Ну как вы себя чувствуете? Что с вами было? – радостно заохала Фея. Зверята выглядели отлично, словно с ними ничего не случилось.
– А мы и не знаем, хозяйка, сами не знаем, а–ав! – гавкнул Щенок, облизывая своим розовым мокрым язычком лицо своей любимой Хозяйки.
– М–р–р–р–мя–у–у! Просто в тумане что–то щелкнуло в голове, мы заснули, а проснулись только полчаса назад. Вот и все… – добавил Котенок.
– Ну и славно, ребятки, ну и славно! Слава Создателю! Все хорошо! – продолжала улыбаться Фея и опустила обоих Зверят на землю. А потом лицо ее снова приняло строгое выражение, она повернулась к мальчишкам за своей спиной и сказала:
– Вы свободны, ступайте к вашим новым хозяйкам. Хотя на вашем месте, я бы еще подумала, стоит ли…
Но к мальчишкам уже подбежали «охотницы» и, взяв их за руки, с радостным смехом потащили их куда–то в чащу.
– Ну, теперь мы в расчете, – констатировала Кора. – Остальные взаимные претензии оставим на потом. Солнце уже зашло, а луна вот–вот появится. У нас священный обряд на носу. Милости просим поприсутствовать. Во всяком случае, мое присутствие там обязательно. Поговорим потом.
– О чем нам с тобой еще говорить? – неприязненно сверкнув глазами, сказала Фея.
– Есть о чем, дорогая, есть о чем… Без меня ты все равно из Чащи не выберешься, да и, думаю, тебе самой может быть это небезынтересно. Пойдем. Нам еще предстоит подъем на Лысую гору. Это не близко.
Что делать? Скрепя сердце, Фея со Зверятами отправились в путь. А путь действительно оказался не близким.
7.
Поднимаясь на гору, Фея скоро поняла, почему она получила такое странное название. Вскоре густой лес сменился редколесьем, редколесье – кустарником, а кустарник – голым камнем, кое–где покрытым редкими проплешинами жесткой и мелкой травы. Ближе к самой вершине даже трава уже не росла, один голый камень. Фея легко представила себе, как гора может выглядеть со стороны – снизу покрыта лесом, травой, а сверху абсолютно голая, словно череп лысеющего человека, по бокам еще покрытый волосами, а сверху совершенно безволосый.
Когда путники закончили подъем, луна уже почти достигла зенита и белый камень (то ли кварц, то ли мрамор), из которого состояла гора, заблестел множеством искорок. Фея, глядя на это чудо, ахнула от удивления. Казалось, что камни были усыпаны мириадом мириад светлячков.
– Ну как, нравится? – торжествующе усмехнулась Кора, заметив выражение ее глаз. – Лысая гора – наша главная святыня в Заповедной Чаще, хотя есть и другие святыни – священные рощи, источники, камни, омуты. Они тоже чудесны и обладают великой волшебной силой – силой леса и ночи. Но Лысая Гора – это особенное место. Все здесь пронизано волшебством, особенно в полнолуния…
Кора загадочно и мечтательно улыбнулась, и в ее черных как ночь миндалевидных глазах блеснул странный огонек, чего–то потустороннего и сладострастного.
– Потому таинства брака мы совершаем именно на Лысой Горе, в полнолуния, но это еще не все… Посмотрите на вершину, – Фея посмотрела туда, куда указала Кора и увидела там, на самой вершине, странное сооружение. Гряду вертикально стоящих по кругу, в несколько рядов, циклопического размера камней. На вертикально стоящих камнях сверху были положены другие.
В центре этого сооружения в землю врос огромный черный плоский камень – брат-близнец уже знакомого друзьям. Камни не походили на породу, из которой состояла гора, будучи матово белого цвета. Они также светились, но каким–то тусклым, мертвенным светом, словно лицо утопленника при полной луне. Поэтому–то, глядя на эти камни, Фее и Зверятам стало немного жутковато. Они напоминали им ощерившиеся обломанные зубы (камни стояли неровно) на нижней челюсти какого–то доисторического черепа, зачем-то извлеченного из могилы.