У этих двух моих друзей имелась отличная закуска, но не было ни капли того самого…
Узнав, что я таковым располагаю, в номере гостиницы «Ориенталь», где жил Гутман, был организован ужин. Мои товарищи пригласили трех очаровательных балерин из местного оперного театра, и я поставил на стол мои разбавленные 200 граммов.
Пир начался. Не успели выпить первую рюмку за встречу и закусить, как резкий стук заставил нас вздрогнуть!..
Хозяин так быстро открыл дверь, что я даже не спрятал злополучный графин с белым напитком.
На пороге стоял местный страж порядка, а за ним два наших красноармейца с винтовками наперевес.
«Господи! — подумал я. — Пройти живым войну и так бездарно погибнуть?! Да еще в двадцать лет!..»
И, опустив голову, стал ожидать своей участи: ведь приказ Кирова был предельно точен.
Местный, очевидно старший в этой команде — уже вынимал из кобуры свой маузер. Глядя на нас, он грозно спросил:
— Пьянка? Да?!
— Нет! Нет! — залепетал Гутман. — Нет!
— Тогда бардак? Да?! — последовал не менее грозный вопрос.
— Да! Да! — радостно закричал Давид Григорьевич. — Вы же видите! — Он указал на наших дам. — Бардак!
Секундная пауза, после которой мы услышали решение нашей судьбы. Старший заявил:
— Бардак — можно.
И незваные гости ушли, а мы — были спасены.
На следующий день, счастливые, в той же компании, решили покататься на лодке по бухте.
Организатором этого маленького путешествия был все тот же Давид Григорьевич.