К тому времени, как Тео почти поверил в свою безопасность, он успел прорваться на шестой уровень. Страшно радостный и довольный собой, для всех он тем не менее приготовил другой сюрприз. Скрыв свою настоящую силу, он торжественно явился утром тридцать третьего дня на тренировочную площадку.
Весь его актёрский талант в тот момент излился наружу. Пыхтя и кряхтя, краснея и тужась, словно рожающая свинка, он поднял пятый каменный шар, хрустя на всю площадку коленями и зубами. Кто бы не наблюдал за ним в тот момент, — они все были несомненно тронуты его талантом и усердием.
"Справился как надо!" — думал Тео, непринуждённо поедая двойную порцию обеда и игнорируя восхищённые взгляды.
Не будь у Тео техники Медного тела и первой безымянной мантры, то он был бы среди них, радуясь и завидуя свершениям более одарённых собратьев. С техникой водопада он тоже когда-нибудь достих бы пятого уровня, а может и шестого. Годам к двадцати пяти в лучшем случае, а к сорока может и Бойцом бы стал.
Думая об этом, он немного ностальгически вспомнил о своей юной подруге, Зоре. Она была в сотню раз талантливее, чем он, добравшись до пятого уровня всего за полгода.
"Чего бы она добилась с моей техникой? Прорвалась бы к уровню Бойца уже позавчера, а может и две недели назад!"
Марк уже третий день пытался прорваться к шестому уровню, поэтому Тео не видел его даже на обедах. Их спарринги тоже происходили всё реже. Тео давно превзошел своего приятеля по физической силе, но опыта и понимания боя у него всё ещё было слишком мало. Здоровяк казался Тео слишком сильным даже сейчас.
— Гляди, гляди! Старшие идут! — кто-то воскликнул, толкнув соседа по столу плечом. Тот уронил на пол кусок горячего мяса, зло огрызнувшись.
Тео посмотрел на выход, увидев двух высоких парней, остановившихся в дверях. Один из них вдруг остановился на Тео взглядом, сказав что-то другому. Тот кивнул и оба быстро оказались у стола, за которым сидел Тео.
— Привет Тео! — дружелюбно сказал один из парней. Его лицо украшал грубый шрам поперёк носа, но это ничуть не вредило его внешности. Скорее наоборот, так он выглядел словно герой какой-нибудь истории. Только глуповатая улыбка не очень вязалась с этим образом.
— Мы знакомы? — Тео поднял голову, заинтересованно взглянув на молодых людей.
— Я Эл, а его зови Дуном, — парень быстро сообразил, представившись, — Нас к тебе наш инструктор послал, знаешь ли. Ну, позвать тебя, что ли..
— На тренировку, — устало добавил второй ученик, — И моё имя Дунлин.
Услышав разговор, окружающие ученики мгновенно взорвались гомоном. Что бы там ни было, а такое событие в их школе было явно из ряда вон. Учеников ниже шестого уровня ещё никогда не приглашали на тренировки для старших учеников!
Тео тоже был в замешательстве. Он знал правила, как и все, и ожидал что отправиться на тренировку со старшими только через пару месяцев, когда подтвердит свой шестой уровень публично.
"Что происходит?"
— Давай быстрее, младший. Инструктор Рам уже ждёт с нашими у ворот!
— Что? — тупо брякнул Тео.
Эл спокойно хлопнул Тео по плечу, наклонившись поближе.
— БЫ-СТРЕ-Е!
От его крика у Тео заложило уши, но в голове чуть-чуть прояснилось.
...
Оглянувшись на удаляющиеся медленно городские ворота, Тео тихо вздохнул в предвкушении. За последний час он успел получить нагоняй от старшего инструктора, а ещё походную одежду старших учеников и собственный меч. На последний он смотрел сейчас с особенно смешанными чувствами.
Мечи в школе получал всякий, кто достигал пятого уровня Ученика, но знакомили с ними куда раньше. На самом деле в школе была своя небольшая арена для боя на мечах. Тренировочных мечах, то есть деревянных, которыми нельзя было ненароком убить.
Проблема была только в том, что заниматься там мало кто горел желанием. За годы существования школы местным так надоело ломать хрупкие инструменты, что самый простой и классический мордобой выглядел в сто раз привлекательней. Кто в свои пятнадцать, шестнадцать или даже семнадцать лет не любил померяться силой кулаков и убеждений? Это была философия юности, настоящее дыхание возраста. Её же Тео и разделял, полагая что меч получит едва ли к годам двадцати, а кулаки чесались уже сейчас.