Щенок старался не смотреть вниз – он жутко боялся высоты, а высота действительно была головокружительной. Котенку же, наоборот, все это было нипочем – он как всякая кошка совершенно не боялся высоты и время от времени подтрунивал над оробевшим Щенком, угрожая рассказать потом Осленку, как он трусил в горах, что для Щенка, конечно же, было совершенно недопустимо.
Фея же в дороге старалась помалкивать. Высоты она, понятно, не боялась – на своих крыльях она летала и выше облаков, а от холода ей помогали спастись специальные обогревающие заклинания. Зато Фею обуревали недоступные для Зверят тревожные думы. Она не обращала на Зверят внимания даже тогда, когда они от скуки начинали шалить – кидать друг в друга снежками. Время от времени она касалась кончиками пальцев камня анализатора, сверяя свой путь с картой, загруженной из коллективной памяти Сообщества.
Так проходил день за днем, но никаких приключений не происходило. Монстры, которыми их так пугала Кора, почему–то не появлялись. Но Зверята этому были только рады – после призраков Пустыни Желаний они окончательно охладели ко всякого рода «Опасным Приключениям» и хотели дойти до конца пути спокойно. Что будет ТАМ, НА МЕСТЕ, Зверята старались не думать и жили только сегодняшним днем.
2.
На четвертый день перехода через Скалистые горы погода неожиданно переменилась, подул сильный ветер, началась метель. Путники поднялись уже так высоко, что земля окончательно скрылась из виду и даже отдельные птицы, попадавшиеся им по пути, летали у них, что называется, «под ногами».
Метель эта была совершенно не кстати. Хотя Фея поставила воздушный щит, о который разбивался, как морская волна о волнорез, снежный ветер, но тропинку так замело, что Зверята едва пробивались через толщи снега. Между тем ветер продолжал усиливаться, теперь путникам грозил настоящий буран и надо было что–то делать. Чашу терпения переполнил случай со Щенком. От сильного порыва ветра откуда–то сверху на тропинку упала солидная шапка обледеневшего снега. Щенок поскользнулся и едва не упал с обрыва. От падения его спас только намертво вцепившийся в его шкурку Котенок.
– Так, Зверятки мои дорогие, – не выдержала, наконец, Фея, – дальше идти по такому бурану нельзя. Ветер крепчает, тучи заволокли почти все небо – скоро всех нас просто сдует в пропасть. А я не смогу удержать такую массу ветра и снега без магического жезла… Что будем делать?
– Как что, м–я–у–у! – мяукнул Котенок, облизывая шершавым розовым язычком мокрую шкурку, – искать какую–нибудь пещеру и переждать буран.
– Гениально, а–ав! – поддел его Щенок. – А где ж ты ее найдешь тут? Сколько шли – ни одной до сих пор не видели! А если и найдем, а вдруг там кто–то сидит? Думаешь, пещеры в таком месте могут быть необитаемы?
Фея задумалась. Слова Щенка озвучили ее собственные опасения. Если пещеру в принципе можно было найти, если постараться, то надеяться на то, что она будет необитаема…
Фея начала уже догадываться, с чем связана безопасность их пути на протяжении всех четырех дней. Им необыкновенно повезло. Они попали в Скалистые горы в зимний период, причем как раз во время наступления сильных холодов. В такой холод все более или менее опасные обитатели гор просто–напросто попрятались. А где еще они могли найти убежище от непогоды, как не в пещерах? Но, с другой стороны, прав и Котенок, пещера – единственно возможное для них спасение в такой буран.
Фея прикоснулась к голубому камню анализатора у себя на лбу и начала сканировать окружающее пространство. анализатор запустил магические лучи во все стороны на предмет поиска пустот в горной породе. Большая часть лучей на расстоянии двадцати тысяч шагов отразилась от твердой поверхности, но некоторые нащупали пустоты, ближайшая из которых располагалась всего в тысяче шагов.
– Зверята! Мы спасены! – воскликнула Фея, с тревогой глядя на сгущающиеся черные грозовые тучи. – анализатор показывает ближайшую пещеру всего в тысяче шагов отсюда, причем прямо по курсу – мы можем дойти до нее своим ходом!
– Ур–р–р–а! – обрадовался Котенок. – Наконец–то я смогу обсохнуть по–человечески!
Но у Щенка было дурное предчувствие, а потому он не разделял веселья Котенка.
А между тем ветер крепчал, от хлопьев мокрого снега нельзя было ничего увидеть в двух шагах от себя. Фее пришлось зажечь летающий ярко светящийся магический огонек, чтобы Зверята не потеряли ее из виду и ненароком не свалились в бескрайнюю бездну.
Когда снег стал достигать колен Феи, Зверята (которым он был по пояс!) вынуждены были взгромоздиться на хрупкие плечи Феи, так как идти дальше своим ходом они уже не могли. Воздушный щит уже почти не сдерживал дикого напора ветра, так что легкие плюшевые Зверята едва удерживались на шее Феи. Наконец, тропинка свернула вправо и они, следуя по ней, наткнулись на большую круглую пещеру. В ее темном чреве было сухо и тепло.
Недолго думая Фея со Зверятами на плечах забежала в нее… и вовремя! Потому что как раз в этот момент огромные шапки снега с жутким грохотом упали на тропинку на всем протяжении их пути. Если бы они еще чуть–чуть задержались на ней, их бы увлекли в пропасть массы лежалого высокогорного снега.
Фея облегченно вздохнула и, нагнувшись, дала возможность Зверятам спрыгнуть на каменный пол. А потом она хлопнула в ладоши – волшебный огненный шарик появился вновь и ярко осветил устье пещеры. Вроде бы никого не было. Пещера была необитаема, что несказанно обрадовало путников – теперь можно, наконец, по–настоящему отдохнуть и обсохнуть! Фея занялась разведением магического огня, а Щенок…
Щенок, обычно при первом же привале старавшийся поскорее завалиться на боковую, за что неоднократно получал нарекания от Котенка, теперь остался на страже. Что–то в этой пещере Щенку не нравилось, но что – он не мог понять. Нюх ничего не говорил ему – подозрительных запахов он не чувствовал. Слух тоже – как он ни поднимал свои коричневые висячие ушки и не вертел головой в разные стороны – ничего подозрительного он не услышал. Но пещера ему все равно не нравилась. Все–таки Щенок был сторожевой собакой – чутье у него было отменное.
Фея развела огонь, и все трое сели у огня. Фея достала из своей дамской сумочки баночку с «розовым» концентратом, налила в походные кружки воды, и приготовила укрепляющее питье. Котенок и Щенок уныло посмотрели на эти жалкие порции, но ничего не сказали. В конце концов, сами вызвались пойти на поиски Приключений, значит, надо терпеть. Вообще, если бы не «розовый концентрат», они давно бы уже пропали: плюшевые животные не нуждались в обычной еде и питье, но без розовой пищи не смогли бы прожить ни дня, а Фея последний раз обедала на корабле у Морской Королевы – с тех пор только волшебный дар поднебесной страны поддерживал ее силы.
Зверята грустно вздохнули и, стараясь растянуть удовольствие, пили розовую воду мелкими глотками, а Фея, чтобы хоть как–то поднять настроение своих друзей, решила завести какую–нибудь приятную беседу. И, конечно же, это беседа была о том, что будет, когда вся эта история, наконец, закончится…
– …как только мы отпразднуем возвращение нашего дорогого Принца домой, нам с вами, наверное, надо будет уже подумывать о нашем сынишке…
– Мр–р–р–р–мяу! – одобрительно мяукнул Котенок. – Мальчика пора отдавать в Школу пажей – ему уж седьмой годок…