Он воздел руки и стремительно полетел вверх. За ним устремились остальные. На ходу юноши перестроились клином, нацелившим свое острие на центр позиций фей, выстроившихся полукругом. По пути «клин» плевался огненными разрывными шарами и молниями, но феи уже успели поставить щит и они им не причиняли вреда.
Тогда Азаил спрятал руку в складки плаща и торжествующе вынул оттуда искрящийся серебристыми искрами, подобно камням его дворца на Лысой горе, длинный тонкий меч. Долетев до края защитного поля, он рубанул его, что есть силы. Раздался оглушающий грохот, и фей, державших щит, сильнейшим откатом разметало по облакам. Из ушей и носа их текли струйки крови и на несколько мгновений они все потеряли боеспособность. Защитное поле лопнуло и толпа крылатых юношей, выхвативших такие же серебристые клинки, ворвались на четыре розовых облака в центре позиций противника, и устроили кровавую резню. Облака из розовых в несколько мгновений стали кроваво красными…
Остальные же феи, едва очнувшись, ударили по захваченным облакам фонтанами жидкого огня и те во одно мгновение вспыхнули, и снова далеко не все успели вовремя его пекло – десятки юношей превратились в горстку черного пепла.
Но дело было сделано. Кордон фей был прорван и отряд Азаила, оставив теперь бесполезные позиции, беспрепятственно поднимался все выше и выше.
5.
Вскоре голубое небо осталось далеко внизу. Отряд двигался среди странного скопления жемчужно серебристого тумана. Фея, едва оправившись от ужаса от кровавой бойни на розовых облаках, с расширившимися от удивления глазами смотрела на это совершенно незнакомое ей царство…
Видимость была практически нулевая, везде – одна бесконечная серебристая вата. Каким образом в ней можно хоть как–то ориентироваться – оставалась загадкой. Не было видно не то, что дороги вперед, но даже и путь назад был закрыт. Невозможно было определить, где север, а где юг, где лево, а где право. Жуткое и воистину страшное место!
Оказавшись в таком месте, любой бы запаниковал и впал в отчаяние, но не Азаил. Он, судя по всему, чувствовал себя здесь как рыба в воде, чутко определяя верное направление в этом туманном хаосе. Он летел то влево, то вправо, то останавливался на время, то стремительно летел дальше. Он чем–то напоминал собаку, которая пробирается по чаще леса в кромешной тьме исключительно при помощи своего нюха. Фее не могла не удивляться поистине удивительным способностям этого могущественного волшебника – прирожденного лидера и изобретателя, бесстрашного первооткрывателя и гениального полководца.
Наконец, серебристый туман закончился, и крылатые юноши вылетели на открытое пространство.
Это была плоская как блюдо долина из клубящегося серебристого тумана под ногами и черным небом над головой – без солнца, но с большими, размером с человеческую голову, звездами и луной размером в полный человеческий рост.
Посреди этой серебристой пустыни на горизонте виднелась высокая башня из желтовато белого материала, напоминающего слоновую кость. На вершине башни было закреплено какое–то чашеобразное устройство со светящейся серебристой поверхностью.
Юноши полетели к нему, но довольно странным образом – двигаясь не вперед, а задом наперед. И чем медленнее они шевелили своими прозрачными крыльями, тем быстрее они летели…
Подлетев к Башне, они обнаружили, что хитроумное чашеобразное устройство с зеркальной поверхностью было разбито.
– Проклятье! Учитель! – закричал в ярости Белоснежно Белый. – Они испортили твое гениальное Зеркало! Но как? Это же невозможно! Да и как они могли сюда проникнуть? И где Хранитель?
Азаил мрачно молчал. Его глаза по–прежнему были кроваво–красными, он так сильно сжал рукоятку серебристого меча, что костяшки пальцев побелели.
Он стремительно полетел вперед (точнее, медленно полетел назад), намного быстрее других – видимо, он лучше других освоил особенности передвижения в Астрале.
Но не успел он достичь Башни, как серебристый туман пришел в движение. Азаил остановился (до предела заработав крыльями) и стал ждать. Наконец, перед удивленным взором Феи материализовалась исполинская белая голова, словно целиком сотканная из серебристого тумана, с серебристой же длинной бородой и огромными глазницами без глаз, сквозь которые струился мягкий серебристый свет. Постепенно из тумана выросло поистине колоссальное, высотой с башню, тело великана.
Великан спокойно и величественно сложил руки на груди и немного заторможено, растягивая слоги, громыхнул громоподобным басом:
– Приве–е–е–е–етствую тебя, мой маленький дру–у–у–уг, волшебник Азаил! Ра–а–а–а–ад тебя ви–и–и–и–идеть…
Азаил подлетел к лицу великана – по сравнению с ним он был не больше комара:
– Что здесь происходит, Хранитель? Почему зеркало разбито? Кто здесь был?
– Ну–у–у–у, ха–ха–ха! – рассмеялся великан, причем так, что дыхание из его уст, словно ураган, едва не опрокинуло Азаила на землю, – это поня–я–я–я–я–ятно. Зе–е–е–еркало разби–и–и–и–и–л Я – у ко-о-о-о-го ж еще хва-а-а-а-атит на это си-и-л?
– Ш–ш–ш–ш–ш–т–о–о–о–о?! – заорал Азаил не своим голосом, схватившись руками за голову. – Да как ты посмел сделать такое, чудовище?! Я ж создал тебя вот этими руками (он потряс перед лицом Хранителя ладонями), ты должен служить только мне–е–е–е!!! Кто ж тебя надоумил на это, не моя сумасшедшая женушка случайно?
– Да–а–а… Была–а–а–а у меня она–а–а–а, ве–е–е–ерно–о–о–о… – также медленно и протяжно произнес великан. – Точнее, все три–и–и–и, да–а–а–а, три–и–и–и…
– И ты их послушал???!!! Отвечай, немедленно!
– Аа–а–а–а–а ка–а–а–а–ак же–е–е–е–е… Ты–ы–ы–ы теперь на стороне–е–е–е–е тьмы–ы–ы–ы, зла–а–а–а, а Они–и–и–и – слу–у–у–ужат Создателю–ю–ю–ю!
– Пещерный дэв тебя подери! Ты, белый кретин! – бесился Азаил, на его губах показались хлопья пены. – Я – твой создатель, Я! Я! Я сделал тебя из этой белесой гадости, Я вдохнул в тебя жизнь, Я дал тебе такие силы, что вся орда этих белобрысых обманщиц не сможет тебе ничего сделать, Я для тебя создатель, только Я! Я! Я! Я! Я–а–а–а–а–а!!!! – истерически бил себя в грудь Азаил.
Но Великан в ответ только протяжно рассмеялся и кашлянул так, что ураганным ветром Азаила снесло далеко назад.
– Не беснуйся, Азаил, – раздался бесстрастный голос из Башни и на ее вершине показались три феи в пурпурных одеждах и с золотыми обручами головах. – Твоя власть в Астрале закончена, надеюсь, навсегда. Кровавая бойня, которую ты учинил внизу, была бессмысленна и ты навеки осквернен кровью убитых по твоей вине и проклят. Астральный Хранитель больше тебе неподвластен и все тайны Башни из Слоновой Кости – тоже.
– Ка–а–а–ак? – недоуменно воскликнул Азаил.
– Ты всегда слыл Премудрым – догадайся сам, – с легкой издевкой сказала Вторая из Трех. – А теперь возвращайся в Целестию. Мы даем тебе и всей твоей банде убийц и мятежников срок шесть месяцев – на раздумья. Если ты смиришься и явишься с повинной, мы примем тебя, даже несмотря на то, что ты смешал розовые облака с кровью. Благодари Создателя, что теперь у нас есть способ дать тебе и твоим сообщникам возможность исправиться, не прибегая к физическому уничтожению.
– И какая же? – еле сдерживая гнев, почти прошипел Азаил, впрочем, уже догадываясь, каков будет ответ.