— Эти гниды опять пришли, парни, чтобы нас поколотить.
— Чудесно, — ответил Макрон. — Если ты именно этого хочешь…
Пленник дернулся.
— Вы римляне? Римляне!
Он толкнул соседа.
— Наши ребята. Наконец-то, черт возьми.
— Тихо, — скомандовал Катон, пока Макрон открывал засов. — Молчать, мать вашу!
Макрон открыл дверь, и камеру наполнил солнечный свет. Катон увидел троих мужчин с синяками и порезами на лицах и руках, сидящих посреди собственных нечистот. Тот, что отозвался первым, поднял руки и потряс цепями.
— Снимите их с меня!
— Тихо уже! — рыкнул Катон. — Среди вас есть прокуратор?
— Гай Непон? Он в соседней камере.
Катон вышел из камеры.
— Метелл, забирай их отсюда.
Сам он подошел к соседней двери, сдвинул засов и вошел. На полу лежал человек, скрючившись. Он был наг, а его кожа была покрыта ожогами и порезами, местами равномерно лиловая от ужасающего избиения, которому он подвергся. Катон присел рядом и осторожно тронул его за плечо.
Мужчина застонал и дернулся, пытаясь отползти в сторону.
— Цимбер, найди, во что одеть прокуратора, и охраняй его, как себя самого.
Катон вышел из камеры и столкнулся с Макроном. У того было печальное лицо.
— Они в ужасном состоянии, командир. Мы с ними далеко не уйдем.
— Тогда нам придется остаться и ждать, пока когорта не займет лагерь. Если мы…
Их разговор прервал тревожный крик. Повернувшись к коридору, они увидели бунтовщика, который, приложив руки ко рту, кричал, повернувшись в сторону главного входа.
— Дерьмо! — пробормотал Катон и, опустив копье, ринулся вперед. Следом за ним ринулся и Макрон. Услышав топот их ног, бунтовщик обернулся, разинув рот, а затем бросился бежать, перепрыгивая через красиво подстриженые кусты в саду. Появился другой, с обнаженным мечом. Мгновенно оценив ситуацию, он тоже стал звать подмогу.
Катон и Макрон мгновенно пробежали через сад. Это место являло собой разительный контраст с суровым ландшафтом остальной территории рудника. Аккуратными рядами стояли кипарисы и плодовые деревья разных сортов, засыпанную гравием площадку окаймляли аккуратно подстриженные кусты, деля ее на секторы. Посередине был квадратный пруд с небольшим фонтаном в виде дельфина. По всему саду через равные промежутки стояли крепкие деревянные скамьи. Картина цивилизованной безмятежности посреди жестких образов имперского рудника. Эта мысль промелькнула в голове Катона и тут же исчезла, когда он поднял взгляд. Из двери дома выбегали бунтовщики, во главе их был могучий воин в полированном нагруднике. Яростно поглядев на Катона, он выкрикнул приказ и ринулся вперед.
Катон мгновенно толкнул Макрона назад, к отделению для рабов.
— Отходим!
Выбежав в коридор, они захлопнули окованную дверь.
— Метелл! Цимбер! Ко мне! — крикнул Катон, бросая копье, подпирая дверь плечом и отставляя ноги, чтобы сдержать удар. Макрон сделал то же самое. Остальные подбежали к ним.
— Их слишком много, — сказал Катон. — Если кто-то попытается прорваться, бейте копьями.
Метелл и Цимбер кивнули, поднимая копья над головой и хватая их обеими руками, готовые ударить. Раздались голоса и хруст подошв по гравию, и в следующее мгновение на дверь навалились с другой стороны. Катон и Макрон немного пошатнулись, но снова уперлись изо всех сил. Катон оказался ближе к краю и, увидев, что дверь немного приоткрылась, выхватил кинжал и сжал его рукоять. Дверь снова дернулась, и несмотря на их усилия, начала понемногу открываться. Рядом с лицом Катона появились чьи-то пальцы, и он сразу же ударил кинжалом, прорезав их до кости. Раздался вопль боли и ярости, и рука исчезла. На мгновение дверь перестала открываться.
— Навались! — рыкнул Катон, всем телом упираясь в деревянную дверь.
Внезапно дверь громыхнула, открываясь шире. В просвет Метелл увидел врагов.
— Они скамейку взяли! — крикнул он, быстро нанося удар копьем и отдергивая его.
Бунтовщики снова ударили, используя скамейку в качестве тарана. У Катона заныло плечо. Бунтовщики напирали, понемногу оттесняя двоих римлян.
— Дело плохо, парень! — рыкнул Макрон. Он оказался в углу между стеной коридора и открывающейся дверью. — Так нам их не удержать.
Катон и сам понял, что нет смысла и дальше пытаться удержать дверь.
— По команде отходим. Обороняемся в коридоре.
Макрон кивнул. Они держали дверь как могли, но тут в нее снова ударили скамейкой.