6.
Летучие обезьяны долго не хотели отпускать друзей.
Сначала они протаскали их по всей пещере, показывая ее достопримечательности: множество скелетов разных чудовищ, которые, видимо, были когда–то ими съедены, разноцветные наскальные рисунки.
Рисунки особенно заинтересовали Фею. Они состояли из различных сцен охоты на разных тварей. Между прочим, в одной из сцен Фея узнала охоту даже на страшные щупальца! Присмотревшись, Фея увидела, как крылатые охотники сначала выманивали монстра из пещеры, притворяясь нелетающими. Потом, заманив его к обрыву, стремительно взлетали, и монстр падал вниз и разбивался всмятку. Из рисунков Фея впервые увидела, как это чудовище выглядит на самом деле: гигантский глазастый шар, кишащий щупальцами. По сравнению с ним крылатые обезьянки были все равно что муравьи перед собакой. Фея возблагодарила еще раз Создателя, за то, что так легко отделалась от этой смертельно опасной твари, о существовании которой она даже не подозревала! А еще она подумала, что когда вернется, обязательно сообщит в Отдел Сообщества по сохранности исчезающей Флоры и Фауны Целестии о том, чтобы взять под Опеку Сообщества этот чудный народец, находящий на пограничье между разумными и неразумными видами.
Но больше всего ее поразил другой рисунок.
На отдельной стене она увидела изображение гигантского желтого солнцевидного лика. На солнечном диске можно было отчетливо рассмотреть губы, рот, нос, глаза, правда, без зрачков и радужной оболочки, какие бывают у театральных масок. Множество лучей – рук властно тянулись во все стороны, словно хотели охватить все мироздание. Фея так и ахнула, догадавшись, КТО здесь изображена!
Рядом с солнцем пали ниц, воздев в молитвенном жесте лапы, множество летучих обезьян. А между солнечной головой и летучими обезьянками стояли какие–то странные черные существа, напоминающие то ли пауков, какими они были в далеком прошлом Целестии, то ли муравьев. Этим омерзительным монстрам обезьяны тоже кланялись и – о, ужас! (Фея даже закрыла свое прекрасное личико ручками) – приносили им своих детенышей, которых те разрывали на куски…
Фея указала пальцем на эту сцену и окружавшие ее обезьяны благоговейно сложили лапы на груди и встали на колени, в страхе опустив глаза. Фея поняла, что религия Создателя – единственно разрешенная Сообществом для разумных обитателей Целестии – так и не дошла до этой дикой, отсталой страны, а несчастные аборигены поклоняются как богам Непобедимому Солнцу и ее странным, совершенно неизвестным для Феи черным слугам.
«Все это обязательно надо довести до сведения Их Премудрости, – твердо решила про себя Фея. – Этот несчастный народ должен быть освобожден от своих религиозных предрассудков, избавлен от монстров и приобщен к цивилизации и единственно истинной религии – и я сделаю все возможное для этого, обещаю!»
А потом обезьяны все–таки уговорили свою гостью и ее друзей остаться на пиршество. Конечно, Фея не притронулась к мясу. Но зато им предложили вдоволь другой пищи – овощей и особенно фруктов – как же обезьяны, пусть и летучие, и без фруктов! – это были, в основном, дикие кислые яблоки и груши, а также множество земляных орехов.
Насытившись, обезьяны стали лихо танцевать под стук больших барабанов, обтянутых толстой кожей убитых животных, и вой костяных флейт, причем в отдельные моменты танца они взлетали под самый потолок и исполняли отдельные па прямо в полете, и вообще – показали себя жизнерадостными, общительными и беззлобными существами. Особенно Фею умиляли отношения между самцами и самками и между самками и детенышами. Самцы и самки любили держать друг друга за руки, вычесывать друг другу шерстку и даже целоваться! А детеныши – сидеть на плечах у мамаш и крепко обнимать их за шею – это смотрелось так умилительно!
В общем, покидать это веселое сообщество не хотелось, но Принц ведь по–прежнему в плену, а пока это так – Фея никогда не почувствует себя спокойной!
А потому наутро гостеприимные крылатые обезьяны проводили их до выхода из пещер, надавали им приличный запас сушеных яблок и груш, земляных орехов и прочей вегетарианской снеди, а также приличный запас воды в кожаном мехе, и помогли Фее перевезти Зверят вниз, чтобы сэкономить время на спуске.
Башня Непобедимого Солнца была совсем рядом, ее можно было увидеть невооруженным глазом – «погоня» за Зверятами сильно приблизила путников к конечной цели их путешествия. Судя по всему, идти оставалось всего ничего – два, от силы три дня.
Обезьяны со страхом поглядывали на Башню. А бывшая пленница даже подошла к Фее и что–то стала ей говорить, указывая на окружающие скалы, но Фея не понимала, что она имеет в виду. Но в глазах обезьянки царил страх…
Фея только отмахнулась.
«Понятно и так, что эти горы кишат разного рода чудовищами. Но что поделаешь? Вот если все–таки борьба с Непобедимым Солнцем закончится победой фей, мы быстро сделаем из этого места заповедник, и вас уже никто не посмеет ни обижать, ни запугивать», – подумала Фея. Но как все это можно объяснить обезьянам?
А потому Фея еще раз улыбнулась, протянула обезьянкам по блестящей пуговке от своей туники – к их, надо сказать, величайшей радости –, затем взяла Зверят за лапки и решительно зашагала по дну ущелья вперед, к виднеющейся на горизонте Золотой Башне – сердцу диких и еще не тронутых цивилизацией доисторических Скалистых гор.
Глава 13. Исчадия мрака.
1.
Переход следовал за переходом и ущелье, по которому пробирались путники, становилось все уже и уже и все выше и выше надвигались его холодные, темные и неприступные стены. Казалось, что они словно идут по какому–то рукотворному лабиринту, который сужается лишь для того, чтобы в один
прекрасный момент закончится тупиком.
На ночлег расположились в небольшой впадине у правой стороны ущелья. Фея позаботилась об огне – ведь только он мог отпугнуть опасных пришельцев –
и наколдовала волшебные воздушные подушки для всех троих – ведь спать на
голых холодных камнях даже Щенок бы не смог! А пока Фея ужинала обезьяньими сухофруктами, Щенок и Котенок уже уснули, покачиваясь в воздухе, словно в невидимом гамаке. А вот Фее опять не спалось...
Ночь была на удивление тихой и темной – луну и звезды закрывали мрачные тучи. На душе было неспокойно, тревожно и тоскливо.
Как Фея тосковала по Принцу! Вот уж столько недель прошло с тех пор, как
он пропал, а надежды на его спасение с каждым днем становились все призрачнее и призрачнее. Будущее беспросветно. Ведь хотя до обители Непобедимого Солнца рукой подать, но исход ее поединка с нею весьма и весьма сомнителен. В конце концов, если эту желтую колдунью в свое время не смогла одолеть даже Их Премудрость во главе всего Сообщества, то что может сделать одна хрупкая, пусть и очень сильно любящая, обычная фея! Фея старалась не думать об этом. Лучше уж тосковать по Принцу, чем страшиться предстоящих трудностей!
Фея с тоской вспоминала, как они, бывало, всю ночь напролет, лежа на