«Это мое сердце! – удивленно отметила про себя Она. – «транно, что оно не из льда… Впрочем, это ненадолго».
И в самом деле, сердце сокращалось все медленнее и медленнее.
Ей опять неодолимо захотелось обратиться лицом к бескрайнему черному океану, тем более что льдина, на которой Она стояла, уже почти совсем отделилась от материка. Еще чуть–чуть, и невидимое подводное течение подхватит ее и, закружив, понесет в холодную темную бездну вместе с другими сестрами – льдинами. В бездну, из которой уже нет и не может быть возврата…
Жаль только этого звереныша… Но что поделаешь? Изменить все равно уже ничего нельзя.
А между тем зверек, перестав плакать, вдруг как–то встрепенулся, как будто его осенила какая–то мысль, и закричал:
– Принц! Принц! Госпожа, не уплывай, прыгай сюда, ко мне! Ведь ты же не хочешь оставить навсегда Принца! Он любит тебя и ждет! Не уплывай! Ради него!
Что означало слово «принц» Она не знала. Голову ее наполнял лед, в толще которого, где–то на самом дне, что–то таилось. Но что и где – кто сможет теперь разобраться?
И все же это слово показалось ей чем–то знакомым. Во всяком случае, Она заколебалась и отложила первоначальное намерение немедленно повернуться к ледяной бездне.
А лед между тем угрожающе затрещал, скрипучим старческим голосом напоминая своей пассажирке, что время не ждет, пора отправляться в путь.
Но вдруг что–то изменилось.
В воздухе возникло странное существо, целиком сотканное из света. Крылья у него – языки пламени, лицо – расплавленный металл, руки – раскаленные в печи металлические прутья.
Оно медленно опустилось на Ее льдину и подошло к Ней вплотную. От нестерпимого жара лед в ее голове стал таять. Подобно тому как из освободившейся от оков зимней стужи земли начинают прорастать весенние подснежники, в Ее голове стали просыпаться какие–то мысли, воспоминания…
А потом Существо воздело другую руку и на горизонте вдруг показался какой–то человек на лыжах. Он с головы до ног был одет в меховую одежду, лицо его закрывал меховой капюшон.
В его фигуре и манере двигаться Ей показалось что–то знакомое. Она даже хотела спросить у светлого Существа кто он. Однако крылатый гигант пропал, словно растворился в воздухе. Может быть, Ей вообще померещилось?
А тем временем человек снял, несмотря на метель и холод, свой меховой капюшон и обратился к ней:
– Дорогая, не уходи, я тебя умоляю! Я люблю тебя! Подумай обо мне, о наших чудных детишках, как им будет без тебя? Как я буду теперь без тебя? ОН сказал мне, что все зависит только от тебя! Понимаешь, если ты захочешь, ты сможешь остаться здесь… – и человек поспешно вытер свои глаза и нос меховой варежкой.
Она молчала. Человек этот Ей был знаком. Она помнила его – домик у речки, двое ребятишек – мальчик и девочка – у него на коленях… И Она хотела было уже ответить ему, но вдруг черная волна каких–то других, тяжелых воспоминаний захлестнула Ее разум.
Вот этот же самый человек приходит домой таким безразличным, таким холодным, таким бессердечным… Вот она тянется к нему, пытается его обнять, а он – уходит куда–то во тьму, в ночь… Вот она плачет и говорит, что не хочет больше жить… И снова Ее настойчиво потянуло обернуться в сторону бесконечного ледовитого океана. Да, там холодно, темно, зато спокойно, там тишина… Вечная тишина…
Льдина опять предательски затрещала.
Но в этот момент человек бросился к ней. Не успела она и глазом моргнуть, как он обнял ее, крепко прижал к себе – к такой горячей, такой наполненной жизнью груди – и поцеловал…
Поток животворящего тепла затопил Ее сердце. Исчез лед, исчез снег. Внутри как будто что–то разорвалось и тепло распространилось по всему телу, наполнив каждую клеточку, отовсюду изгоняя ледяной сумрак.
Она вспомнила все – свое имя, свое прошлое, Принца – их первую встречу, ночи при луне, свадьбу на Острове Фей, рождение первого ребенка, второго…
– Принц! Ты вернулся! – воскликнула Фея, с трудом отрываясь от его губ.
– Как видишь… – улыбнулся он.
– Но как? Где я? Откуда этот лед? Снег? Откуда здесь ты?
– Слушай, дорогая, давай–ка сойдем с этой льдины, пока мы с тобой не уплыли невесть куда!
Он взял ее за руку, и они вместе сошли на берег, а льдина, с хрустом отделившись от берега, медленно поплыла в бескрайние бездны черного океана.
От избытка чувств ноги Феи ослабели и она без сил упала на снег. Принц опустился на колени и ласково гладил ее лицо. А Фея, в свою очередь, не могла оторвать взгляда от глаз любимого.
– Какое счастье, что ты вернулась! Какое счастье! – радостно проговорил Принц.
Вдруг Принц на глазах стал меняться. Фигура съежилась, из щек, носа и лба вдруг полезли серые волосы, глаза из голубых стали зелеными, а меховая одежда превратилась в серую кошачью шубку!
Вместо Принца Фея увидела ликующую мордашку Котенка!
– Какое счастье, что ты вернулась, Хозяюшка, какое счастье! – в восторге кричал Котенок и в который уже раз облизал ее лицо и губы горячим шершавым язычком.
– Где я? – чуть слышно прошептала Фея. – Где Принц? Что со мной было?
Она не без труда повернула голову и увидела, что рядом с ней догорает небольшой костерок. На ясном голубом небе – ни тучи, ни облака. От яркого, по–весеннему припекающего солнца кое–где начал подтаивать снег.
– Не беспокойтесь, госпожа, все в порядке. Просто Вас укусила эта тварь из пещеры, Вы заснули и едва не замерзли… Я уж думал, Вас не спасти… – всхлипнул Котенок и торопливо смахнул слезинку, – но тут…
– … но тут, – вставил Щенок, поднося очередную вязанку дров к затухающему костру, – ветер вдруг внезапно утих, тучи разогнало, метель прекратилось, взошло солнышко и стало теплее. А я немного подальше отсюда нашел пару сухих деревьев, и мы с Котенком развели костер, вскипятили в кружке воду и отогрели Вас немножко!
– Какие вы молодцы, мои дорогие Зверятки! – улыбнулась Фея. – Ну что бы я без вас делала! – и украдкой смахнула слезы.
– Значит, Принца и того огненного человека не было… – разочарованно добавила, немного помолчав, Фея.
– Какого такого огненного человека? – вдруг не на шутку встревожился Котенок.
– Ну–у–у, такого, из света весь, и руки – как языки пламени тоже… – пояснила Фея.
Котенок со Щенком переглянулись. Им стало немного не по себе. Они оба изрядно испугались, когда увидели этого страхолюда там, на вершине скалы, по ту сторону бездны. Своими огненными щупальцами он производил какие–то странные пассы, от которых изменилась к лучшему погода. Без этого даже дрова, которые сумел отыскать Щенок, никогда бы не загорелись!
– Нет, госпожа, никакого человека из огня мы не видели. Вы были в бреду… Но теперь все будет хорошо! – не моргнув глазом, «честно соврал» Котенок, как поступает всякий врач, стремящийся отвлечь пациента от опасных для здоровья тяжелых мыслей. – Вам надо немножко поспать. Я нашел у Вас в сумочке немного розового концентрата и развел его талой водой. Вот, выпейте, это придаст Вам сил… Мы со Щенком Вас крепко–крепко обнимем, и Вы поспите в тепле, как под шерстяным одеялом. А теперь нате, выпейте… – и Котенок протянул Фее походную жестяную кружку с сладковатой розовой горячей водой. Фея выпила ее и почувствовала себя значительно лучше.