Однажды в гостях у литотдельцев побывали сатирики Адуев и Арго. Они зачитали эпиграммы на некоторых своих друзей. Я запомнил следующие, за абсолютную точность которых не ручаюсь:
Средь прочих киноинвалидов,
Которым теряется счет,
Бесспорно, Олег Леонидов
Имеет права на почет.
И вот ему надпись готова:
Он не был ни Гёте, ни Скриб.
Он просто зарезал Шмелева
И сам через это погиб!
Намек был на экранизацию романа Шмелева, которую сделал О. Леонидов для Я. Протазанова.
Вторая звучала так:
На улице сидит собака.
Идет Левидов — тих и мил.
Смотри, милиционер, однако,
Чтоб он ее не укусил!
Или так:
Левидов от ума большого
Стал подражать Бернарду Шоу,
Но то, что хорошо у Шоу,
То у него не хорошоу!
Больше всех смеялись те, коим эти стихи были посвящены. Повторяю: если было остроумно — никто тогда не обижался.
Приходил известный пародист Александр Архангельский. Он был влюблен в «оживленные рисунки» (так тогда называли мультипликацию).
Архангельский предложил создать киноленту, взяв за сценарную основу текст известной песенки «Пошел купаться Веверлей», но с его стихотворной пародией на В. Маяковского. И тут же зачитал ее:
Вы заплесневели, как какая-то Балаклея!
Чтоб вас разорвало, что́б!
А я вам спою про товарища Веверлея
И про то, как он утоп.
Солнце палило в три тысячи дизелей,
Ставило ва-банк на какую-то сумасшедшую игру.
А в это время Веверлей из дому выполз
И затрюхал к пруду.
Оттёр запотевшие красные веки
И когда наконец дошел,
С благодушием, странным в рыжем человеке,
Вдруг пробасил: «Хорошо!»
Скинул рубаху, штаны и все прочее
И с разбегу в воду — скок!
Будьте любезны убедиться воочию,
Что голова — тяжелее ног…