Потому что когда первый голод был утолен, опять дико забили барабаны, к которым присоединилось дикое завывание пастушеских деревянных свирелей и тростниковых флейт. Мелодии, которые они издавали, были примитивны, безыскусны, но удивительно ритмичны. Не успела Фея и глазом моргнуть, как охотницы повытаскивали своих мужей из–за столов и пустились в пляс.
Что это были за пляски! Более дикого, более чувственного, если не сказать, эротического зрелища она еще не видела.
Пляски состояли, в общем, из, на первый взгляд, простых, но трудно исполнимых без подготовки движений, в которых были задействованы все части тела одновременно.
Пары при этом постоянно норовили схватить друг друга за руки, за плечи, за бедра. Мужчины брали своих напарниц на руки, перекидывали их через голову, женщины бросались на грудь и шею мужчинам. В общем, создавалось впечатление полного хаоса, в котором имело значение только одно – это было выражение сплошной чувственности, ничем не сдерживаемой игры страстей, темного начала, освобожденного чудовищным напитком и магией этого странного места.
Фея в который уже раз густо покраснела и стыдливо отвела взгляд от этого беснования. А когда, из любопытства, посмотрела вновь, то горько пожалела об этом. Потому что некоторые пары уже повалились на землю, срывая друг с друга одежду и стали делать совсем уж неприличные вещи. Их примеру последовали другие – и вот уже вся вершина Лысой Горы наполнилась возлежащими, дергающимися обнаженными телами. А гул барабанов и визг свирелей и флейт не только не утих, но еще больше усилился. Но даже он не мог заглушить сладострастных стонов дошедших до крайней степени неистовства любовников.
Фея готова была провалиться под стол от стыда, но Кора, с любопытством и нескрываемым наслаждением наблюдавшая за ее неловкостью, наконец, решила, что с нее хватит.
– Ну что ж, дорогая, раз мы с тобой остались в меньшинстве, без пары, нам больше нет нужды здесь оставаться.
Фея готова была на все, лишь бы убежать, улететь, исчезнуть, испариться отсюда как можно быстрее. Красная как вареный рак она молча закивала в знак согласия. Зверята же давно сидели под столом, спрятавшись за скатертью, и закрыв свои ушки и глазки плюшевыми лапками.
Кора щелкнула пальцами и словно из–под земли перед ней возникла огромная деревянная ступа, вроде тех, в которых крестьяне выжимают виноград. Она оказалась достаточно велика для того, чтобы в ней легко поместились все четверо. По слову Ночной Королевы ступа взмыла вверх.
Но даже и теперь Кора не смогла обойтись без издевки. Ступа трижды описала круг над вершиной Лысой Горы, чтобы Фея получше смогла рассмотреть ужасно непристойное и оскорбительное для взора всякой жительницы Поднебесья зрелище. Однако, когда ступа зашла на третий круг, туча внезапно закрыла полную луну, которая сама, казалось, устыдилось происходящего, и Лысая гора погрузилась во тьму. Кора разочарованно вздохнула и направила полет ступы вниз, к «избушке на курьих ножках».
8.
Полет – точнее, спуск, – был таким стремительным, что и у Феи, и у Зверят перехватило дыхание – ночные охотницы любили летать «с ветерком».
Наконец ступа мягко приземлилась у того Черного Камня, что стоял перед хижиной Коры. Кора опять заняла свое место в кресле возле Камня, что и при их первой встрече, жестом пригласив Фею и Зверят сесть на деревянные табуреты у противоположной части Камня. Выдержав длинную паузу, она мрачно произнесла:
– Знаете ли вы о том, что идете на верную смерть и несете смерть тому, за кем идете, а, возможно, и всем нам?
– Что ты имеешь в виду? – нахмурилась Фея, которую больно укололо сомнение Коры, а также ее поразительная осведомленность в столь секретном предприятии.
– Не притворяйся дурочкой. Конечно, я имею в виду твое безумное намерение идти напрямик в лапы солнечной колдуньи.
– Я…
– Довольно! – оборвала Кора. – Не нужно мне здесь петь дифирамбы всемогущей любви и тому подобные бредни. Самое главное, на мой взгляд, в этом деле это, во–первых, полное с твоей стороны непонимание в какую историю ты вляпалась…
– А во–вторых?
– А во–вторых, непонимание того, ПОЧЕМУ все это произошло.
– И почему же?
– Ты и твой муж совершили тяжелейшее из возможных преступлений – вы нарушили Великое Равновесие. Будучи наследником престола величайшего из людских королевств, Авалона, он отрекся от трона, который наследовали все его 498 предшественников, и стал игрушкой лесной феи, а ты, в свою очередь, сделала все, чтобы он ненароком не исправил свою ошибку. Из–за ваших проступков теперь под угрозой находится не только его и твоя жизнь, но и многие другие, возможно, само существование этого мира. Разве ты не знаешь, о, Премудрейшая из Фей, – с мрачной усмешкой сказала Кора, обнажив ярко белые, как у черной пантеры, зубы, – что нарушение гармонии Весов Порядка может привести к катастрофе? Так, маленький снежок, брошенный с вершины горы, может вызвать лавину…
– Что ты имеешь в виду? – с замиранием сердца спросила Фея.
– От ваших необдуманных поступков пошатнулось Равновесие мира. И обстоятельства сложились так, что твой муж вышел на карлика, обладавшего одним из последних, еще не уничтоженных зеркал Непобедимого Солнца. Посмотревшись в это зеркало, он вызвал к жизни древнее, почти позабытое зло, и теперь это зло готовится нанести новый удар по Целестии. Опасность угрожает всей стране. И опасность, которая, вполне возможно, не по силам ни Триединой Премудрости, ни даже всему Сообществу. Феи за время эры Порядка и Процветания изрядно поутратили свои боевые качества… – и в голосе Коры послышалась ничуть не скрываемая издевка.
Фея закрыла побледневшее личико руками.
«Создатель! – подумала в отчаянии она, – Создатель мой, ведь это правда! Я ведь знала, втайне уничтожая амулет Принца, что совершаю великое святотатство, которое может привести к ужасным последствиям, ведь мы феи не имеем права лгать людям и нарушать их свободу! Какая же я дура! А еще – Хранительница Предела 3–го ранга…»
– …Но выход есть, – продолжила, как ни в чем не бывало, Кора, – если ты вернешь Черному Камню – Хранителю Равновесия Целестии то, что вы породили – вашу единственную дочь...
– Да как ты смеешь, черная ворона, требовать, чтобы мы отдали тебе на съедение нашу малютку! – зарычал вдруг до того тихо сидевший на своем месте Щенок и, смешно оскалившись, вместе с Котенком бросился на Кору.
Кора даже не посмотрела на них. Оба Зверенка упали ниц, опутанные со всех сторон темно зелеными вьющимися растениями.
– Во–первых, не на съедение, а на обучение, – невозмутимо сказала Кора. – Во–вторых, эта девочка предназначена мне Черными Камнями, которые строго следят за Равновесием среди Основных Рас Целестии: ты прекрасно знаешь, что феи не могут рожать больше одного ребенка, а потому девочка была рождена для меня и все равно рано или поздно придет ко мне, – злорадно ухмыльнулась Кора.
Внутри у Феи все похолодело.
Мало того, что из–за ее греховной связи с Принцем безопасность всей Целестии теперь под угрозой. Даже если Сообществу и удастся освободить Принца из плена загадочной солнечной колдуньи, их дочурка станет вечной заложницей последствий их поступка!
Оставив всякую гордость, Фея умоляюще подняла свои полные слез прекрасные глаза на Кору и вопросительно взглянула на нее. Кора была на седьмом небе от счастья: ну разве теперь кто–нибудь может возразить, что эти феи не плаксы и слюнтяйки? Куда им до ночных охотниц!