Интуиция подсказывала Фее, что ей угрожает опасность, но разум ее не в силах был объяснить происходящее. Может, она снова заснула и ей сняться кошмары?
И тут Фею осенило.
– Дорогой Принц, прости меня, я забыла, а как зовут наших маленьких ребятишек?
– Ребятишек? – недоуменно переспросил он. – Ну, какое сейчас это имеет значение, глупая женщина! – повысил голос «Принц». – Ты же видишь, я замерзаю, мне холодно, я устал, к чему все эти вопросы?! Просто обними меня, дорогая! – И с этими словами он сделал еще несколько шагов навстречу.
Внезапно Фея ощутила какую–то предательскую слабость во всем теле. Она почувствовала, земля уходит из–под ног. Голова наполнялась свинцовым туманом, к горлу подступила тошнота. Пронзительный немигающий взгляд «Принца» смотрел в одну точку, чуть повыше уровня глаз Феи, а монотонный голос действовал усыпляюще. Сил сопротивляться навязчивому влечению больше не оставалось...
Вдруг в руки Феи невесть как попал какой–то гладкий и холодный как лед предмет. Душный морок рассеялся, в голове сразу прояснилось.
«Зеркальце! Волшебное зеркальце Королевы Лоры!»
Но времени на раздумья не было.
– А ну, самозванец, – посмотрись–ка сюда! Посмотрись, похож ли ты на моего дорогого Принца!!! – не своим голосом прокричала она и направила зеркальце на Лже–Принца.
Раздался жуткий, заунывный вой, и вместо Принца Фея увидела омерзительно уродливую черную тень, чем–то напоминающую огромного жирного мохнатого паука, который хищно протягивал к Фее свои уродливые щупальца!
Фея вскрикнула от ужаса и отвращения, но страх придал ей силы. Она взлетела в воздух, в последний момент увернувшись от смертельных «объятий» чудовища. Но улететь далеко не смогла – в теле еще ощущалась предательская слабость. Чувствуя, что ей не протянуть долго в воздухе, она произнесла заклинание, в которое вложила все свои силы, и камнем упала вниз, в центр образовавшегося спасительного круга магического пламени.
Щупальца попытались было достать ее и там, но языки магического огня, безвредные для заклинателя, оказались не по зубам врагу. Лишившись части своих мерзких щупалец, плотоядный пустынный призрак отпрянул назад. Ибо внутрь круга магического огня не способны проникнуть даже они.
Оставшийся голодным призрак тоскливо взвыл и вынужден был удалиться восвояси, а Фея, у которой пережитый ужас и поддержка заклинания отняли последние силы, без чувств рухнула на песок.
…Когда Фея, наконец, пришла в себя, она увидела, что магический огненный круг почти потух.
В этот момент пустыню огласил истошный пронзительный вой и мяуканье. У Феи защемило сердце – что же стало с ее верными друзьями?! А потом она пронзительно закричала:
– Зверятки мои дорогие, а ну ко мне, сюда! У меня безопасно! Бегите на огонь! – и с этими словами она влила новую порцию магической энергии в угасавшее пламя. Голубовато зеленые языки волшебного огня взметнулись высоко вверх, так что увидеть их теперь можно было издалека.
Фее не потребовалось кричать дважды. Из тьмы вынырнули оба Зверенка, которые на всех четырех лапках бежали по направлению к огню, их по пятам преследовали какие–то чудовищные тени.
Фея разомкнула сплошной круг огненной стены и, воздев руки, ударила тем же самым огнем поверх плюшевых голов. Призраки взвыли и на мгновение отпрянули в сторону. Этого мгновения как раз и хватило Зверятам для того, чтобы через открытый Феей проход забежать внутрь круга, после чего тот вновь замкнулся.
Пустыню огласил разочарованный утробный рык, а потом все стихло. Зверята, тяжело дыша, упали на песок и долго еще тряслись от страха. Только через добрые полчаса, придя, наконец, в себя, они, перебивая друг друга, смогли рассказать, что же с ними произошло.
4.
Котенку не спалось в эту ночь по той же причине, что и Фее. Усталость была такой, что заснуть никак не удавалось. И тогда Котенок стал утешать себя воспоминаниями о том, как хорошо было дома.
Удивительное дело! Еще совсем недавно Котенок мечтал отправится в настоящее Путешествие с Приключениями, обязательно Чрезвычайно Опасными и Особо Секретными, ну, вроде таких, которые случаются с отважными разведчицами из «ЖАЛА». Размеренная жизнь в доме у Феи изрядно ему наскучила. Правда, у него были Щенок, Осленок, феины дети, но все же… Хотелось чего–то необычного, чего–то нового.
Но когда Котенок вплотную столкнулся с настоящими приключениями, ему снова захотелось вернуться обратно, в тихий уютный мирок под опекой Прекрасной и Могущественной Феи. Как все-таки хорошо спать на настоящей кровати, а не на матраце или даже на голой земле, бегать только для развлечения, а не спасая свою жизнь, есть вкусную «розовую» пищу…
Котенок протяжно зевнул и решил немножко, совсем чуть–чуть, помечтать о том, что было бы, если бы он оказался дома. Эта мысль сама непонятно откуда прыгнула ему в голову, но она совершенно не показалась ему странной.
А дома Котенку больше всего на свете нравились… мышки!
Нет, плюшевый Котенок никогда не ел мышей. Он, как и все Зверята, никогда не питался последствиями убийства. Но он жутко любил играть с мышками и прочими грызунами, как и всякий котенок.
Подобно тому, как Принц уходил на «охоту» в лес, которая для него означала просто болтать с деревьями и травами, бегать наперегонки с зайцами и белками, кататься на спинах оленей и лосей, похожим образом поступал и Котенок.
Если он видел на лугу суслика или хомячка или мышку, он тут же бросался в погоню за зверьком. Но не для того, чтобы его съесть, а чтобы просто поймать – так сказать, ради интереса. Поймав же зверька, он облизывал ему мордочку своим шершавым розовым язычком и выпускал его опять на волю, и снова ловил и снова отпускал. Если же зверек говорил, что он устала или ему пора домой, Котенок не возражал. Но часто зверькам самим нравилась эта игра, так что они охотно играли с Котенком по полдня напролет.
Вот об этом сейчас и решил немного помечтать Котенок. Он блаженно закрыл свои стеклянные зеленые глазки, положил пушистые серенькие лапки под голову и целиком погрузился в такие сладкие, такие приятные грезы.
…Котенок лежал на мягкой шелковистой и ароматной травке на лугу, недалеко от их дома. Домашние дела были закончены, Фея куда–то улетела, Щенок ушел «на охоту» с Принцем, а Осленок как всегда возился с детьми. А потому Котенок решил, что имеет полное право устроить себе отдых. Он завалился на траву и наслаждался, чувствуя как теплые лучи полуденного солнца греют его пушистую кошачью шкурку. Чего еще нужно кошке для счастья? Поесть да поспать на теплом солнышке! Но даже когда Котенок спал, его ушки – как и у всякой кошки – были «на макушке».
Вдруг до его слуха донеслось знакомое шебуршание и легкое попискивание где–то рядом, в траве.
Котенок, не подавая виду, что слышит, лишь чуть–чуть приоткрыл правый глаз. Сквозь тоненькую щелку его зоркий кошачий глаз заметил маленькую серенькую мышку, которая рыла лапками землю, видимо, выкапывая какой–то корешок или семечку. Котенок подождал немножко, потом еще немножко, потом еще… Наконец, мышка что–то вытащила из ямки, взяла в зубки и осторожно, стараясь не разбудить Котенка, на цыпочках отправилась домой. Но как только она оказалась в двух шагах от Котенка, он тут же – цап–царап! – схватил ее своими ловкими серенькими лапками!